Там, где цветёт багульник - Элен Скор

важное дело, господин Цигельман, но прежде я должен взять с вас расписку, что никто не узнает содержание сих документов, - Алексей чуть приподнял папку, что держал в руках.

- Но позвольте… – в голосе Цигельмана сквозило искреннее возмущение, он даже привстал со своего места.

- Не стоит так волноваться, господин поверенный, - Алексей достал из внутреннего кармана какой-то не то-орден, не то жетон, увидев его Цигельман внезапно побледнел и плюхнулся назад на стул.

- Прошу прощения, господин Перовский, я не знал…

- Подпишите, господин Цигельман, - Алексей открыл папку и положил на стол бумагу с гербовой печатью.

Поверенный дважды перечитал её и только после этого поставил свою подпись и печать. Алексей забрал документ и протянул Цигельману папку с бумагами.

- Я сопровождаю графиню Анну Афанасьевну Никитину, вы должны заверить касающиеся её документы.

Цигельман привстал и поклонился в мою сторону, словно только что меня заметил:

- Госпожа графиня!

- Займитесь делом, господин Цигельман, - поторопил его Алексей, - вы позволите нам присесть?

- Да, да… - поверенный рассеянно махнул рукой, он уже углубился в изучение документов.

Алексей усадил меня в единственное кресло, а сам сел на стул. Я тем временем наблюдала за поверенным, гадая, почему он так испугался, увидев жетон Перовского? Цигельман тем временем снял пенсне, протёр стёкла платочком и снова водрузил его на нос, словно не веря тому, что написано в лежащих перед ним документах. Он переложил ещё один лист к уже прочитанному, и я заметила, как его пальцы чуть заметно подрагивают.

То, как ведёт себя поверенный, наталкивало меня на мысль, что таких щедрых предложений, как аренда земли под железную дорогу государство делало не часто. Наверное, Алексею пришлось поднять все свои связи, чтобы добиться такого решения.

Тем временем Цигельман дважды проверил все документы, достал из стола большую амбарную книгу, вписал в него номер и дату, тут перо дрогнуло, он едва не посадил на страницу кляксу. Но взяв себя в руки, поверенный сделал пометку о деле между графиней Никитиной и Российской империей.

Затем он поставил этот номер и свою подпись на каждом лежащем перед ним документе.

- Анна Афанасьевна, - позвал он, - вам нужно подписать тут и тут.

Мне так же пришлось расписаться на двух десятках листов, после чего Цигельман проштамповал их печатью, разделил на две стоки, одну из которых сложил в конверт, запечатав расплавленным сургучом. Но видимо этого ему показалось мало, конверт был завернут в плотную желтоватую бумагу, перевязан бечевкой и щедро запечатан сургучом.

Оставшиеся документы он сложил обратно в папку и подтолкнул её в сторону Алексея.

Перовский тщательно проверил содержимое папки, кивнул, вытащил из кармана пачку банкнот и положил на стол.

- Приятно меть с вами дело, господин Цигельман, - Алексей встал, коротко кивнув в знак признательности.

- Взаимно, господин Перовский, - ответил поверенный, хотя радости от этой встречи он явно не испытывал.

- С этого дня госпожа графиня будет иметь дела только с вашей конторой.

Алексей явно решил ему польстить, хотя этого уже не требовалось. Господин Цигельман взялся считать полученные деньги и судя по его сначала растерянному, а затем довольному виду, в полученной пачке было намного больше, чем он рассчитывал. Так что провожал он нас уже с искренне довольной улыбкой.

Мы вышли из конторы и сели в поджидающий нас экипаж, Алексей расслабленно откинулся на спинку сиденья.

- Слава Богу, всё решено, теперь Анна Афанасьевна вам больше ничего не угрожает! Вы под защитой государства.

- Алексей Борисович, что за жетон вы показали господину Цигельману, что он сразу стал как шелковый?

Алексей достал из кармана и передал мне небольшую медальку с изображением двуглавого орла и зашифрованной надписью, которая мало о чём мне сказала.

- Здесь указано, что податель сего жетона принадлежит к тайной организации, которая обеспечивает безопасность и спокойствие Российской империи, - с улыбкой пояснил Алексей.

- И это явно не министерство строительства железной дороги, - догадалась я.

- Я всего лишь проверяю, чтобы не было нарушений и всё работало.

- Так, вы, Алексей Борисович, ревизор?!

- Можно и так сказать! Берегите эти документы, Анна Афанасьевна, - он передал мне папку. – А теперь можно ехать к Бобровым, - трогай голубчик!

- К Бобровым, Алексей Борисович, вы поедете без меня. Пелагея Федоровна ясно дала понять, что хочет видеть лично вас. А я тем временем займусь праздничным обедом. Это дело нужно отметить, - я похлопала ладонью по папке. - Вы не против?

- Я за! – кивнул Алексей. – Сделаем так: я выйду у дома Бобровых, а вы отправитесь в усадьбу. А обед предлагаю заменить конной прогулкой.

На том мы и порешили. Высадив Алексея, я отправилась домой, предвкушая пикник на природе. Это будет замечательным продолжением дня.

Вернувшись домой, я бегло просмотрела лежащие в папке документы, можно сказать, Алексей сделал невозможное: сдать государству землю в аренду, да ещё и бессрочно, причем, сумма выплат будет напрямую зависеть от рентабельности проложенной там железнодорожной ветки. По сути, я буду получать мизерный процент с выручки, но зато стабильный. И с каждым годом он будет только расти, ведь железная дорога пользуется огромным спросом!

Убрав папку в стол, в который раз подумала, что нужно озаботиться приобретением сейфа, но ни времени, ни средств на это пока не хватает.

Отложив дела в сторону, я отправилась на кухню, узнать у Зои как обстоят дела с подготовкой нашего пикника. По пути заглянула в детскую, но Маши там не было.

По-первости я ещё пугалась, не застав сестру в комнате, но постепенно это прошло. Проходя мимо террасы, услышала с улицы детский смех. Не удержавшись, выглянула.

Возле сараев Потап Иванович вместе с Машей кормили кур. Девочка тут буквально расцвела, стала веселой и общительной. Я невольно улыбнулась, глядя как она рассыпает по земле зёрна, стараясь, чтобы всем курочкам досталось поровну.

Какое, всё же счастье, что мы есть друг у друга!

Зоя уже наготовила крошечных пирожков с разной начинкой, завернула в пергамент, а потом в полотенце запеченную курочку, тут же лежала пряная зелень и первые хрустящие огурчики. На столе стояла запотевшая бутыль с компотом.

- Гаврила специально в колодец спускал, чтобы остудить, - похвасталась она. – В жару оно самое то будет!

Всё это Зоя складывала в большой плетёный короб. Не забыла и посуду, завернув каждую тарелку в холстину, чтобы не разбилось. Осталось только дождаться виновника