Исмея. Все могут короли - Кейт Андерсенн

— Так и проглотил почти, — другой свистящий грудной голос искристо засмеялся.

Рассмеялись и прочие участники действия. И жуть как хотелось увидеть, кто же это.

— Странно, что вы не заплывали в Зеркальное море прежде.

— Наш предок просил охранять море Белого Шепота.

Сирены. «Льдистые и белошепотовские». Ис неосторожно выдохнула шумнее обычного — они правда здесь?!.

— Ис! — мгновенно схватилась за ее руку Тильда. — Ты меня слышишь?..

— И кто тут тише должен быть…

— Ой, Фальке, перестань, — беззлобно отозвалась на очередную подначку Тильда.

Исмея поморщилась и попыталась сесть.

— Не спеши… — Тиль подмостила ей под лопатки подушку. — Квилл говорила, тебя будет шатать сначала…

— Разрешите вас приветствовать в мире живых, ваше имперское величество!

В каюте было полно людей… и не только. Барти с радостно встрепенувшимся взглядом, блистательно выпаливший торжественное приветствие Фальке; две сирены сидели на переборке: Нарви — хвостом внутрь, незнакомая — наружу. Тильда примостилась на табуретке у ее широкой кровати, а на сундуке, прислонившись спиной к стене и лениво приоткрыв глаза, устроилась тангарка Лира. Смотрела на нее.

— Ты — принцесса?

О нет, она все еще ужаснейшим образом сипела! И воздух из горла выходил со свистом.

Лира царственно кивнула, складывая руки на груди.

— Не беспокойся… Исмея. Убийца не ушел безнаказанным. Его больше нет.

— А ты…

— Я цела. Только шишка на затылке. А вот тебе… не позавидуешь.

— Ох, Лира, — вмешался Фальке, — просто наша императрица сражается, как тигрица.

— Поговаривают, что на острове Су водятся свирепые тигры, — выдала справку Тильда и прислонила к губам Ис какую-то склянку. — Попей, будет легче.

Ис послушно и жадно прильнула к бутылочке с зеленоватым зельем — Фарр вечно хлестал что-то такое после ранений… Скосив взгляд, обнаружила, что грудь и левое плечо забинтованы, вторая рука — надежно скована в деревянных лубках… Сломала?!.

А левая нога от движения тут же пронзила до самого сердца стрелой острой боли… Ис простонала.

— Который… час?

— Ночь, — отозвалась Тильда. — Глубокая ночь.

Зелье закончилось. Казалось, в нем собралась вся свежесть весеннего леса.

— И вы все… кхе… не спите? — и по горлу холодок побежал, и говорить стало легче.

— Мы переживали… Исмея… — Барти очаровательно мило потупился.

Ах да, она ведь даже замуж за него едва не собралась… Какой кошмар, бр-р!

«Я тибье нье собачьонка». Что-то неясно царапнуло сердце.

— Ожидали указаний, точнее, — приосанился гордый Фальке.

— Фальке, какие указания?! — сердито сверкнула на мерчевильца глазами Тиль. — Ис едва в себя пришла.

— Это не оправдание для монарха, — пожала плечами Лира.

Корабль слегка покачивался на волнах, а сирены слушали и посмеивались, время от времени постукивая мокрыми хвостами по дереву. Не то в удовольствии, не то в нетерпении.

Поскрипывал висячий фонарь под потолком — обычный, на медвежьем жиру… И плясали по лицам блики и отсветы…

Лира и Фальке правы — как члены королевских семей, они понимают. А Тиль покачала головой.

— Как Аврорик, честное слово… Ненормальные.

Почему-то показалось сейчас, что, если ее сравнивают с Авророй Бореалис — это комплимент.

— Исмея, — поклонился тут же вышеупомянутый мерчевилец, в пару шагов оказался возле ее кровати — по стороне противоположной от Тиль, схватил ее ладонь, прижался губами… — раз уж мы можем на ты… позволь выразить свое восхищение. И заверение в полной поддержке Мерчевиля. Мы предоставим все необходимое.

Ис хотела холодно отрезать «мы будем на вы», но тут брови ее поползли кверху.

— А я лично готов также отдать свои руку и сердце, подумай только…

Барти закашлял сзади сурово, и воцарилась тишина. А Ис расхохоталась, совсем неожиданно для себя.

— Ты совсем не меняешься!

— Чурбан чурбаном, — подтвердила и Тильда. — Про кречетов еще скажи, башка твоя мерчевильская.

— Тиль!.. — возмутилась Исмея.

Что за выкрутасы, в самом деле?.. Фальке оставил ее руку в покое и отошел к деревянной ширме. Оперся о ее раму, явно шуточно жалуясь:

— Ох, Исмея, у нее вовсе манер нет, у вашей учительницы… Они обращаются со мной так с самого вчера, а ведь я из самых лучших побуждений, ради любимой императрицы — на другой край материка! Да, вот ваш регент прислал мне ваше письмо с этой очаровательной парочкой… Мы встретили льдистых сестричек со всем уважением — как вы могли сомневаться!

— Встретили — да, подтверждаю, — сообщила Нарви. — Но, императрица, в недельном путешествии этот шут меня утомил.

— У нас про них говорят «болтуны и позеры», — мрачно просветил Барти сирену.

Это какой-то очередной дурной сценарий Тенора… Хотелось хохотать с них всех. И было так легко, будто Даризана и не существовало никогда.

Ис пошевелилась, и с радостью обнаружила, что боль уже не стреляет в самый мозг, как пять минут назад.

— Метко, — тем временем согласилась Нарви и накрутила прядь густых серых волос на такой же серый палец.

— В любом случае, — совершенно не смутился Фальке, — они слишком уж выглядели влюбленными, а я ответа придумать не мог такого, чтоб вам разъяснить, что могу быть таки полезнее Аяна… Ваш регент ведь приписал, что вы, может, и не выйдете замуж… Кстати — вот так идея, нашего Чарли выставить регентом! Вы поразительны абсолютно всегда, Исмея! И вот Нарви говорит — «императрица в беде». Моя любимая императрица?.. Разве мог я сделать вид, что ничего не знаю?! Вот и возможность доказать, что моя кандидатура…

Ис даже хрюкнула. Лира отозвалась безжалостно:

— Ты не тужи, мерчевилец, просто у императрицы уже есть кандидат.

Опа.

Какой такой кандидат?!.

— Кто же это?! — ахнули все присутствующие одновременно.

Ис хотела ударить кулаком по чему-нибудь твердому, но утонула в шкурах, и лубки помешали. Сплетники!

Зато сил явно прибавилось.

Лира пожала плечами и усмехнулась, обводя все заинтересованные лица взглядом. Посмотрела на Ис.

— Сказать им?

— Только попробуй, — мрачно процедила Ис.

— Ладно. Ребят, императрица не желает обсуждать сей вопрос с вами. Всем понятно?

Запоздало дошло: тангарка ведь могла иметь в виду Валира.

Но вообще… нечего женихов ей тут навязывать! Она вообще замуж не выйдет. Вот. Хватило сватовства… Их всех.

— В общем, — первой отмерла Тиль, — Фальке хотел тебе отдать кречетов. Похоже, Унь нашел подружку.

— Ах, верно, — опомнился дуче,