Всё начинается с нуля - Ания Сказ

Кайвин понимающе хмыкнул.

— А я может тоже влюбился. — Кирэль с превосходством глянул на друга.

— Опять? — Кайвин закатил глаза.

— Это другое! — Серьёзно возразил Кирэль.

— Та феечка из кондитерской тоже была нечто другое. — Язвительно напомнил друг.

— Нет, — смутился Кирэль, — тут совершенно другое дело. И вообще, ты просто завидуешь. Живешь как храмовый послушник, а мог бы давно найти даму сердца, с твоей-то внешностью.

— Я уже говорил, моё сердце принадлежит ясноокой, — отрезал Кайвин, — и закроем эту тему.

Оставив друзей препираться без меня, я, пошатываясь прошествовал вслед за лепреконом обратно к прилавку. Приложил палец к приемнику, но тот лишь тускло вспыхнул и погас.

— Эллон, у вас почти не осталось свободной магии для оплаты. — Сочувственно заметил лепрекон.

Я устало провёл рукой по лицу. — Оплачу покупку новым перстнем.

— Как вам будет угодно, но знайте, что это совсем необязательно, — уверенно промолвил служащий, склоняясь ко мне, — в депозитории Варанбан вы вполне можете расплатиться вещами какое-то время, служившими вам. Просто обменяйте их на магические витки. Мы давно научились добывать магию из предметов. Ее там ничуть не меньше, чем в живых существах.

Я озадаченно порылся в карманах и вывалил на прилавок горку золотых монет и подарок гнома.

Глаза лепрекона загорелись: — Ещё когда вы вошли, я почувствовал у вас в кармане драконий камень. С золотыми прожилками. Редкий. Я дам вам за него две тысячи Хейтелин.

Я хмыкнул. — А что он делает?

— Сам по себе ничего. Но если вставить в кольцо, станет хорошим накопителем. — Нехотя объяснил лепрекон.

— Мы подумаем. — Торопливо ответил за меня Кайвин, сгребая камень со стойки.

Рот лепрекона досадливо скривился: — Тогда остального мало. Человеческое золото почти ничего не стоит.

В голову мне пришла замечательная идея. Я сунул руку за пазуху и выудил оттуда обломки стилета с рукоятью в виде фигурки рыцаря. С его помощью Шарин некогда спасла мне жизнь на арене Лизария. Все это время я бережно носил стилет с собой, теперь настал его черёд вновь послужить принцессе.

— Может, это подойдёт?

Лепрекон небрежно осмотрел обломки.

— Вполне, — холодно бросил он. Положив фрагменты на особые весы, равнодушно констатировал: — Вместе с монетами выходит шестьсот Файтелин. И ни витком больше.

Обзаведясь местной валютой, мы приступили к самой приятной части запланированной вылазки. К покупкам.

Помимо еды, тонких непромокаемых перчаток и плаща, Кирэль разжился вполне себе сносным мечом, — конечно, не северная сталь, но тоже сойдёт, — ворчал он, оценивающе взвесив клинок в руке.

Кайвин прикрепил к поясу небольшой нож и повесил на плечо лук из ивы вместе с полным колчаном новых сверкающих стрел, — феникс, — прошептал он, любовно поглаживая яркое оперение.

Я же попросил мастера нанести на имевшееся у меня оружие особое плетение Файтелин, позволявшее клинку всегда оставаться острым и прочным. Теперь лезвие меча таинственно поблескивало зеленоватым магическим узором.

Не лишним мне показалось иметь и карту полуострова. Хоть Кирэль и заверял меня, что знает Иллу-Валион как свои пять пальцев и я только выбросил деньги на ветер, я так не считал. Подобных карт я ещё не видывал. Красочная, с четко прорисованными деталями. Местность менялась в зависимости от того, где находится владелец.

Я ткнул в карту пальцем, оставляя расплывчатый след. Картинка начала стремительно меняться, в деталях показывая мне требуемый объект. По верхней кромке побежали тонкие нитяные строчки, указующие название улицы и удалённость от центра полуострова, — продавец сказал, что я могу попросить карту найти кого угодно на территории полуострова, — восхищённо заметил я, наблюдая, как маленькая золотистая стрелочка, отмечающая моё положение, двигается по пергаменту вслед за мной.

Я так залюбовался диковинной вещицей, что едва не столкнулся с идущим навстречу эльфом.

— Ты сейчас кого-нибудь сшибёшь. — Сердито воскликнул Кайвин и отобрал у меня сокровище.

Солнце клонилось к закату, когда мы приодетые и вооруженные до зубов постучали в храмовые двери. Какими бы напряженными не были наши отношения, мне хотелось увидеть Шарин ещё раз. Расставаться на такой тяжелой ноте было грустно и неприятно. Мне натерпелось сделать ей прощальный подарок, который я всю дорогу сжимал в кулаке. Повинуясь моим эмоциям камень колечка переливался нежным коралловым цветом, с тонкими кроваво-красными прожилками.

На территории храма царило непривычное оживление. Я заметил, что несколько валунов повалились на бок. Фонтан треснул, а полянка перед каскадным озером превратилась в большую лужу. Всюду шныряли послушники, приводя территорию в порядок.

На каменной скамейке сидела бледная Улима. Кусая ногти, она тихо покачивалась взад вперёд. Обрадованный Кирэль поспешил к ней. Усевшись рядом с самым обольстительным видом, он положил руку на спинку скамьи за плечом девушки. — Воздушная эльфийская пастила! — Жестом фокусника Кирэль выудил из кармана продолговатую коробку.

— Для мягкости туда добавляют розовую эссенцию, в Златавире такую не попробуешь.

Прислушавшись к Кайвину, Медведь вынужден был признать, что до колец их отношения с Улимой ещё не доросли. Но Улима даже не взглянула на угощение.

— Мне сказали, что вы ушли, утром. И никто не знал куда. — Нетвёрдым голосом произнесла она, подняв ко мне встревоженное лицо. Её большие глаза наполнились слезами.

— За пастилой ходили, — Кирэль настойчиво протягивал коробку Улиме. Но та по-прежнему не обращала на него никакого внимания.

— Все исчезают, подобно теням на солнце, а я одна сижу тут и не знаю, как быть дальше. — Горько пожаловалась она.

— Съесть пастилу! — Не выдержал Кирэль и решительно впечатал коробку в грудь Улимы. Девушка посмотрела на угощение, словно только что заметила его, затем медленно подняла гневный взгляд на Кирэля.

— Какие сладости!? — Она отбросила многострадальную коробку.

— Которые тебе дарят, между прочим, от души! — Обиженный Кирэль собрался наподдать лакомство ногой, но Кайвин ловко перехватил пастилу и сунул подмышку.

— Вы сбежали, Шарин пропала! А тут ещё что-то в храме так грохнуло, будто конец света настал. — Улима спрятала лицо в ладонях.

— Шарин пропала? — Резко спросил я, почувствовав, как заранее заготовленное спокойствие уступает место леденящему страху.

— Она сказала, что точно выяснила местонахождение портала. Во время главной молитвы Шарин собралась похитить его, чтобы ночью вернуться в Златавир. А потом мы должны были встретиться здесь. Но она не пришла.

Я ощутил, как окружающие меня звуки разом стали тише. Я слышал только тихий голос Улимы эхом отдававшийся в ушах, да кровь молотом, стучавшую в голове.

Я думал, что готов отпустить Шарин, но не вот так же сразу! Если мы по-разному видим наши пути, что же теперь, и прощаться не надо?

Что было мочи сжал кулаки. Правую ладонь кольнула острая боль. От таких новостей я