Фальшивая жена - Алекс Вон

— Ты такая…

Я опускаюсь снова на его бёдра и быстро тянусь к его ремню. Он наблюдает за мной и на мгновение перестаёт дышать, когда я высвобождаю и обхватываю его член. На его кончике уже капает жидкость, и я размазываю пальцами по нему и чуть надавливаю сильнее. Он делает движение вверх, я продолжаю гладить его теперь уже по всей длине.

Он наклоняется и кусает меня в шею и подносит руку к моей груди, сильно сжимая её в своей большой ладони. Его другая рука скользнула вниз и легла мне на киску, потирая и размазывая влагу. Я перестала двигать рукой и вместо этого опустила их к его груди.

— Дэниел… — я с мольбой в голосом уже хотела попросить его взять меня, когда он резко вошёл одним толчком.

— Ты моя, — прорычал он и, не давая мне привыкнуть к его размеру, сразу начал вколачиваться в меня яростно.

Он не жалел меня и восхитительно растягивал меня.

— Охуеть, — стонет Дэниел.

Он входит быстро и резко, держа свои руки на моих бёдрах и издавая громкий рык.

Я прижимаю голову и целую его в губы, но он не даёт и прикусывает её.

Я стону, когда он касается моего клитора и одновременно с этим разминает мою грудь.

Я поддаюсь навстречу его движениям вниз, и он оказывается полностью во мне. Он насаживает на свой ствол быстрее, жёстче поднимая бёдра. Я не из крикливых девушек, но он заставляет меня громко стонать и издавать неприличные звуки. Я слышу, как он усмехается.

— Да, вот так. Кричи громче, любимая, — хвалит он.

Я откидываю голову и чувствую его взгляд на моих подпрыгивающих сиськах. Они трясутся и маячат прямо перед его лицом. Его глаза смотрят на меня со смесью страсти и диким огнём: мы оба разгорячённые и возбуждённые. Мы как кролики.

— Ещё! Сильнее, — прошу я его, насаживаясь на его твёрдый ствол.

Я чувствую его пальцы на своей другой дырочке. Он смочил её слюной и медленно проталкивает костяшки пальцев внутрь кольца. Это необычное ощущение подталкивает меня к краю, и я взрываюсь. Я вся трясусь и от этого крепко спазмирую вокруг его члена. Он притягивает меня обратно, его язык врывается в мой рот, и он следом за мной изливается в меня. Мы продолжаем страстно целоваться, и я чувствую горячее семя внутри себя, когда оно вытекает из меня.

После нескольких минут горячего поцелуя мы наконец отстраняемся друг от друга, всё так же тяжело дыша.

— Я люблю тебя, Дэниел, — я прижимаюсь к его шее и вдыхаю его запах.

Он берёт меня за волосы и откидывает мою голову, так что мы встречаемся взглядом.

— Я люблю тебя всем сердцем, и оно всегда будет принадлежать только тебе одной.

Отстранившись, я встаю и неловко вытираю себя трусами. Я не смогу ходить дальше с засохшей спермой. Дэниел видит это, и по моей шее и лицу тут же вспыхнул яркий румянец.

— Ничего не говори, — я предупреждающе метнула глазами в его сторону, и он улыбнулся и только покачал головой.

* * *

Мы снова шли. Медленно, осторожно, выбирая путь между деревьями, обходя бесчисленные сухие ветки и призрачные следы, оставленные нами ранее. Солнце высоко поднялось над горизонтом, а лес перестал защищать нас. Каждое движение казалось слишком открытым, словно мы были на сцене, где каждый мог нас наблюдать. Я шла рядом с Дэниелом, и наши плечи почти соприкасались — нежный, электрический контакт, который говорил о том, что произошло между нами. Тишина, которая окутывала нас, больше не казалась пустой. Она была полна слов, которые мы не могли произнести, полна страхов, от которых не могли избавиться.

— Ты всегда так… всё продумываешь? — наконец, сдерживая дыхание, спросила я, глядя вперёд, в темноту деревьев.

Он нахмурился, будто первый раз слышал эти слова.

— В каком смысле? — переспросил он, и в его голосе звучала заинтересованность, за которую я была благодарна.

— Побег. Ходы. Этот выход… — Я обернулась через плечо, хотя уже понимала, что там ничего нет. — Ты ведь давно это планировал.

Он не сразу ответил, и мне показалось, что каждый мимолетный миг тянулся вечность. Сделав несколько шагов, он переступил через поваленное дерево и после паузы выдал одно короткое слово.

— Да.

Я кивнула, переваривая его ответ. Каждое слово звучало как громкий удар в тишине, и было в них что-то болезненное.

— Значит… ты знал, что всё так закончится?

— Я предлагал, что может так закончиться, — прорычал он, глядя на меня краем глаз, стараясь поймать мой взгляд, заключая в нём возможность понимания. — И не хотел, чтобы ты осталась там, — продолжил он, и вокруг нас повисла тишина, тяжёлая, как утренняя дымка.

Я остановилась, ощущая, как земля покидает мои ноги. Его глаза, полные искренности и решимости, не могли скрыть той глубокой тревоги, которая сейчас охватила мою душу.

— Ты поэтому был таким? — спросила я, чувствуя, как слова вырываются из уст, словно они уже жили внутри меня. — Отстранённым… иногда холодным.

Он выдохнул, опуская взгляд, и в этот момент я поняла, что ему тоже было нелегко.

— Если бы я позволил себе… больше, — он замялся, собирая мысли, — это было бы хуже.

У меня в груди сжалось от этих слов. Стало неожиданно трудно дышать, будто воздух наполнился острыми иглами.

— Хуже для кого?

Он поднял глаза, и я снова увидела в них ту решимость.

— Для тебя.

Я тихо усмехнулась, но смех звучал горько.

— Забавно. Потому что сейчас мне кажется, что хуже уже некуда.

Он шагнул ближе.

— Лилиан...

— Нет, — я покачала головой, но голос был мягким. — Я не обвиняю тебя.

Пауза растянулась.

— Просто… хочу понять.

Он долго смотрел на меня, как будто взвешивая каждое слово, прежде чем произнести их.

— Я не должен был привязываться, — наконец сказал он, как будто разгадал свою собственную загадку. — Это не входило в план.

Я вскинула брови, принимая его слова с недоумением.

— А я?

Он нахмурился, недоумевая.

— Что ты?

— Я входила в план?

Тишина вползла между нами.

Секунда.

Две.

— Нет.

Честно.

Слишком честно.

Но от этого стало легче. Зная, что он не лгал.

Я кивнула, обретая свою силу, снова шагнув к нему.

— Тогда, наверное, это единственное хорошее, что случилось не по плану.

Он не ответил.

Но я заметила небольшой жест — его рука чуть дрогнула, и на мгновение коснулась моей. Случайно. Или нет.

Мы снова пошли рядом, как будто этот контакт заполнил пустоту между нами. Уже не убегая от чего-то, но и не останавливаясь