Безупречная - Анастасия Аристова

— Спасибо, — коротко бросил я.

Он кивнул, и мы двинулись.

Вывеска метро была на противоположной стороне от заправки. Мы миновали перекресток. На углу стоял светофор — его стекла давно разбиты, внутри пустота. Только провода торчат. Дальше — остановка с расписанием, которое никто уже не прочитает. Стеклянный навес сохранился, но под ним — только куча мусора. За остановкой — вывеска “Двигатель революции”. Она висела над входом в подземный переход — покосившаяся, ржавая, но ещё читаемая. Металлические буквы, когда-то красные, теперь выцвели до коричневого, на них осела копоть и грязь.

Мы подошли ближе. Внутри было темно. Я шагнул вниз, на лестницу. Ступени были влажными, кое-где покрыты мхом. Воняло сыростью. Я прижал Эвелин крепче.

Свет сверху таял с каждым шагом, погружая нас в серые, а затем и черные сумерки.

И тогда я почувствовал чужое присутствие.

Я остановился.

— Ян? — голос Девятого дрогнул. — Что такое?

Я не ответил, вслушивался. Да вот только было поздно, в следующее мгновение в мой бок уткнулось дуло автомата. Оно коснулось моего бока, чуть ниже ребер, сзади, там, где бронежилет не прикрывал тело.

— Ну что же ты, Ян, настолько теряешь бдительность? — раздалось за спиной, и в голосе проскользнула ленивая насмешка, которую я узнал бы при любых обстоятельствах.

Я выдохнул. Медленно, чтобы не выдать облегчения, которое вдруг разлилось по груди.

— Я уж думал, я тебя не увижу, — продолжил голос, и теперь в нем слышалась улыбка. — А ты, оказывается, жив. Да еще и с трофеем.

Я медленно повернул голову.

— Дэм, — сказал я, и голос мой прозвучал на удивление ровно, хотя внутри все клокотало от смеси злости и радости. — Я, конечно, понимаю, что ты любишь эффектные появления, но не мог бы ты для начала убрать дуло с моего бока? А то я тут, знаешь ли, с девушкой на руках. Не очень романтичная обстановка.

Он не убрал дуло. Вместо этого хмыкнул и склонил голову набок, разглядывая меня так.

— Романтичная обстановка? — переспросил он. — Ян за тобой хвост из надзирателей, а ты говоришь о романтике?

— Видимо, тебе придется с этим разбираться.

— Нет, не мне. Там люди Каира. — он шагнул вперед. — Как же я рад тебя видеть. Обнял бы, да я вижу, руки у тебя заняты.

Он посмотрел на Эвелин, потом на меня, и в его взгляде мелькнуло что-то более серьезное.

— Ладно, шутки в сторону. Она жива?

— Жива, — ответил я, и голос мой вдруг стал тише. — Но ей нужна помощь. Срочно.

Дэмиан кивнул, развернулся и махнул рукой в сторону лестницы.

— Ты, — друг указал на Девятого. — Тоже с нами. Медотсек в самом низу, там твоя метка отсвечивать не будет.

Всем добра и солнца, мои дорогие читатели! Хочу заметить, что если вы дочитали книгу до этого момента, значит как минимум она вас заинтриговла :) Поэтому, не скупитесь, нажмите на звездочку "мне нравится". И я буду довольна как кот, который наелся сметаны :)

Глава 45. Первая отрицательная

Ян

Мы бежали вниз. Один пролет, второй, третий, четвертый… Сколько же их здесь? Бетонные лестницы мелькали, стены выложены матовой плиткой цвета слоновой кости. Я отметил, что все выглядело чистым и ухоженным. Свет шел от редких бра, встроенных в стены на уровне плеча, — мягкий, ровный, без мерцания. Воздух был свежим, несмотря на то что мы спустились уже глубоко. Никакой сырости, никакого запаха плесени.

Еще один пролет, и мы остановились перед дверью. Обычная, деревянная, с матовым стеклом в верхней части, за которым угадывался теплый свет. Дэм открыл ее, и мы вошли.

То, что я увидел, не было похоже на медкабинет. Просторная комната с высоким потолком. У правой стены — массивный дубовый стол, заваленный бумагами, раскрытыми книгами в кожаных переплетах и несколькими керамическими чашками. Вдоль левой стены — открытые стеллажи: на них вперемешку стояли какие-то банки, стеклянные колбы, изящные фарфоровые статуэтки и снова книги. В углу, у дальней стены, — дерево в большой кадке. Лимонное. Среди темно-зеленых, блестящих листьев висели ярко-желтые плоды — целых шесть, круглых и тяжелых.

Посередине, параллельно друг другу, стояли две кушетки. Не больничные, с металлическими подголовниками, а мягкие, на деревянных ножках, застеленные льняными пледами в мелкую клетку.

— Положите ее сюда, — услышал, я как только мы вошли. Это была невысокая женщина, светловолосая — короткая стрижка, почти мальчишеская, открывающая тонкую шею. Легкий серый свитер, свободные брюки. Ей было не больше сорока пяти.

Я шагнул вперед и уложил Эвелин.

— Отойдите.

Я не мог сдвинуться, не в силах оторвать взгляд от бледного лица Эвелин.

Женщина склонилась над ней, пальцами коснулась шеи, нащупывая пульс.

— Дэмиан, — бросила она через плечо, — принеси физраствор и систему для переливания. Быстро.

Дэмиан исчез за дверью, а женщина уже разворачивала стерильные салфетки. Она осторожно откинула край тулупа и юбки, обнажая ногу Эвелин. Жгут, который Девятый наложил в вертолете, был затянут слишком сильно — кожа ниже него приобрела синюшный оттенок. Женщина нахмурилась.

— Жгут наложен грубо. Если бы вы добирались чуть дольше, потеря конечности была бы гарантирована, — сказала она, и в голосе мелькнула укоризна, не адресованная конкретно Девятому, а скорее ситуации в целом. Она ослабила жгут ровно настолько, чтобы кровь начала поступать к тканям, но кровотечение не возобновилось с прежней силой.

Вернулся Дэмиан с прозрачным пакетом раствора и какими-то инструментами. Женщина ловко собрала систему, обработала локтевой сгиб Эвелин спиртом — я заметил, как пальцы Эвелин дрогнули.

Женщина закрепила катетер, отрегулировала скорость подачи раствора.

— Сейчас пойдет физраствор, — пояснила она, не отрываясь от процесса. — Он поддержит давление, пока мы не доберемся до кровезаменителей. У нее большая потеря крови.

Она снова повернулась к Эвелин и принялась аккуратно снимать бинты с бедра. Я видел, как рана, которую я так тщательно перевязывал в пещере, выглядит сейчас: края покраснели, появился отек.

— Ей нужны антибиотики и хирургическая обработка, наложить швы. Наноботов тоже вколю. Я это сделаю, но сначала — восполнить кровопотерю. — Она посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на Девятого. — Сядьте на кушетку, вы мне мешаете. Дэмиан, ты пока свободен.

— Ян, — обратился ко мне Дэм. Он стоял у стола, держа в руках планшет.