Там, где цветёт багульник - Элен Скор

- Мечтал об этом с самого утра! – выдыхает он в мои приоткрытые губы.

Дорога неблизкая и мы успеваем вдоволь нацеловаться, все остальные мысли, ушли на второй план.

В усадьбе нас уже ждут, ворота широко открыты. Столы поставили прямо в саду, под деревьями. Гостей немного, в основном это знакомые и сослуживцы Алексея. Ищу глазами Машу, она весело смеётся, ловя ладошками струйки садового фонтанчика. Рядом с ней Зоя, Полины нигде не видно.

Зато я вижу направляющегося в нашу сторону Семёна. Стараясь не привлекать к себе внимания, которого сегодня и так в избытке, зову его к себе.

- Где Полина? Она ушла?

- Никак нет, Анна Афанасьевна, Полина Сергеевна попыталась закатить у церкви скандал, но я быстренько её в ближайший экипаж запихнул.

- А что у тебя с лицом?- я заметила две свежих царапины.

Он, поморщившись, коснулся щеки кончиками пальцев.

- Она, Ваша Светлость, словно дикая кошка: кусалась, царапалась, Насилу угомонил!

- Так где же она сейчас?

- Ваша светлость, - Семён склонил голову перед моим мужем, - я взял на себя смелость запереть её в одной из комнат.

- Правильно сделал, - похвалил его Алексей. – Надо бы ещё человека к дверям приставить!

- Сделаем!

- А если она окна побьёт? – заволновалась я. – Нужно с ней поговорить.

- Не сейчас, душа моя, у нас ведь свадьба, - напомнил мне муж. – Гости ждут!

- Семён, проследи. А лучше посади её в чулан без окон!

- Не беспокойтесь, Анна Афанасьевна, сделаем!

Семён ушёл, а мы вернулись к гостям, которые прогуливались вокруг богато накрытых столов. Время близилось к обеду, все нагуляли отменный аппетит.

Повара расстарались на славу, всё было очень изысканно и вкусно. Нас снова поздравляли, и эти слова звучали намного искреннее, чем там, в храме. Ведь тут собрались только самые близкие.

Алексей сидел во главе стола, я с левой стороны, а Анна Борисовна – справа. Константин Николаевич, увы, не почтил нас своим присутствием, но то, что он был в храме – дорогого стоит!

И вроде всё хорошо, мне бы радоваться, но появление Полины, словно капля дёгтя в бочке мёда, портила всю картину. Я никак не могла расслабиться, постоянно о ней думала, и когда гости начали вставать из-за стола и разбредаться по саду, предложила мужу навестить нашу нежданную гостью.

Семён очень своеобразно выполнил моё поручение, сажать в кладовку он её не стал, просто окно закрыли ставнями, благо оно выходило на задний двор и не привлекало к себе внимания.

У дверей стоял парнишка в новенькой форме лакея, из-за нашей свадьбы Алексею пришлось увеличить штат слуг.

- Как она там? – спросил Алексей.

- Притихла, Ваша Светлость! – отрапортовал слуга, вытянувшись по струнке.

- Открывай!

Полина, нахохлившись, сидела в кресле, но увидев нас тут же вскочила.

- Это всё из-за тебя! – ткнула она в меня пальцем. - Почему тебе всё досталось, а моей Машке ничего? Была бы она графиней, я бы сейчас ни в чём не нуждалась!

- Это была воля нашего отца!

- Афанасий совсем из ума выжил! Ведь Маша всегда при нём была, а тебя он в монастырь сдал!

Мне самой было не до конца понятно, почему отец, признав нас с сестрой, наделил графским титулом только меня, Маша же стала обычной дворянкой. Если бы мы с ней родились в браке, то получили бы титул автоматически, но мы обе незаконно рожденные и давать нам титул или нет, мог решать только отец.

- Он позаботился обо мне как смог, на тот момент это было лучшим решением! Не тебе его судить! – в моём голосе зазвенел металл, Полина даже отшатнулась.

Ощущая за спиной поддержку мужа, я чувствовала себя сильной и уверенной женщиной. Не сказать, чтобы я сама одобряла решение отца, но это его воля. Даже то, что он нас признал, дорогого стоит. Это я теперь отлично понимаю.

- Ты что-то говорила про долги, - напомнила я.

Полина суетливо завозилась в складках платья, достав уже знакомую, перевязанную ленточкой стопку бумаг.

- Вот, ты глава рода, ты должна заплатить!

- Хочу тебе напомнить, что ты к нашему роду не имеешь никакого отношения.

- Но Маша…

- Маша моя сестра и я за неё отвечаю. Ты утратила на неё все права, когда сбежала! Кстати, почему ты здесь, а не в Париже? Где тот красавец-гусар?

- Деньги закончились, он меня бросил. Мне пришлось занимать, чтобы вернуться, - Полина потупилась.

- И ты ни разу не вспомнила о дочери, даже не спросила, как она, - я горько усмехнулась.

Полина вскинулась:

- Я готова забрать Машу, если вы снимите нам жильё и будете давать денег.

- Нет, - качнула я головой, - Маша останется со мной. И, кстати, я больше не глава рода, им стал мой супруг.

Алексей положил ладони мне на плечи, подтверждая, что во всём меня поддерживает.

Полина подняла взгляд и тут же втянула голову в плечи. Это со мной она спорила, а вот с мужчиной побоится.

- Значит, денег не дадите …

- Вам лучше покинуть наш дом! – от голоса Алексея повеяло холодом.

Полина понуро опустила плечи, долговые расписки упали к её ногам. Но потом она вдруг спохватилась и снова зашарила по карманам.

- Вот! - в руках она держала запечатанный сургучом конверт. – Тут что-то очень важное! Афанасий говорил, что Перовский за это душу продаст! Простите, Ваша Светлость, - сглотнула она, глянув мне за спину. Но тут же подобралась как змея перед броском.

- Я готова продать вам это письмо!

- Сколько! – спросил Алексей.

Полина назвала довольно крупную сумму.

- Хорошо! – согласился он. – Только сначала вы подпишите бумагу, что больше не станете докучать своим видом ни мне, ни моей супруге. Вам это понятно?

Конечно, она согласилась.

Принесли перо и бумагу, под диктовку моего мужа Полина написала расписку, что отказывается от своей дочери и получает за это определённую сумму в серебряных рублях. По сути, она продала Машу.

На душе было так мерзко, но я понимала – это единственная возможность уберечься от будущего шантажа. Получив деньги однажды, Полина не успокоиться.

Потом произошёл обмен: деньги на письмо и расписку.

- Проследите, чтобы эта женщина покинула наш дом, - велел Алексей.

Слуги увели Полину через задний двор, так что гости ничего не заметили, продолжая