Бессердечный рыцарь. Книга 2 - Милена Янг

ничего из сказанного. И уж тем более я не играла твоими чувствами. Я просто…На твоем месте я бы разозлилась, – выдавила девушка сквозь придушенные всхлипы.

– Я зол. Поверь, я чертовски зол.

Эви подняла заплаканное лицо.

– Но не на тебя. Я зол на то, что тебе снова приходится страдать. Что ты снова ищешь способы преодолеть это, и не находишь ничего, кроме как причинить боль своему лучшему другу.

– Это стало реальным. Мои видения… Произошло на самом деле, – Эви зажмурилась, пока он ласково стирал с ее лица слезы. Погладил по щеке.

– Не имеет значения. Ты – это ты.

– Когда это все случилось?..

– Вскоре после рождения Кая. Ему было тогда всего два месяца. С утра у тебя были занятия, я подбросил до университета, потом поехал домой, к детям. Начал беспокоиться, когда ты не вернулась к шести. Звонил, но ты не отвечала, – Кристиан погрузился в воспоминания. – Я поднял всех на уши, начал поиски. И вот примерно в полночь ты позвонила. Я приехал и нашел тебя в каком-то заброшенном месте. Ты стояла у обочины дороги. И была, как в трансе. Не реагировала ни на что.

Эви тяжело сглотнула, все еще спрятав лицо на его шее. Ей было слишком страшно.

Кристиан мягко перебирал ее волосы. Прядь за огненной прядью.

Его пальцы путались в них, и он бережно, ласково игрался с локонами. Это успокаивало. Почти унимало дробящую зубы боль.

– На что еще я способна? – прошептала она едва слышно. Слезы обожгли глаза. Эви казалось, что она давно все выплакала, но они не заканчивались.

– Я уверен, что ты просто защищалась.

– А я уже ни в чем не уверена…

Рассказ Кристиана лишь подтвердил то, чего она боялась.

Это меняло все, не оставляя других вариантов.

«Я сделаю так, чтобы он сам захотел развестись со мной».

Словно читая ее мысли, Кристиан вздохнул.

– Ты сделаешь ему больно, Эви. Не надо.

«Прости, Дамиан. Так будет лучше».

***

Паутина хаоса. Она угодила в свою же ловушку, запутавшись.

Паника никуда не исчезла. Плескалась внутри, как уродливая отрава.

Это был стильный, элитный клуб, расположенный на окраине города. Здесь не было репортеров, не было никого из близкого окружения.

Огромное помещение, расположенное на нескольких уровнях, куда вели винтовые светящиеся лестницы.

Голографические стены в стиле модерна, создающие иллюзию погружения.

Мягкие диваны цвета медового оникса и роскошные столики с застекленной зоной.

Длинная барная стойка, переходящая в диджейский пульт.

Футуристические охапки «свечей», свисающие с потолка, меняли свой цвет, реагируя на звуковые импульсы.

Эви пришла сюда, ступая по тропе, проложенной в прошлом. Как делала всякий раз, когда пугалась матери или хотела потеряться в толпе.

Неоновые огни. Алкогольные напитки. Незнакомые люди.

Красный. Много красного. Кроваво-красного.

Пальцы, одежда, все испачкалось в нем.

Ее рвет. А привкус крови никуда не исчезает. Гниет во рту.

Оцепенение. Полная отрешенность.

Хотелось бы Эви, чтобы все это оказалось лишь злостным вымыслом. Иллюзией.

Перед глазами мелькали красивые огни – смесь синего и фиолетового. Лазерные светодиодные лучи освещали толпу, заполняющую клуб.

Девушка поднесла к губам бокал с «Отверткой». Водка и апельсиновый сок – смесь, которая могла приглушить мысли.

Она утопала в саморазрушении.

«Дать отпор тьме… Какой в этом теперь смысл?»

Хруст. Онемевшие пальцы. Брызнувшая в лицо жидкость.

Соленая. Мерзкая.

Эви опрокинула в себя алкоголь, поморщившись. Ей до сих пор казалось, что она вся в крови.

Неприятное послевкусие обожгло глотку. Во рту появилась горечь.

Для осуществления плана желательно было напиться – слишком тяжело сделать трезвой то, что она задумала.

Вскоре зал стал достаточно располагающим, чтобы она поднялась и присоединилась к людям, покачиваясь под громкую музыку.

На ней был черный кроп-топ со шнуровкой сзади и короткая шелковая юбка ей в тон, с разрезом по подолу, украшенная тонкими цепочками. Как и всегда, девушка приковывала внимание окружающих. Природные локоны спадали на ее спину огненным водопадом.

«Я заслуживаю ненависти, наказания. Давай, ненавидь меня».

Боюсь тебе навредить.

Боюсь тебя убить.

Боюсь ранить детей.

Боюсь стать такой, как Алисия.

Стены сдвинулись, воздуха стало мало.

Эви тяжело сглотнула.

«Ну же, где он?»

Она не сомневалась в том, что Дамиан следил за ней по камерам. Либо уже таился где-нибудь здесь, наблюдая из тени.

Ей нужно было, чтобы он все видел.

Наглядно убедился в том, что от нее следует держаться подальше.

Сам осознал. Перестал бороться с неизбежным.

«Сдавайся, отпусти меня».

Голова была тяжелой. Будто набитой ватой.

Чьи-то руки легли на ее талию. Эви не убрала их.

Потому что добивалась именно этого.

Ей было плевать, как выглядит этот человек. Равнодушный взгляд зацепился за красивые черты лица, высокий рост, улыбку. Внутри все сжалось от отвращения. Потому что он не был ее любимым мужем.

«Потерпи. Просто сделай это. Заставь Дамиана исчезнуть навсегда. Потому что иначе ты разрушишь ему жизнь. Он достоин лучшего. Откажись от него, чтобы спасти. По-другому он не уйдет, ты же знаешь».

Убийца, убийца, убийца.

Такая же, как она. Такая же, как она. Такая же, как она.

Внутренний голос звучал, как сломанная пластинка.

Руки парня скользили по ее телу, и она прикрыла глаза.

Тошнота подкатила к горлу. Физически было невыносимо это терпеть. Эви боялась, что если откроет глаза, то расплачется. К горлу подкатил ком.

Мерзко. Как же было мерзко. Ощущать чужие прикосновения.

Она не знала, как долго они танцевали. Как долго все это длилось.

Незнакомец обхватил ее щеку рукой, наклоняясь к лицу.

«Я зашла слишком далеко. Почему Дамиан меня не останавливает?»

Его губы приблизились к ее губам. Горячее дыхание обдало нежную кожу.

«Вот сейчас меня точно вырвет».

Но поцелуй не состоялся.

Потому что послышался хруст. Громкий.

Кровь брызнула повсюду. Будто алый фонтан.

Кажется, у парня был сломан нос.

Но Дамиан не останавливался.

Он бил его бил, не в силах прекратить. Ничего не видел перед собой, словно ослепший зверь. Даже когда тело под ним стало совсем неподвижным.

Мир был черным. Все кругом пропиталось мутными чернильными красками. Они поглощали его сознание.

– Дамиан, не надо…

Ее голос пробился сквозь туманную пелену.

Тихий, напуганный до ужаса голос.

От которого ему стало только хуже.

«Дерьмо».

Такого не было со времен Данверса. Работая на мафию, мужчина всегда держал себя в руках. Никогда не терял контроль. Не сходил с ума. Не оставлял следы, которые кому-то пришлось бы подчищать. Йохансен всегда был рассудительным, хладнокровным и, если кому-то расставлял капкан, то делал это в отдаленной