Мертвый принц - Лизетт Маршалл

клочья пара были достаточно густыми, чтобы он казался не более чем высоким рогатым силуэтом на фоне этого клубящегося марева. Из города за нашими спинами донёсся приглушённый крик.

Возможно, нам повезёт; возможно, стража Брейна не станет преследовать нас здесь… но с птицами у меня на хвосте, смогу ли я когда-нибудь избавиться от них? От Кестрела?

Даже окружённая одной лишь едкой пустотой, я не удержалась и украдкой оглянулась через плечо.

Туман. Илистая земля. Скелет одинокого, иссохшего дерева.

Когда я повернулась обратно, Дурлейн уже остановился на том, что оптимист мог бы назвать тропой. Перед ним туман слегка редел. Впервые я уловила проблеск того, что лежало впереди — очертания камней и валунов, жалкие остатки того, что когда-то, должно быть, было простой деревянной оградой, ещё несколько этих тонких, призрачных деревьев. И прежде всего…

Болото.

Дымящаяся, кипящая земля.

В лучшие времена через долину, должно быть, тек ручей — спокойный и идиллический, ровный поток чистой воды, питавший посевы и скот. Теперь я не могла представить ничего менее спокойного. Перед нами раскинулись булькающие, клокочущие топи, грязь окрашена в оттенки слизисто-жёлтого и ржаво-коричневого, где водоросли образовали на почве густую, маслянистую плёнку; поверхность вздымалась и глухо рокотала, куда ни глянь, изрыгая клубы того же зловонного пара, что окружал нас со всех сторон.

Ясного пути впереди не было. Ничто не выдавало, какие из этих кипящих луж глубже, чем кажутся, какие участки кажущейся твёрдой земли могут провалиться под ногами и копытами. По меньшей мере миля коварных болот ждала нас, и я понятия не имела, как мы собираемся выбраться отсюда живыми.

Глубоко дыши, попыталась напомнить я себе.

Сквозь шарф на лице гнилостный воздух едва уловимо пах мылом и чёрными розами.

Дурлейн медленно повернулся в седле; его бледное лицо было сплошь резкими линиями за маской и повязкой на глазу. У него, по правде говоря, не было никакого права ужасаться этой мерзости, с его гордой поддержкой огнерождённых корон… и всё же его голос был натянут до резкости, когда он сказал:

— Сможет ли твоя магия найти нам безопасный путь?

Я уставилась на него.

— Пожалуйста, скажи, что это не весь твой план.

— Это план.

Он, не дожидаясь моего ответа, вынул ногу из стремени, и его высокие сапоги утонули на два дюйма в грязи, когда он спешился.

— Не обязательно весь план. Сможешь?

Смогу ли?

Я тоже соскользнула с седла, тревожно проверяя ножи руками, пока пробиралась через жижу к нему. Инг и Уруз, возможно. Земля и сила. Затем что-то вроде Альгиз, чтобы защитить почву от нашего веса, или, может быть, Наудиз и Лагуз, чтобы вытянуть воду из земли, и…

Что-то свистнуло мимо моего левого уха.

Мои истрёпанные нервы узнали этот звук ещё до того, как снаряд с отвратительным чавкающим ударом вонзился в ближайшее гниющее дерево — стрела.

Голоса внезапно стали ближе у нас за спиной.

Чёрт. Забудь о сложных заклинаниях. Я сжала пальцы и быстро начертала последовательность: Совило, Инг, Отала, Вуньо — зрение, земля, удержание, удача. Не безупречно, но впереди нас участок земли между двумя грязными лужами дал слабую, едва заметную вспышку… и, с чёрт знает каким количеством вооружённых стражников у нас на хвосте, этого было достаточно для меня.

Похоже, для Дурлейна тоже, потому что он без лишних вопросов схватил поводья Смадж и начал чавкая пробираться сквозь грязь.

Лошади верно следовали за нами через мёртвые леса и переполненные полуночные улицы, но теперь они заупрямились, фыркая и мотая головами, когда мы повели их вперёд. Я не могла их винить. Даже сквозь маску из шарфа Дурлейна густой воздух казался едким в горле и ноздрях; каждый шаг вперёд был словно шаг по трескающемуся льду. В тумане было трудно понять, откуда доносятся голоса наших преследователей. Как бы поспешно я ни выводила руны, как бы быстро мы ни тянули лошадей за собой, голоса лишь становились громче — ругательства и приглушённые команды, звуки смешивались с бульканьем пузырей и шипением пара, вырывающегося из болот вокруг нас.

Через несколько минут я полностью потеряла чувство направления.

Передо мной Дурлейн по-прежнему не подавал ни малейшего признака какого-либо плана.

Если бы не стражники — и, возможно, нечто худшее — позади нас, я бы спросила. Но в прошлый раз, когда мы заговорили, стрела пролетела в полуметре от меня… так что я молча брела через вязкую грязь, пока она не просочилась в мои новые сапоги, горло не начало саднить, а глаза не заслезились от тумана. Вокруг нас земля становилась всё более беспокойной по мере того, как мы углублялись в болото. Водоросли тревожных цветов покрывали дно парящих луж — охристые и почти светящиеся зелёные; глухие раскаты сотрясали землю через неравные промежутки времени. Меж клочьев клубящегося тумана силуэт Дурлейна казался едва различимым. Я старалась не представлять, как остаюсь здесь одна, в этом обжигающем аду, и получалось плохо.

Почему он наконец остановился, спустя примерно десять минут, я не имела ни малейшего понятия.

Окружение не казалось безопаснее, чем прежде: кипящие лужи ярко-зелёного и ржаво-оранжевого тянулись в туманные дали. И всё же Дурлейн резко обернулся с таким видом окончательной решимости — в нём до последнего дюйма угадывался огнерождённый принц, превращающий даже это смертельное место в королевство, которое следует завоевать.

— Оставь лошадей здесь.

Он уже привязывал поводья Смадж к ломким ветвям чёрного, иссохшего дерева.

— Я не хочу, чтобы они оказались втянуты в какую-нибудь драку.

Это, признаться, звучало как план.

Но не как план, который мне нравился.

— Мы даже не знаем, сколько их! — прошипела я, не решаясь повысить голос из-за бульканья воды. — Если там половина гарнизона с чёрт знает каким количеством птиц, у нас нет ни единого шанса…

— Чем больше, тем лучше, — неопределённо перебил он, выхватывая поводья из моей руки прежде, чем я успела сделать это сама. Пейн, казалось, с облегчением присоединилась к Смадже у дерева, как можно дальше от краёв ближайших луж. Дурлейн коротко дёрнул узлы, проверяя их, затем повернулся ко мне и добавил: — Двигайся. У нас мало времени.

— Времени на что? Ты не можешь просто…

Он уже шёл обратно тем путём, которым мы пришли; длинное пальто хлестало его по щиколоткам, подолы с золотой вышивкой были пропитаны грязью.

Сволочь.

Я поспешила за ним, прежде чем испарения поглотили его целиком.

Голоса наших преследователей становились пугающе громкими по мере того, как мы приближались к ним; обрывки разговоров быстро складывались в целые фразы. Следы ведут за поворот здесь… чёртов туман…