Принцесса Ардена - Софи Анри (российский автор)

Атару поднялся из-за стола и принялся мерить шагами комнату. Половицы под его ногами противно скрипели, а пучки сушеных трав покачивались, словно маятник, когда он задевал их плечами.

– Ханари был знаком с одной провидицей. На Востоке их считают шарлатанами, особенно мои собратья, они не хотят признавать, что магией может овладеть кто-то не из Ордена. Но твой дед всегда верил, что магия – не привилегия для избранных, а дар Единого, и только он решает, кого наградить им… – Он невесело усмехнулся. – Ну, или испытать. Тут уж как посмотреть. Ханари доверял той провидице, тем более она говорила, что не управляет даром, что видения, как удар стихии, накатывают нежданно, и их невозможно контролировать. Она не пыталась обманом наживаться на людях. Однажды ей пришло видение, связанное с Ханари. Вернее, с его сыном, который к тому моменту еще не родился.

– С моим отцом? – перебил Изану.

– Нет. С его старшим сыном. Видишь ли, Ханари уже тогда был влюблен в твою бабушку, и та носила под сердцем дитя. Повитуха сказала, что это мальчик, и они выбрали для него имя. Изану. Провидица предрекла его сыну дар столь великий, что даже Верховному Ордена Теней не снилось, и что дар этот… – Атару запнулся на полуслове.

– Что с даром?

Атару взъерошил волосы и устало покачал головой.

– Дар этот может стать проклятием, ибо… – Он снова вздохнул и нараспев произнес слова пророчества, копируя речь провидицы: – И распнут на ритуальном столе его мощь имущие, и вкусят силу его, и наполнят его кровью чаши свои, и омоют ею древние кости, в стенах захороненные, и пленят душу его, сделав ее вечной пленницей храмов своих.

Пол под ногами Изану покачнулся, и он несколько раз зажмурился, чтобы отогнать слабость.

– Меня принесут в жертву, если узнают о способностях, – понял он.

В голове у него раздался злорадный смех, от которого ему стало жутко.

Атару стиснул челюсти.

– Не знаю, но жрецы Ордена способны и на это. Как ты верно понял, видение то было не о сыне Ханари, а о тебе – его внуке. Раньше люди с подобным даром становились Верховными жрецами или даже Владыками трех храмов Ордена, но ты, никак с ним не связанный, не проходивший обучение, не дававший священные клятвы, станешь его рабом. – Атару горько усмехнулся. – Когда твой отец провалил испытание в Ордене, ему провели ритуал отречения, и его разум помутился. Только я знал, что ритуал он не прошел, и сознание его повредилось лишь временно. Я рисковал собственной жизнью, чтобы спасти сына своего друга. Спустя некоторое время Закария сбежал из богадельни, в которой жил. Его никто не стал искать. Хотя твой упрямый до безрассудства отец и не скрывался. Он вернулся к своей любимой и стал служить своему принцу, как прежде. Я знаю, что о его помиловании просил Абиль, его заклятый враг – он близко дружит с Владыкой трех храмов. Потом за Закарию замолвил слово и сам король Элас по просьбе нынешнего короля Ардена. Но даже тогда я понимал, что отпустили твоего отца не просто так. Жрецы Ордена не хотели, чтобы род Наари прервался. Они наблюдают за вами и ждут, когда появится новый чтец.

Изану пытался запомнить и не упустить ни одной важной детали. Он тщательно обдумывал, какие еще вопросы задать Атару, чтобы получить больше полезной информации и найти решение своих проблем. Все это, к слову, давалось ему непросто, потому что он был напуган, точно мальчишка.

– Чтецы душ рождаются только в роде Наари? – спросил Изану.

– Нет, конечно. Но дар этот очень редок – проявляется раз в десять поколений. Людей с ним отследить сложно, потому что они с детства умеют защищать свое сознание так же легко, как дышать. Мы, служители Ордена, обучаемся этому несколько лет. Но, как я уже говорил, твои предки стояли у его истоков. Тысячи мужей из рода Наари обучались в Ордене, жили и отдавали жертвенную кровь, черпали магию из стен трех храмов и делились своей. Поэтому твоя магия знакома жрецам так же, как младенцу вкус материнского молока. И чем она сильнее, тем сложнее ее скрывать. Вот почему тебе нельзя возвращаться в Дахаб, Изану. Рано или поздно они найдут тебя и не отпустят, пока не заберут всю магию до последней крупицы. Но и в других королевствах материка ты больше не в безопасности. Неконтролируемые вспышки твоей силы – это лишь начало. За тобой наверняка присматривают шпионы Ордена, и однажды ты выдашь им свою истинную суть. Тебе нужно бежать подальше от Великого Материка.

Изану отчаянно покачал головой.

– Нет, я не могу бежать. И отказаться от титула хагила – тоже. Я должен научиться управлять силой и остаться здесь, рядом с семьей.

«Рядом с Роксаной», – мысленно добавил он.

Атару приблизился к нему и, уперевшись ладонями в колени, стал изучать его лицо. Он опять нахмурился, будто увиденное ему совсем не нравилось.

– Ты похож на Ханари. Он тоже был слишком самонадеян. И что стало с его семьей?

– Я не могу покинуть Великий Материк, – процедил Изану. – Прошу, помоги мне. Скажи, как контролировать силу. Я справлюсь, обязательно. Просто не знаю, как. Ты ведь столько лет служил Ордену, должны же быть способы.

Лицо Атару наконец смягчилось, и он вернулся на стул. Его рыжина казалась огненной в свете солнечных лучей, проникающих сквозь открытые окна.

– Способ есть. Ты сам до него додумался, только выполняешь не все условия.

– Ты про кровопускание?

Атару, в это время поднесший чашку ко рту, фыркнул от смеха и поперхнулся вином. Откашлявшись, он стер с подбородка темные капли и снисходительно покачал головой.

– Так ты это называешь, мальчик?

– А как еще мне это называть? – Изану пришлось приложить усилия, чтобы не насупиться и не оправдать данное стариком прозвище.

– Изуверство. У тебя уже все предплечья в шрамах. Отец не учил тебя резать кожу так, чтобы потом не оставалось следов?

– Отец учил меня сражаться, а не заниматься декоративной резьбой по человеческой коже.

– Острым языком ты тоже пошел в деда. Из твоего отца слова лишнего не вытянешь. – Атару отставил чашку, так и не допив вино. – Способ есть. Но проблемы твоей он не решит.

– Почему?

– Потому что, пуская кровь в попытке ослабить магию, ты лишаешься части своих сил лишь на короткое время. Она клубится вокруг тебя, а потом снова возвращается, так и не найдя иного пристанища. Магии всегда нужен сосуд. И в него ты должен сам ее направить.

– В другого человека?

– Да, но