Крыло богини и мягкое перышко для нее - Тата Шах

Я уже не видела как лапа вновь обретшая силу откинула Салимогора за предел калитки. Как ко мне бегут братья Тереховы и несколько парней. Я вошла в самый темный уголок черного марева и рассыпала одним движением вокруг себя световой купол, питая его золотом. Я мысленно расширяла границы купола, захватывая и уничтожая все больше темных паров. Не забывала произносить возникшее в памяти заклинание усиления.

— Танар! Аскор! Магия света против тьмы и выстоит! Магия света развоплотит тьму. Танар! Аскор! Танар! Аскор!

Слова звучали зловеще. Я не видела, что тьма стремительно рассыпается на глазах. Не видела, что золото давно уступило серебру. Я карала тьму, я мечтала избавиться от нее. Не заметила как вокруг стало сначала сереть, а потом светлеть. В реальность вернул голос друида.

— Хватит, Арда! Выгоришь!

Пошатнулась, теряя равновесие. Меня поймали чьи-то руки, но я оттолкнула их и кинулась к телу Тимохи. Пес лежал бездвижно. Я не услышала его лая или вздоха. Но тут в него опустился тонкий целебный луч магии друида. Пес не поднялся, не завилял хвостом, радуя нас своим радужным настроением.

Друид опустился рядом со мной на колени, укладывая обе руки ему на грудь. А потом он поднялся и оповестил слишком обреченным голосом.

— Его не вернуть! Но он вернется к тебе еще не раз. Ваши души связаны. Не оплакивай его. Вспоминай хорошее.

Да, я буду о нем вспоминать. А потом заведу такого же щенка и назову его Тимохой. Я медленно вставала с земли, пытаясь понять не показалось ли мне. Мне вдруг почудилось прозрачное перышко, легшее псу на загривок. Будто оно пыталось сохранить душу верного друга.

Я смотрела на толпу, собравшуюся вокруг дома старосты. Люди не были расстроены, что их ловушка рассыпалась. Они радовались, что мы победили тьму. Означает ли это, что все происходит против их воли.

— Рассказывайте!

Вопреки ожиданиям вперед вышел не староста, а его жена. Она кинулась мне в ноги, причитая.

Глава 19

Долина

Курья не сразу приступила к рассказу. Сначала все подвывала, что угробили ее сыночка. Староста вопреки ожиданиям помогал ей подняться, уговаривал прекратить позориться. Мол горе надо бы в тишине оплакивать. И тут-то я обратила внимание, что Артохи нигде не видно, а ведь он вчера все время возле нас крутился. Последнее обвинение не выбило из колеи, а позволило сконцентрироваться.

— Угробили! Убили!

— Рассказывай! — добавила немного магии в слова. Дети на улице, пора их устраивать. Да и народу необходимы объяснения.

Старостина жена с остекленевшими глазами, словно впав в транс, рассказала нам историю сына. Народ не торопился расходится, слушал с присущим этому времени любопытством. Думаю, не часто у них случается что-то такое же масштабное. Хватит информации и обсудить на год вперед, и легенды сложить.

Артоха три года назад пошел в поход, чтобы исследовать долину и те хибары, от которых нам выдали ключи. К этому времени он закончил аграрную академию и мечтал поднять поселение с колен, привезя знания и уникальные саженцы с семенами. Его не было около недели. Вернулся странным, но довольным. Принес те семена обратно. Они вдруг принесли настоящий урожай, который в горной местности никогда не видели. Дела пошли в гору. Но вот гостей с тех пор они не могут досчитаться.

— Подозревала материнское сердце, что неладное в тех горах случилось. Но вот вам крест, не было тьмы на нашем пороге, — оговорка о кресте заставила взглянуть на нее по-другому. Тоже попаданка? Или они так называют свои символы веры, сложенные на подобии креста? Ученый во мне потянулся к новой информации, но одернула себя, напомнив, что хитросплетения веры могут подождать. Но оставила зарубку в мыслях, узнать все о храмах и вере.

— Дело говорит жена. За три года мы бы почуяли ее. Тьма не может прятаться. У нас в поселении и свой жрец имеется. Кто-нибудь мне объяснит, что здесь случилось?

И тут Курья вновь заплакала. Но я смотрела на вышедшего из толпы жреца. Чернявая бородка, посох с черными вкраплениями не оставили сомнения причастности жреца в происходящем. Показала на него знаками друиду. Сальмогор подобрался, а потом улыбнулся, словно встретил знакомца. Но вот его улыбка больше напоминала хищный оскал, несвойственный для добряка друида.

— Погубила тьма нашего сыночка. И спасти бы, да он сгинул, — она показала рукой на место, где недавно бушевала тьма.

— Видела его там? — спросила наугад. Нужны же доказательства.

— Там он? Как мать не признает дитя!

Жрец поселения важно огладил бородку и заявил.

— Чужаки принесли нам беду. Тьма убила уважаемого человека. Расходитесь люди добрые. Я сам их выгоню из нашего дома.

Не подумав ляпнула.

— И как получилось, что Тьма тогда напала на нас, а не на вас?

Братья Тереховы с тройкой парней из нашего городка заступили вперед, прикрывая меня. Сальмогор вышел вперед.

— А ведь, ты Тарахар и сам с тьмой дружишь. Посох-то твой так и искрит ею.

Народ отшатнулся от жреца, образуя ровный круг по периметру. С волнением посмотрела на своих нянек, давая знак, чтобы уводили их. Ринис увидела и мои знаки первая и потянула сестру с моей дочкой в сторону наших. Они как-то так сложилось стояли справа все вместе, словно в противовес местным.

И пропустила начало настоящего боя. Жрец напал первым. Его посох выплюнул темные сгустки, увеличивающиеся на глазах. Народ дружно отшатнулся на несколько шагов назад, увеличивая периметр естественной арены, но не торопился с воплями расходится. Удивляюсь отсутствию минимальных понятий безопасности у людей. Заклинание же может и задеть их.

Сальмогор не позировал, его действия были плавными, собранными, он мгновенно выставил свой посох отражая нападение, отправляя заклинание наперерез тьме. Все ахнули, понимая на чьей стороне правда. Темный поток магии опадал, встретившись со светлой природной магией друида. Невероятное зрелище подтверждало, что она существует. Заметила, как молодняк с восхищением рассматривает борьба света и зла, фантазируя, что и она так смогут. Я не придумала их реакцию. Подозреваю Арда и ее муж успели поделиться тем, что магия возможна, что она реальна.

Жрец усмехнулся, отправляя в друида сильный поток магии. Друид пошатнулся, принимая удар посохом. Он устал. Предыдущая борьба стоила многого. Жрец мог специально выжидать, не вмешивался, ожидая когда силы друида ослабнут. А ведь недавно я делилась с ним