Наши запреты - Лина Мур

— Он разговаривает, — шепчет сын. — Вы слышали, мой отец, который требует тишины за столом и молиться перед едой, разговаривает!

— Господи, ты такой мудак, — закатываю глаза под общий хохот.

— Он разговаривает! Слушайте все! Мой отец говорит!

Роко подскакивает на ноги, а затем падает на траву, встаёт на колени и вскидывает руки к небу.

— Он говорит!

Роза смеётся, закрывая рот ладонью, а я обиженно поджимаю губы.

— Не куксись, засранец. Ты меня сейчас так заводишь, — жарко шепчет Лейк, похлопывая меня по бедру.

— Роко, садись уже за стол. Ведёшь себя, как идиот, — рявкаю на него.

Но нет, этот мудак носится теперь по всей лужайке и орёт о том, что я разговариваю.

— Сочувствую тебе, Роза, ты выходишь замуж за тупого имбецила, — фыркаю я, сделав глоток кофе.

— Он весёлый, — пожимает она плечами. — И знаете, наверное, это плохо, но я никогда в жизни не была настолько свободной, как сейчас. Я хочу выйти за него замуж. По крайней мере, насмеюсь на всю жизнь. Роко собирался отвезти меня в больницу. Мы встречаемся с Дроном.

— Он сам захотел? — удивляюсь я.

— Да, — кивает Роза. — Я не против. Думаю, это даже поможет нам лучше коммуницировать друг с другом.

— Я тоже собираюсь туда.

— Правда? — Лейк бросает на меня озадаченный взгляд.

— Да, я… хм, — промакиваю рот салфеткой. — Хочу встретиться с Раэлией.

— О, боже мой, правда? — Теперь глаза Лейк блестят от радости.

Киваю, вызывая в Лейк писк и танцы на месте. Я смеюсь, глядя на неё. Роко возвращается за стол с раскрасневшимися щеками и очень довольный собой.

— Закончил дурью маяться?

— Нет, это была только разминка, — улыбается он. — Я устал, и у меня похмелье, но потом вернусь к этому.

— Выпей, — Лейк протягивает ему стакан с ужасной на вид жидкостью. — Не делай губами эту сморщенную жопку обезьяны, это от похмелья. Не стоило так напиваться.

— Я не буду это пить. Я уже знаю, на что ты способна. Нет…

— Не выпьешь, я придумаю тебе ещё более серьёзное наказание, — угрожает Лейк.

Роко надувает губы и с надеждой смотрит на меня.

— Она леди босс. И, может быть, мне нравится смотреть, как ты мучаешься. Это чисто из принципа за то, что ведёшь себя, как дебил, — усмехаюсь я.

— Ты же мой отец! Как ты можешь так со мной поступать? — возмущается Роко.

— Доминик, подержишь его, пока я ему буду делать клизму? — спрашивает Лейк, бросая на меня вопросительный взгляд, а у Роко распахиваются глаза от ужаса.

— С радостью.

Роко хватает бокал и залпом выпивает его, без каких-либо возмущений с его стороны. Правда, он отплёвывается и кривится.

— Какое дерьмо.

— Тебе под стать, — хмыкает Лейк.

— Пошла ты, — шипит Роко, пихая её в плечо.

Я стискиваю кулак, отреагировав моментально. Конечно, сын сделал это в шутливой форме, но я всё равно злюсь. Только хочу защитить Лейк, но она поворачивается к нему и смотрит на него тем самым взглядом, от которого Роко сглатывает.

— Я не это имел в виду. Я… это было по-дружески. Эм… я наелся. Пойду приму душ, и поедем в больницу. Роза, я буду готов через полчаса, — Роко ветром сдувает, а Лейк хихикает.

— Пойду прослежу, чтобы он не заснул, — улыбнувшись, Роза встаёт и следует за Роко.

— Энзо ещё спит, я могу остаться с ним сегодня, если я тебе не нужна, — произносит Лейк, откинувшись на спинку стула.

— Ты нужна мне всегда. Но я должен это сделать сам. Один.

— У тебя всё получится, — заверяет она меня. — Ты ощутил потребность, не так ли?

— Откуда ты узнала? — удивляюсь я.

