Там, где цветёт багульник - Элен Скор

и все матери, она принялась нахваливать своего сына. Константин Николаевич держался отстранённо, но тут сразу оживился. Было видно, что он до сих пор любит свою избранницу, это было заметно по его взгляду, мимолётным касаниям, в том, как он придерживал для неё дверь и подставлял свой локоть, чтобы она могла на него опереться.

Сын явно тоже был ему не безразличен, Константин Николаевич с гордостью говорил о его успехах. Разговор заметно оживился, все расслабились, Анна Борисовна умело сглаживала все острые углы.

Потом мы переместились в столовую. Ужин был довольно изысканный, я ужасно боялась перепутать столовые приборы, но всё обошлось.

После ужина мы разбились на пары, Алексей ушёл с отцом, а я с будущей свекровью вернулась назад, в гостиную. Она вдруг стала необычайно серьёзной.

- Анна, я очень благодарна вам за этот визит! – подойдя ближе, она протянула ко мне руки и, взяв мою ладонь, слегка её пожала. – Вы очень смелая девушка, раз не испугались связать жизнь с моим сыном. Но готовы ли вы к порицанию общества, к разговорам за вашей спиной? Посмотрите на меня, я тут как в золотой клетке, у меня есть всё, что только можно желать, но меня не примут ни в одном порядочном доме, не позовут ни на один светский раут.

- Значит, не такие уж они и порядочные! – перебила я её. – Ваша вина лишь в том, что вы любите и любимы.

- Вы говорите не как молоденькая девушка, ваши слова больше подошли бы умудрённой жизнью женщине, - она внимательно на меня посмотрела, а потом, вздохнув, жестом указала на стоящие рядом кресла, - присядем. Я хочу рассказать вам свою историю. Вы должны знать, чтобы не совершать моих ошибок.

История была довольно банальна. Она, обычная дворянка, несомненно талантливая, имевшая успех на сцене и он, сын венценосных родителей, женатый и имевший кучу детей, влюбились друг в друга без памяти. О разводе не могло быть и речи, но князь был честен со своей женой, тут же обо всём ей рассказав.

Он не скрывал, что у него две женщины, он говорил:

- Одна у меня – жена законная, а другая – любимая.

Да, он считал Анну женой, но для всех она так и оставалась просто любовницей. Падшей женщиной. А её дети не могли носить фамилию отца. Алексей принял отчество самой Анны, ему была пожалована фамилия Перовский. Бастард, дворянин без титула. Он носил на себе отпечаток греха своих родителей.

- Я всегда знала, как это тяготит его, - Анна Борисовна вздохнула. – Алексей всегда старался доказать отцу, что достоин быть его сыном. Даже стал работать под началом отца. Константин Николаевич председатель Государственного Совета.

- Алексей никогда не говорил, кто его отец.

- Я это поняла, по вашим глазам.

Потом Анна Борисовна рассказала о детстве самого Алексея, иногда она замолкала, словно возвращалась туда, в прошлое, к этим моментам, отложившимся в её памяти, и тогда на её губах проступала лёгкая, едва уловимая улыбка.

После этого разговора я узнала об Алексее много нового, стала лучше его понимать. А ещё у меня в голове зародилась одна очень интересная идея, только нужно её основательно проверить. Поэтому, когда Анна Борисовна провожала нас (Константин Николаевич уехал чуть раньше), я ещё раз напросилась к ней в гости.

В глазах Анны Борисовны промелькнула искренняя радость.

- Аннушка, в этом доме вы самый желанный гость!

По дороге домой я немного пожурила Алексея за его скрытность.

- Мог бы предупредить меня!

- Тогда бы ты волновалась ещё больше. Маме ты понравилась. Вы выбрали дату свадьбы?

- Я не хотела делать этого без тебя. Не хочу большого торжества, простого венчания будет достаточно.

- Какая ты у меня скромница! – он потянулся ко мне, чмокнув в кончик носа.

- Цени! – улыбнулась я.

Глава 45

Следующий день мы посвятили делам, связанным с арендой моих земель. Для начала пришлось открыть счёт в одном из столичных банков. Потом пройти через несколько кабинетов, где неторопливые клерки тщательно изучали мои бумаги, на лицах некоторых читалось недоумение, а то и искреннее удивление. Один даже переспросил, действительно ли у меня арендуют этот крохотный участок земли, нет ли ошибки в расчётах.

В конце концов, моё имя внесли в десятки амбарных книг, и я получила на руки документ, о том, что ежемесячно на мой счёт будет приходить некая сумма, а после открытия железнодорожной ветки, процент от полученной с неё прибыли.

Выйдя на улицу, я с наслаждением вдохнула горячий летний воздух. Мне казалось, что за этот день я вся пропиталась запахом бумажной пыли и чернил.

А вот Алексей чувствовал себя в этих кабинетах вполне уверенно, я прекрасно понимала, что без него эта бюрократическая рутина могла затянуться на неопределённое время.

- Куда теперь? – спросила я.

- Давай пообедаем вон в той ресторации, - предложил он, - с террасы открывается чудесный вид на Неву. А потом я отвезу тебя домой. Мне нужно будет заняться делами.

- Не нужно домой, где тут ближайшая библиотека?

- Анна, душа моя, вам не стоит ездить по городу без должного сопровождения. Это моя вина, я должен был подобрать для вас камеристку, но у меня совсем нет знакомств такого толка.

- Возможно, меня сможет сопроводить ваша матушка. Как думаете, она согласиться?

Алексей задумался.

- Маменьке будет полезно развеяться, - кивнул он.

Так что пообедав, мы отправились к дому его родителей. Анна Борисовна была очень рада нас видеть, а когда я предложила ей прогуляться по городу, тут же согласилась.

Алексей уехал, Анна Борисовна засуетилась, думая, чем меня занять.

- Аннушка, мне нужно сменить платье, чтобы вы не скучали, я велю подать чай и пирожные.

- Анна Борисовна, подождите, у меня есть к вам серьёзный разговор.

Она остановилась, в глазах появилась настороженность. Глядя, как ещё щеки наливаются бледностью, я поспешила её успокоить.

- Мне нужен ваш совет!

- Аннушка, голубушка, что ж вы меня так пугаете!

Кажется, она решила, что я хочу разорвать помолвку. Анна Борисовна очень любит своего сына и искренне желает ему счастья.

- Не так давно я приняла наследство отца, а ещё он передал мне титул, назначив главой рода. Анна Борисовна, у меня совсем нет опыта в таких делах, скажите, после свадьбы Алексей тоже станет графом?

- Нет, - покачала она головой, -