Ее душа - Харли Лару

Он кивнул.

– Еще бы. После того, что я подсыпал тебе в стакан, тебя должно было хорошенько накрыть. Мы могли бы весело провести время…

Иеремия сделал шаг вперед, и я инстинктивно отшатнулась. Это его позабавило, он хохотнул.

Неужели Хэдли говорит серьезно? Признаётся вслух, что опоил меня?

– Но вместо ночи с твоим безвольным телом я до самого утра просидел в участке, объясняя, почему мой любимый папаша решил свести счеты с жизнью.

Последние слова он выделил в воздухе кавычками.

Черт. Все совсем плохо. Я глянула в сторону служебного выхода – может, получится сбежать?

Но там уже стоял парень из прохода.

Черт. Черт, черт, черт, черт!

– Знаешь, наверное, мне стоит поблагодарить тебя, – продолжал Иеремия. – И твоего демона тоже. Вы ведь избавили меня от папаши. Поверь, жить с человеком, который мечтает принести тебя в жертву, – непростое испытание для психики. – Он пожал плечами. – Хотя, если честно, Рэй, меня это бесит. Все эти «соболезнуем», «мне так жаль»… До смерти надоело притворяться скорбящим.

Он думает, что Кента убил Леон. И что я ему помогала.

Я метнулась вперед, пытаясь проскользнуть к выходу, но Иеремия с напарником перегородили мне дорогу.

– Куда ты, Рэй? Неужто опять решила удрать?

Он насмешливо хмыкнул и придвинулся ближе. Я прижалась спиной к холодильникам, все еще надеясь обойти их сбоку.

– Томми, запри дверь! – рявкнул Иеремия.

Я швырнула в него корзинку и рванула к выходу. За спиной грохнул металл, но я даже не обернулась. Главное – успеть.

Однако вместо открытых дверей меня встретила опущенная решетка. Я резко остановилась, сбив дыхание. Сердце колотилось как бешеное. Продавец – судя по бейджику, тот самый Томас – с довольной ухмылкой запирал замок.

– Похоже, папаша не очень хорошо объяснил тебе правила, – протянул Иеремия, подходя вместе с приятелем. – Позволь внести ясность. В Абелуме правят Либири. Всегда правили. И будут править вечно. Да, конечно, иногда здесь попадаются всякие наивные душонки вроде твоей Инайи. – Он закатил глаза. – А вот все твои однокурсники… – Томас весело подмигнул мне. – Соседи… Милые старички на улице. Все они – наши. – Иеремия усмехнулся. – А если точнее – то мои. Все они мои, Рэй. И ты тоже станешь моей.

– Нет… – прошептала я. Голос дрожал, в горле пересохло от страха. Леон должен был заметить, что магазин закрыли. Он придет. Обязательно. Прямо сейчас!

За спиной что-то громыхнуло, стекло дрогнуло, и раздался жуткий рев. Следом последовал новый удар, словно рухнула скала. Иеремия даже не шелохнулся, но его приятели побледнели и вытаращились, увидев, кто ломится в магазин.

Мой демон. Единственный, кто имеет на меня право.

– Эй, я думал, Ник с Уиллом его задержат… – пробормотал Томас, нервно косясь на своего приятеля, пока Леон рвал в клочья решетку. Я его не видела, хотя скрежет металла говорил сам за себя.

Иеремия скинул куртку и бросил под ноги.

– Они сделали все, что им полагалось. Зря согласились – надо было быть полными идиотами. – Он ухмыльнулся, глянув на Томаса. – Хотя бы ты, дружок, не веди себя как дебил.

Томас побелел словно покойник. Над моей головой просвистел кусок металла и врезался в полку, откуда посыпались бутылки. Стекло брызнуло на пол, разлетаясь осколками. Повеяло жаром – Леон уже стоял рядом. Он обхватил меня и прижал к себе, заключив в стальные объятия. Рубашка на нем была мокрая, заляпанная кровью. В воздухе отчетливо запахло железом.

Теперь ясно, что случилось с Уиллом и Ником.

– О, какая трогательная сцена, – протянул Иеремия, выразительно хлопая в ладони. – Хотя, если честно, ты изрядно задержался. Я думал, ты появишься… – Он бросил взгляд на часы. – Минутой раньше. Черт, я-то верил, что ты заботишься о своей маленькой смертной.

Один из его дружков расхохотался.

– Может, отдашь девчонку тем, кто использует ее по назначению…

Леон не успел разжать руки, как парню снесло голову. Тело еще миг стояло, брызжа кровью, потом кучей осело на пол. Я зажала рот ладонью, сдавливая рвотный позыв. Томас завопил, но звук вышел нечеловечески пустым и хриплым. Вскоре и он замолк: Леон схватил его за горло и сжал, ломая трахею, а затем с хрустом и позвоночник.

Голова кружилась, смотреть было страшно, но я не могла отвести взгляд. Леон, расправив плечи, встал между мной и Иеремией. Я прижалась к его спине, не обращая внимания на забрызгавшую футболку кровь, и зашептала быстро, почти умоляюще:

– Пожалуйста… забери меня отсюда. Давай уйдем. Скорее.

– Успокойся, девочка моя. – Демон притянул меня и поцеловал в макушку. – Прости, что задержался.

Иеремия покачал головой.

– Охренеть, как легко тебе дается роль белого и пушистого монстра. Значит, втерся глупышке в доверие и задурил ей голову?.. Впечатляет. Конечно, придется наказать тебя за убийство отца. Но потом, возможно, я предложу тебе службу.

Леон рассмеялся:

– Ты серьезно? Тебя ждет та же участь, что и твоего папашу.

На этот раз, когда он отошел от меня, я успела зажмуриться. Думала, что снова услышу крики и почувствую запах крови, но вместо этого раздались звуки борьбы.

Леон прижимал Иеремию к полу; на руках у него вздулись жилы, обнажились клыки. Они дрались всерьез. Иеремия стойко отражал удары, не давая вонзить себе когти в горло. Этого просто не могло быть. Обычный человек не способен выстоять против демона. Я же знаю, Леон невероятно силен.

Но Иеремия словно не был человеком.

Его глаза затуманились, радужку окутала тень. Он не моргал, не огрызался, только руки налились тяжелыми венами, а ноги подрагивали. Когда Леон опустил голову, норовя вцепиться ему в глотку, изо рта Иеремии потекла темная густая жидкость.

Они катались по полу, дергаясь и хрипя, потом разлетелись в стороны. Леон поднялся первым, а Иеремия остался сидеть на корточках, шумно переводя дух.

И вдруг расхохотался.

Леон толкнул меня к разбитой решетке. Иеремия поднял голову, закашлялся, и изо рта у него снова плеснула черная жижа. Он вытер губы тыльной стороной ладони и встал. Сжал кулаки, будто проверяя, работают ли, и восхищенно уставился на руки.

– Черт возьми… – прошептал он. – Вот это подарочек.

Он поднял голову: глаза постепенно возвращали прежний цвет. Я нервно топталась на месте, не зная, бежать ли прочь или остаться вместе с Леоном.

Иеремия заговорил. Тихо, почти шепотом:

– Бог выбрал меня. Он выбрал именно меня!

Он снова рассмеялся: громко, судорожно, срываясь в истерику.

– Я принес две жертвы. Целых две. – В подтверждение слов он поднял два пальца. – И он вознаградил меня. Одарил по праву.

– Беги к машине, Рэй, – велел Леон. – Живо!

Я попятилась, чуть не споткнувшись о