Княжна из цветочной лавки - Мила Ваниль

что-то находишь. Откровенно говоря, в этом мире я больше приобрела, чем потеряла. Да и Гордея рано записывать в потери. Я дала слабину, позволила чувствам овладеть разумом, но надежда есть, пока мы оба живы.

— Может, съездите в город, пока не стемнело? — предложила я Ирине Львовне. — Гордей уже там.

— Вы встретились? — спросила она.

— Нет, — соврала я, не задумываясь.

В чем-то это даже правда. В ратуше наследный принц столкнулся с княжной из цветочной лавки, а Гордея и Риши там не было.

— Если Гордей сможет, он заглянет сюда, — сказала Ирина Львовна. — А если не появится, не стоит искать с ним встречи.

К сожалению, я прекрасно понимала, что она права.

Гордей, конечно же, нас не навестил. Зато утром в гости пришла Алура. Я возилась в оранжерее — пересаживала цветы из ящиков в горшки, для продажи. Ирина Львовна сидела в саду под яблоней, рядом в корзинке спал Елисей, «утепленный» обеими кошками.

— Это тебе, — сказала Алура, вручая мне огромный букет гладиолусов.

— От кого? — удивилась я.

— От наследного принца.

— То есть?! — Я так испугалась, что чуть не выронила тяжелый букет. — С чего бы это?

При встрече Гордей нос воротит, делает вид, что мы не знакомы… А после присылает цветы?!

— Да вот пришел ранним утром в лавку, выбрал эти гладиолусы, велел отправить тебе. Сказал, что ему понравилось твое цветочное оформление, отблагодарить хочет, — пояснила Алура. — И заодно извиниться. Вроде как он успел тебя обидеть?

— А, это… — Я облегченно перевела дыхание. — Мы столкнулись случайно в его комнатах, я не успела уйти. И он подумал, что меня прислали ему в услужение.

Гладиолусы… Если бы Гордей мог «прочитать» мое послание — розовые камелии, — то эти цветы могли бы быть ответом.

«Верь мне, ничего не бойся».

— Алура, ты знаешь язык цветов? — поинтересовалась я, нежно поглаживая полураспустившиеся бутоны.

— Нашла что спросить, — фыркнула она. — Как будто ты не знаешь!

— Не уверена, что помню… Что означают гладиолусы?

— Так благодарность же!

— И то верно, — пробормотала я. — Надо поставить их в вазу.

Я не любила срезанные цветы. Наверное, из-за родства с дриадами. И все же вазу с гладиолусами поставила в своей спальне. Надеюсь, когда-нибудь я получу ответы на все вопросы, и Гордей объяснит, почему он так себя вел.

Алура ждала меня на веранде.

— Ты плату забыла забрать. Я принесла. — Алура кивнула на мешочек с монетами. — Хотела к морю прогуляться. Не составишь компанию?

Я собиралась отказаться, но передумала. Ирина Львовна непременно спросит, от кого цветы. Может, удастся уговорить Алуру соврать, что это ее подарок.

— С удовольствием. Я только Ирину Львовну предупрежу, — согласилась я.

Мы спустились с холма на пляж и медленно двинулись вдоль береговой линии. Несмотря на летний солнечный день здесь, как обычно, было безлюдно. Жизнь кипела чуть дальше, в рыбацком поселке, там же кричали чайки, кружась над лодками в поисках добычи.

— Проклятие на нем, — сказала вдруг Алура. — Поэтому он держит тебя на расстоянии.

— Что?! — Я чуть не упала, споткнувшись. — Ты… о чем?

— О ком, — поправила меня Алура. — О Гордее.

Ох, и ошибался же Демьян Петрович! Сотрудник службы безопасности из меня вышел бы… плохой. Я должна была все отрицать! А я… тут же купилась.

— Что ты знаешь? Почему такое говоришь? Какое еще проклятие?! — завопила я, вцепившись в Алуру. — Смертельное проклятие? Гордей умрет? Умрет, да?!

Еще и тряхнула ее несколько раз, не в силах совладать с эмоциями.

— Нет! — Алура не пыталась меня оттолкнуть. — Проклятие не смертельное, Карина. Не ори ты так!

Как-то разом обессилев, я отпустила ее и села на гальку. Алура устроилась рядом.

— Я не должна была этого говорить, — вздохнула она. — Но не могу смотреть, как ты страдаешь! Надеюсь, ты меня не выдашь. Не выдашь же, а?

— Кому? — едва слышно спросила я. — Кому… не выдавать?

— Княгине, чародею, опекуну, — перечислила она. — Да всем…

— А кто тебя послал? Ты же здесь… не случайно? Тоже Гордей?

— Нет, не он. Дафнис. Сейчас она носит другое имя…

— Ольга, — догадалась я. — Так ты дриада?

Вместо ответа Алура преобразилась: цвет кожи стал отливать бронзой, в волосах появились веточки с листьями, а глаза засияли, как изумруды.

Значит, все не случайно. Меня опекает не только Гордей, но и королева.

— Честно говоря, Дафнис не отправляла меня к тебе. Так… просила присмотреть. Все же ты…

— Полукровка, — перебила я Алуру. — Я не одна из вас.

— Ты моя сестра, — сказала она, принимая привычный для меня облик. — Вернее, кузина. Наши матери — родные сестры.

Глава 63

— Мы искали тебя… после смерти родителей. — Алура первая нарушила неловкое молчание. — Но тебя спрятали. А после выяснилось, что ты — это не ты. Та девушка, что жила в пансионе, чужая. Мы решили, что ты погибла вместе с родителями, и люди скрывают твою смерть… ради наследства.

— Меня спрятали в другом мире, — сказала я. — А та девочка… Нашли похожую и поменяли нас местами. Так жаль, что она умерла… А «мы» — это кто? Ты и твоя мама?

— У тети Майи две сестры и брат, у всех есть дети, — перечислила Алура. — Еще бабушки с дедушками. И пра — тоже. У нас большая семья. Но ты, похоже, не рада…

Да, я не бросилась ей на шею, едва узнала о родстве. И сейчас вела себя, скорее, сдержанно, чем обрадованно.

— Да я, честно говоря, в шоке, — призналась я. — Понимаешь, я выросла в мире, где дриады — мифические существа. Когда узнала, что я — полукровка… чувствовала себя странно. А тут, оказывается, у меня родня имеется…

— Среди нежити, — подсказала Алура. — Я не должна была признаваться. Мне уйти?

— Похоже, ты не слышишь, что я говорю, — вздохнула я. — Или не понимаешь. Я не отношусь к вам, как к нежити. В том мире нет магии, и любые иные — герои сказок, мифов или легенд. Я не ненавижу вас, не боюсь, не презираю. Я растеряна, вот и все.

— Зря не боишься. Среди иных и у дриад враги имеются. А перед людьми у нас и вовсе преимущество. Любой из нас владеет какими-то чарами, и к людям может близко подобраться.

Может, зря я пытаюсь осознать, что у меня есть сестра? Никак не пойму, угрожает она или шутит. И вообще, правду ли говорит?

— Прости. — Алура протянула мне руку ладонью вверх. — Меня все же немного нервирует, что ты — наполовину человек. Я не могу угадать, как ты теперь поступишь. Но я не враг, Карина. И никто из