Мой темный принц - Паркер С. Хантингтон

Меня не волновало, что Себ с его новообретенной смелостью может выйти и увидеть меня совершенно голым. Все равно это мой дом, черт возьми.

Я поднялся по лестнице в свою комнату, откинул одеяло и плюхнулся на матрас, как вдруг чье-то тело прижалось ко мне гладкой теплой кожей. Растерявшись, я потянулся к светильнику на тумбочке и включил его.

– Тьфу, Олли. – Брайар села и посмотрела на меня, щурясь. Ее волосы растрепались, тело облегала крошечная атласная сорочка. – Что ты делаешь?

– Я собирался спросить то же самое.

Если это галлюцинация, то мне нужно принять еще дозу того, что ее вызвало, потому что это приятный сюрприз. Безумный, но приятный. Сердце гулко стучало в груди.

– Я пытаюсь поспать. Разве не ясно? – Она расправила одеяло на своих длинных ногах, сердито глядя на меня, будто это я веду себя странно. – Мне нужно отсыпаться, потому что до острова Брайби, по всей видимости, три дня пути.

– Науру, – поправил я. – И к тебе вернулась память, так что можешь прекращать этот фарс, если только не хочешь сразу перейти к медовому месяцу.

Я сейчас как раз голый и готов к делу с той секунды, как ее тело прижалось к моему. Кстати, как же сильно я напился? Неужели пал так низко, что у меня теперь встает на галлюцинации? Мне нужна помощь?

Если так, уверен, что Ромео и Зак все снимут на камеру. Придурки.

– Медовый месяц, пожалуй, обойдется вообще без секса и будет посвящен шопингу.

– Уговорила, – съязвил я, опустив голову на подушку. – При условии, что я смогу наблюдать за тобой в примерочной.

– Олли, от тебя пахнет, как от пивоварни.

– Пивоварни – место поклонения Богу.

– Ты хотел сказать – церкви, храмы и мечети?

Я глянул на нее в неверии.

– А где, по-твоему, людям веселее: там или в пивоварнях?

Она ответила мне бесстрастным взглядом.

– Надеюсь, в аду продают солнцезащитный крем.

– За меня не волнуйся. Я загораю, а не сгораю. Так что ты тут делаешь? – Я прищурился. – Я знаю, ты вспомнила, что я худшее, что случилось в мире со времен появления подплечников. Что произошло?

– Нет. – Брайар посмотрела на меня, словно само олицетворение невинности. – Я твоя невеста, Оливер. И хочу выйти за тебя.

Чего она хотела, так это выжить меня из собственного дома. Мы оба это знали. Ладно. Я в деле. Раз уж теперь она в здравом уме, я мог отплатить той же монетой. Она моя законная мишень. Я мог поводить ее за нос. Ох, и как же мне этого хотелось. А еще целовать. И покусывать. И делать еще кое-что, что, пожалуй, даже порнозвезду вогнало бы в краску.

– Милая, тебе меня не напугать. Я привнес «зад» в «обязательства».

Я снова накрыл нас одеялом, придвинулся ближе и обнял ее за талию. Прикосновение вышло мимолетным, но мы оба отпрянули от неожиданности, будто почувствовали электрический разряд. Я бы не выгнал эту женщину из своей постели, даже будь она охвачена пламенем. Она только искушала меня.

Брайар наморщила нос.

– В слове «обязательства» нет слова «зад».

– Тише. У меня дислексия.

– Правда?

– Нет. Но я никогда не позволяю фактам испортить хорошую шутку.

Если бы взглядом можно было убивать, она бы уже покромсала меня на кусочки для тартара. Я был крайне изумлен, возбужден и растерян. А еще не уверен, не навеял ли виски кошмар из моих снов.

– Может, начнем консумировать брак? – Я потерся носом о ее нос, зная, что ей хочется бросить в меня что-нибудь тяжелое. – Практика – путь к совершенству.

– Легенда гласит, что ты тот еще перфекционист. – Она толкнула меня в грудь, которая уже болела после драки с Себастианом.

Я даже не допускал мысль, что его исчезновение этой ночью как-то связано с тем, что она теперь здесь. Нет. Они никак не могли встретиться. Он бы никогда не позволил ей увидеть свое лицо. Ни за что.

Я подпер голову рукой, посерьезнев.

– Ты знала о моей репутации, пока жила в Лос-Анджелесе?

– А как же? – фыркнула она. – Ты любимчик желтой прессы, как и женщин, по какой-то непостижимой для меня причине.

– Знаю, что это кажется невероятным, но не все, что печатают в «Нэшнл инкуайрер», правда.

– Конечно, правда. Особенно история про НЛО и русалок.

Я точно знал, какой заголовок она имела в виду. У меня подписка на «Нэшнл инкуайрер». Похоже, это единственная газета, которую любил жевать Старикан.

– Так зачем ты вернулась?

Я окинул ее взглядом. Растрепанные светло-рыжие локоны. Насыщенные синие глаза. Загорелая кожа с веснушками, которых не было в подростковые годы, но которые каким-то непостижимым образом делали ее еще красивее. Она носила все следы, что оставила жизнь, как знаки отличия.

– Чтобы устроить тебе ад. – Брайар скинула одеяло и обошла кровать. – Зачем же еще?

Я лениво наблюдал за ней, болезненно возбужденный под одеялом, и гадал, какие у нее могли быть скрытые мотивы. Она не настолько мелочна, а я не настолько глуп.

– Ад – это не место. Это состояние души. И позволь заверить тебя, милая, я уже там.

Она обула тапочки, подняла с пола атласный халат и закуталась в него.

– Ты просишь меня уйти?

Она разложила вещи? Когда? Не женщина, а демон.

Я покачал головой.

– Mi casa es tu casa [39].

Брайар вытащила волосы из-под ворота халата, и у меня перехватило дыхание – до чего же она красивая.

– Tu casa, наверное, центр контрабанды экзотических животных, судя по загадочному южному крылу, в которое ты никого не пускаешь.

По крайней мере, это подтверждало: она не знала о том, что Себ живет здесь.

Я слез с кровати, так и оставшись совершенно голым, и помчался за ней по коридору, улыбаясь от уха до уха.

– Нет там никакой контрабанды. Киски живут в хороших условиях и наслаждаются каждой минутой.

– Киски? – Она резко остановилась и обернулась, сжав руки в кулаки и даже не удосужившись посмотреть на мое хозяйство. – Ты что, отпустил сейчас шутку на тему жестокого обращения с животными? – И не абы кому, а вегетарианке.

– Эй, ты первая начала.

– Ты вообще не ведаешь границ.

– Твоя правда. Но твердо придерживаюсь стоп-слов, такие вот дела.

– Я не шучу. – Она прищурила глаза, а ее щеки стали такими же розовыми, как соски, которые виднелись сквозь атлас. – Я серьезна в своем обвинении.

– Нет, не серьезна.

Прядь волос упала ей на глаза. Я потянулся заправить ее за ухо. А поскольку это настоящая жизнь, а не сказка, она снова упала на прежнее место.

Я взял покрывало с дивана и обернул его вокруг талии, как полотенце.

– Если бы ты правда