— То, как ты смотрел на пустой стул. То, сколько боли и страха было в твоих глазах. То, как ты принимаешь себя и свои ошибки. Должны были случиться подобные изменения. Ты переступаешь через ступени своей вины, Доминик. А когда такое случается, то и твои желания меняются. Ты словно идёшь к самому себе.

— Ты что, постоянно наблюдаешь за мной?

— Конечно. Мне нравится за тобой наблюдать. Ты секси, — пожимает она плечами и улыбается. — Меня возбуждает то, как ты принимаешь себя. Это очень красиво.

— Ты странная. Клянусь, ты самая странная женщина в моей жизни, — указываю на неё пальцем, а Лейк хихикает.

— Знаю, ты это уже говорил. Это плохо или хорошо для тебя? — спрашивает она, игриво склоняя голову.

— Это потрясающе, куколка. И если я сейчас не уйду, то не уйду никогда, потому что снова хочу тебя трахнуть. Так что я пошёл, — улыбнувшись ей, встаю из-за стола, который до сих пор забит едой. — Спасибо за всё это. Но тебе не нужно просыпаться рано и готовить на всех. Я плачу людям за это.

— Ты что, правда, решил, что я буду постоянно делать это? Нет, это была одноразовая акция. Точнее, это была атака на тебя, и она сработала.

— Атака на меня? — уточняю, прикладывая руку к груди.

— Да, — широко улыбается Лейк. — Помнишь, что я делаю?

— Якоришь меня. Чёрт, — качаю головой, и всё сразу встаёт на свои места. — Ты играешь на моих контрастах. И ты специально поставила пустые стулья, чтобы вызвать во мне эмоции.

— Именно. Обожаю, когда ты начинаешь думать. Это тоже сексуально. Но тебе, и правда, лучше бы уйти, засранец, потому что я бы не прочь снять с тебя штаны, — Лейк облизывается, и только это делает меня твёрдым. Я разрываюсь между желанием остаться здесь и ответственностью. Я так хотел бы…

— Как насчёт отпуска после того, как всё это закончится?

— Обсудим это именно тогда. Уходи. А я покормлю остальных твоих парней. К слову, мы с Лонни просмотрели все файлы, Рубена там нет. Значит, он точно работает на ирландцев.

— И это прекрасно. Будь готова к десяти вечера, я заеду за тобой, и мы поедем танцевать. Ты любишь танцы.

— Танцевать? — уточняет Лейк, и её глаза вспыхивают от радости.

— Да, — наклоняюсь к ней и провожу ладонью по её щеке. — Ты будешь танцевать, а я дрочить на тебя.

— Я уже кончаю. Скорее бы вечер.

Смеясь, тереблю её за подбородок и заставляю себя уйти. Я, действительно, заставляю себя уйти от неё. И мне плохо, когда я сажусь в машину. Ненавижу весь этот мир. Хочу обратно. Хочу ничего больше не делать, никого не защищать, а просто быть… счастливым? Да, именно так. Хочу завтракать при ярком свете солнца по утрам. Хочу сделать ремонт или, к чёрту, просто купить новый дом и переехать в него, чтобы там было… иначе. Чтобы там Лейк захотела остаться со мной.

— Босс, мы оставим её, да? — с надеждой спрашивает Лонни.

Перевожу на него взгляд в зеркало заднего вида.

— Признай, что она бы смогла жить с нами до конца. В этом нет ничего плохого, если ты женишься, и у тебя ещё будут дети. Ты имеешь право на это, Доминик.

— Имею право? — с горечью в голосе усмехаюсь я. — После того как устроил ад своим детям? После того как притащил в дом очередную суку, из-за которой теперь моя дочь лежит в больнице, а Мигель при смерти? Вряд ли.

— Все совершают ошибки. Мы проверяли её, помнишь? Ты и я. Я проверял её, и она была чиста. Никто из нас не мог даже предусмотреть тот факт, что Ида устроит всё это дерьмо, Доминик. Никто. И раз уж на то пошло, то я тоже виноват. Я глава твоей охраны и не защитил твоих детей. Я тоже виноват, но оттого, что мы будем винить себя, ничего не изменится. Нужно просто двигаться дальше. Ида теперь с Джеймсом, она выдала какие-то тайны, но насрать. Просто насрать. Боже, Доминик, ты был женат на исчадии ада. Твой лучший друг был исчадием ада. Может быть, ты уже перестанешь наказывать себя