Покойся по кусочкам - Кэндис Райт

class="p1">Мерси сужает глаза глядя на меня, но затем вздыхает и пытается встать со стула. Мы все наблюдаем за ней, как она борется, прежде чем я решаю рискнуть гневом Скоупа, поднимая ее и ставя на ноги.

— Раньше я могла делать сальто назад. Теперь, когда у меня вырос живот, не могу даже встать со стула, — ворчит она.

— Ты растишь целого человека. Хватит ныть. Кроме того, уверена, что один из твоих мужчин будет более чем счастлив наклонить тебя назад и… — Мерси быстро закрывает рот Джинкс, заглушая последние слова.

— Пойдем разобьем стекло, — восклицает Мерси, убирая руку ото рта Джинкс, пока Эмити выскальзывает из моих объятий и ведет их к оставшейся съемочной группе.

— Ты собираешься снять это и отправить Скупу, да?

Джинкс смотрит на меня, пока Лил, Мерси и Легс следуют за Эмити.

— Я похожа на сумасшедшую?

Смотрю на нее, заставляя ухмыльнуться.

— Отправлю Уиззу, — говорит она и спешит догнать Мерси, смеясь, когда слышит мое проклятие.

Уизз — один из мужчин Мерси и более здравомыслящая версия Скупа. Проблема в том, что он — компьютерный гений «Демонов Хаоса», делающий многое из того, что я делаю для «Воронов». Знаю, что он отправит это видео каждому члену своего клуба и всем дружественным клубам. Он позаботится о том, чтобы мне не только влетело от Скупа, но и от Иньиго и всех ее псевдо-дядек в клубе «Королей Хаоса».

— Вот почему у нас нет женщин-проспектов, — бормочу я себе под нос.

Пытаюсь догнать женщин, но меня останавливает Моника. Она белая, как привидение, и выглядит так, будто вот-вот упадет в обморок, так что я хватаю ее за руки, чтобы поддержать.

— Дыши, Моника.

Она с трудом вдыхает, ее глаза блестят от слез, когда она смотрит на меня.

— Что случилось? — резко спрашиваю я, раздраженный. Не злюсь на нее. Несмотря на вражду между ней и Эмити, она ничего не сделала, чтобы вызвать тревогу. Возможно, я провел слишком много времени среди стервозных девушек из клуба и ревнивых старушек. Кроме того, флирт Моники бесполезен, потому что я ее не вижу. Всё, что я вижу, — это Эмити.

— Я получила еще одно письмо, — с трудом выдыхает она.

Смотрю на ее пустые руки и хмурюсь.

— Где оно?

— В моем трейлере. Я не хотела трогать его. На нем кровь, Дженезис, — шепчет она, ее глаза расширяются, как будто она только что вспомнила об этом.

— Блядь.

Оглядываюсь и замечаю проспектов, которых Скоуп отправил следить за Мерси на расстоянии. Машу им, когда ловлю их внимание. Они смотрят друг на друга, прежде чем подойти ко мне.

— Мне нужно заняться кое-чем, Мерси и Джинкс знают, что вы здесь, так что вам не нужно держаться на расстоянии.

Они хмурится, но кивают, и оба направляются к женщинам. Смотрю на Эмити, чтобы привлечь ее внимание, и вижу, что она уже смотрит на меня. Указываю на Монику и затем на ее трейлер. Через несколько секунд Эмити кивает и возвращается к девушкам.

Вздыхаю и смотрю на Монику.

— Пойдем.

— Она меня не любит, да?

— Не знаю, о чем ты, Моника, — твердо говорю ей.

Мы идем к ее трейлеру в тишине. Жду, пока она откроет дверь и зайдет внутрь, прежде чем последовать за ней.

Сразу замечаю письмо на столе.

— Побудь здесь минутку.

Она кивает, бросая взгляд на дверь, будто готова сорваться с места.

— Серьезно, Моника. Останься здесь. Я вернусь через две минуты.

Бегу к ребятам из Craft Services107, которые уже сворачиваются, и спрашиваю, есть ли у них одноразовые перчатки или пакеты для сэндвичей. Мне дают пару тех и других, я благодарю их и возвращаюсь в трейлер.

Моника на том же месте, где я ее оставил. Надеваю одну из перчаток, подхожу к столу и читаю записку:

Теперь я понимаю, почему она в панике. Дело не только в словах — дело в крови.

— Не знаю, что делать, Дженезис, — говорит она, пока я беру записку и кладу ее в один из пакетов с застежкой, плотно закрывая его.

— Ты делаешь всё правильно, Моника. Я, блядь, не знаю, кто этот человек и как он сюда попадает, но оставить записку — не то же самое, что причинить тебе вред. Ему пришлось бы увезти тебя в другое место, потому что здесь мы все услышим, если ты начнешь кричать. Если кто-то, кроме «Ворона», попытается уговорить тебя куда-то пойти, ты говоришь «нет». Никуда не ходи без меня или одного из моих братьев.

— Знаю, я не буду. Просто хочу, чтобы это закончилось. Я так устала постоянно бояться. Единственный, кто заставляет меня чувствовать себя в безопасности, — это ты, но я не могу проводить с тобой время, чтобы Эмити не подумала, что я хочу большего. И я понимаю. На ее месте я бы, наверное, чувствовала то же самое, но это не то.

Она сжимает волосы в отчаянии.

— Что, если я попрошу кого-то из парней быть с тобой...

Она резко качает головой, прерывая меня.

— Нет. Мне кажется, я чувствую себя с тобой комфортно, потому что ты не заинтересован во мне, если это имеет какой-то смысл. Тебя волнует только моя безопасность, а не цвет трусиков — которые, кстати, желтые. Если тебе интересно.

— Мне не интересно, — бормочу я, глядя на письмо с размазанными пятнами крови. Я надеялся, что там будет отпечаток пальца или что-то подобное, но, видимо, я выдавал желаемое за действительное.

Стук в дверь заставляет меня схватить пистолет. Я приоткрываю дверь и вздыхаю, увидев Хупса. Убирая оружие, открываю дверь и впускаю его.

— Хупс отвезет тебя в отель. Оставь записку мне, — говорю я Монике, прежде чем повернуться к Хупсу, — Хупс, не спускай с нее глаз, пока она не окажется в безопасности в своей комнате. И сначала проверь помещение.

— Понял, Джи.

Я снова поворачиваюсь к Монике.

— Эмити выполняет свой последний трюк завтра. После этого хочу, чтобы ты познакомилась с другими братьями. Никто из них не тронет тебя, холостые они или нет. Тебе нужен кто-то рядом, пока мы не найдем этого типа, и это не могу быть я. Мы должны держать ситуацию в тайне, и люди начнут задавать вопросы, если я буду продолжать появляться здесь, особенно когда они знают, что я с Эмити, а ее больше не будет на съемочной площадке.

— Я уверена, они поймут. Я же главная героиня, ради Бога. Это как в тех романтических фильмах, где телохранитель влюбляется в кинозвезду, — говорит она, проводя пальцами по моей груди.

Я отступаю