Там, где цветёт багульник - Элен Скор

Последние три дня проходят в сплошной суете. Небольшая заминка вышла, когда выяснилось, что невесту к алтарю должен вести отец, коего у меня не было или другой родственник. На худой конец крёстный или друг семьи.

Никого из перечисленных у меня попросту нет. Единственный, кто приходит на ум – это Семён. Срочно была дана телеграмма в Пензу, откуда её отвезли в Кузнецк.

Семён прибыл за день до свадьбы. Увидев его, Анна Борисовна всплеснула руками. Семёна тут же отправили в цирюльню, а потом в один из модных мужских магазинов за праздничным костюмом.

Забавно, как одежда и причёска меняет человека, теперь глядя на Семёна можно было принять его за богатого горожанина, а то и дворянина.

И вот он настал, день, о котором я столько мечтала и одновременно боялась. Алексея я не видела со вчерашнего вечера, тоже согласно приметам. Он будет встречать нас в церкви.

Утром мне передали подарок от Константина Романова. Отец Алексея прислал комплект драгоценностей, увидев которые Анна Борисовна ахнула. Оказалось, жемчужная парюра когда-то принадлежала матери Константина Николаевича, императрице Александре.

Что это, как не намёк всем, что за Алексеем стоит влиятельнейший древний род.

Срочно меняем мои драгоценности на царский подарок. Платье сидит как влитое, на улице нас уже ждут несколько экипажей.

Всё сотню раз выверено и кажется идеальным.

Но когда всё шло, как задумано?

Глава 46

Перед церковью полно народа, все пришли посмотреть на нашу свадьбу. Думаю, виной всему объявление в газете, будь оно несколько раньше, многие о нём бы уже позабыли. Но у нас как всегда всё в последний момент, еле успели к назначенной дате.

А народ всё прибывает, всем хочется посмотреть на новоявленного графа и его избранницу. Вот и живой пример того, как титул меняет мнение общества. Оставайся Алексей простым дворянином, кому бы было интересно на ком он жениться.

Я уже стала переживать, что в такой толчее мы даже не сможем протиснуться к ступеням храма, но завидев наш экипаж несколько жандармов, оттеснили людей в сторону.

Семён помог мне выбраться, из кареты, Анна Борисовна тут же кинулась расправлять складки на свадебном платье. Маша испуганно жмется к Зое, в этой суматохе они чуть не забыли про корзину с розовыми лепестками. Хорошо, что Анна Борисовна берёт всё в свои руки, расставляя нас по парам.

Впереди Зоя и Маша с корзиной в руках, следом Семён и я. Моя будущая свекровь замыкающая.

Дверь церкви открывается и до меня доноситься музыка. Внутри тоже полно народа, но тут хотя бы нет толчеи. Центральный проход свободен, Машенька идёт впереди, разбрасывая под ноги цветочные лепестки и, кажется, ей нравиться всеобщее внимание, здесь хотя бы нет пугающего её шума.

Семён берёт меня под руку и ведет к алтарю. Мой взгляд устремляется к стоящему там мужчине и толпа, и всё остальное отходят на задний план, я вижу только его, моего будущего мужа. Он необычайно хорош в новом, идеально подогнанном костюме и самое главное, он тоже не сводит с меня восхищённых глаз.

Семён останавливается и отходит в сторону. Нас с Алексеем разделяет всего два шага, так мало и так много!

Служка суёт мне в руку зажжённую свечу и я понимаю, что церемония уже началась. Батюшка читает молитву, а потом задаёт стандартный вопрос:

- Согласен ли ты раб божий Алексей взять в жёны рабу божию Анну?

- Согласен! – эхом раздаётся под гулкими церковными сводами.

- Раба божия Анна, согласна ли ты взять в мужья раба божьего Алексея.

В горле неожиданно пересыхает, из-за этого я чуть медлю, с трудом выдавливая тихое:

- Да!

Взгляд теперь уже законного мужа теплеет, он первым преодолевает разделяющее нас расстояние.

- Аннушка! Душа моя! – шепчет он.

Очень хочется сбежать туда, где мы будем одни, но пока это невозможно, нас начинают поздравлять и первым подходит Константин Николаевич, отец Алексея. Всё же пришёл!

Его появление становиться сигналом для высшего общества, к нам тут же устремляются богато наряженные господа.

- Кто все эти люди? - улучив минутку, спрашиваю я.

- Столичная знать. Не удивлюсь, если вскоре нас завалят приглашениями на званые обеды и ужины. Всем захочется принимать у себя в салоне графа Никитина-Перовского и его красавицу жену! В ближайшие недели им будет о чём посплетничать.

Алексей как всегда самокритичен, но он прав, титул, всего лишь небольшая приставка к имени, но она открывает двери многих домов.

- Думаю, мы станем главной новостью сезона, - шутит муж, а мне сейчас больше всего хочется, чтобы поскорей закончилась вереница незнакомых людей, желающих нам счастья, достатка и детей побольше.

Я дежурно улыбаюсь и киваю, пока передо мной не возникает хорошо знакомое лицо.

- Полина?

Не сказать, чтобы я совсем забыла о матери Машеньки, но Полина вроде собиралась уезжать в Европу. Не думала, что увижу её так скоро!

- Рада тебя видеть! – улыбаюсь я. – Маша по тебе скучает.

Полина воровато оглядывается туда, где стоят Зоя с Машенькой, и я понимаю, что она тут совсем не для того, чтобы увидеть дочь.

- Чего тебе надо?

- Вот, - она суёт мне в руки перевязанную лентой стопку бумаг.

- Что это?

- Счета! Ты должна оплатить! Из-за тебя я влезла в долги! – в его голосе проскальзывают визгливые нотки.

- Из-за меня? – я хмурюсь, не понимая о чём речь. Это она сбежала, бросив малолетнюю дочь, и смеет ещё что-то требовать?

На нас уже начинают коситься, только скандала ещё не хватало! Поняв это, Алексей вмешивается в нашу перепалку.

- Дорогая, познакомь нас, - просит он.

- Полина Сергеевна, мать Маши. Граф Никитин-Перовский, мой супруг.

- Дорогая Полина Сергеевна, - улыбается Алексей, - позвольте пригласить вас на банкет по поводу нашего венчания. Право слово, ведь мы теперь не чужие люди. Там всё и обсудим.

Его улыбка действует на неё гипнотически, Полина чуть с задержкой, но согласно кивает. Я даю знак стоящему неподалёку Семёну, он всё прекрасно слышал, поэтому крепко берёт Полину под руку и ведёт к карете.

Поток поздравляющих, наконец-то, иссяк. Мы выходим из церкви, где нас щедро посыпают зерном. Алексей раздаёт монеты сидящим на паперти нищим, жандармы расчищают путь к каретам, они подъезжают одна за другой, и мы отправляемся в загородную усадьбу.

В нашей карете только мы вдвоём, Алексей притягивает меня к себе и крепко