Связанные сердца - Джей Роуз

Тик-так.

Тик-так.

Когда через некоторое время из гостиной доносятся звуки плача, я теряю терпение. Я собираюсь ворваться в палату Хантера, когда врачи, наконец, появляются.

Энцо останавливается, взвинченный сильнее, чем сжатая пружина.

— Ну? Теперь мы можем его увидеть?

Доктор Лейн отпускает своих коллег.

— Хантер некоторое время назад пришел в сознание. Его родители собираются провести с ним некоторое время.

— И? — он настаивает. — Каков вердикт?

— Мне очень жаль, мистер Монпелье. Я не могу ничего разглашать без согласия Хантера. Вам придется подождать.

— Хватит ждать! Мы его семья!

Остановившись рядом с ним, Лейтон сжимает его бицепс.

— Энц, успокойся. Мама и папа скоро введут нас в курс дела.

— Я хочу увидеть его прямо сейчас.

— Так это не работает. — Доктор Лейн умиротворяюще улыбается. — Извините меня.

Она исчезает, чтобы отвести Деллу и Бена в больничную палату их сына. Мама Хантера опирается на своего мужа в поисках поддержки и, не поднимая на нас глаз, вытирает покрасневшие глаза. У меня очень плохое предчувствие по этому поводу.

Мы все снова садимся, еще более взвинченные, чем раньше. Энцо угрожающе хрустит костяшками пальцев, сердито глядя в конец коридора, пока Лейтон набирает текстовое сообщение.

Я возношу безмолвную молитву к небесам.

Пожалуйста, Боже.

Не наказывай его за мои ошибки.

— Где, черт возьми, Тео? — Энцо рычит себе под нос. — Он должен был быть здесь час назад.

Лейтон пожимает плечами, его взгляд прикован к телефону.

— Вскрытие завершено. Я не знаю, почему он задерживается.

— Черт. — Энцо проводит рукой по небритому лицу. — Я пойду и позвоню ему. Нам не следует разделяться прямо сейчас, это небезопасно. Чертова пресса разбила лагерь возле больницы.

— Это они виноваты, что Хантер здесь, — сердито соглашается Лейтон. — Это чертово скопление людей. Нигде не безопасно.

Энцо встает, чтобы выйти из палаты интенсивной терапии, но вновь прибывший останавливает его, входя в зону ожидания. Она невысокая и кругленькая, ее иссиня-черные волосы густыми локонами обрамляют подбородок.

Пара агентов немедленно толпится вокруг нее, требуя опознания и ответов. Она исчезает за их высокими телосложениями и видимым вооружением.

— Стой! — кричит Энцо, направляясь в атаку. — Отойдите. Она не представляет угрозы.

Ворча себе под нос, два агента уважительно склоняют головы и отступают. Женщину оставили поправляться, ее оливковый цвет лица приобрел легкий оттенок розового.

— Что ты здесь делаешь?

Она раскрывает объятия, приглашая Энцо войти.

— Я слышала, что сегодня тот самый день, так что я здесь. Снаружи полно репортеров и разгневанных людей.

— Я знаю. Они узнали тебя?

— Нет. Я зашла через черный вход.

Пара крепко обнимается, обмениваясь объятиями и поцелуями. Она едва достает Энцо до плеча, ненамного выше меня. В тот момент, когда я вижу их переплетенными, я замечаю сходство.

Изучая красивую женщину средних лет, висящую на нем, становится ясно, какая связь между ними существует. У нее такое же сильное испанское наследие, как и у ее сестры, мамы Энцо.

— Это Хейли, — шепчет Лейтон мне на ухо. — Тетя Энцо. Моя мама держала ее в курсе состояния Хантера.

Разглаживаю свои помятые синие джинсы и свитер, заправленный в талии, я нервно выдыхаю. Энцо крепко обнимает свою тетю и подводит ее к нам.

— Ли, — выдыхает она со слезами на глазах. — Ты так сильно вырос. Прошли годы с тех пор, как я видела тебя в последний раз.

— Привет, Хейли. — Он не двигается, продолжая успокаивающе обнимать меня за талию. — Спасибо, что пришла.

— Конечно. Я хотела быть здесь.

Я пробормотала робкое "привет", прежде чем меня выдернули из рук Лейтона и заключили в крепкие объятия. Волосы Хейли, густые и блестящие, щекочут мне лицо, когда она шепчет мое имя.

От нее пахнет духами с ароматом розы и свежеиспеченным хлебом, исходящим от ее простой блузки и расклешенных черных джинсов. Я не могу удержаться от легкой паники, когда она не отпускает меня.

— О, Харлоу. — Ее губы прижимаются к моей голове. — Мне так жаль, что нам потребовалось столько времени, чтобы наконец встретиться. Ты в порядке?

— Эм. — Я пытаюсь оторвать ее от себя, но она цепляется еще крепче. — Я в порядке. Ты… э-э, Хейли?

— Хейли, — говорит Энцо. — Дай ей, черт возьми, подышать.

— Боже, прости, — снова извиняется она. — Я так много слышала о тебе от своего племянника. Все хорошо, клянусь.

Проводя накрашенным ногтем под своими сверкающими золотистыми глазами, Хейли мило улыбается. Я складываю на губах что-то вроде гримасы и пытаюсь улыбнуться в ответ.

— Хейли — моя тетя, — ворчит Энцо. — И абсолютно ужасна в соблюдении границ.

— Извини меня, — жалуется Хейли с игривой гримасой. — Я люблю обнимашки. Это не так уж плохо.

Ущипнув племянника за щеки, Хейли пробирается по комнате в поисках объятий. Кажется, она знает всех и ахает, когда замечает обручальное кольцо с черным бриллиантом на пальце Бруклин.

— Эти ублюдки, наконец, решили сделать это официально, да? — Она подмигивает Хадсону и Кейду, оба улыбаются.

Бруклин целует ее в щеку.

— Ну, ты достаточно часто угрожала им всем пятерым побоями, если они этого не сделают.

— Она страшнее тебя, Брук, — соглашается Хадсон, морщась. — Приятно видеть тебя снова.

Хейли взъерошивает его прическу.

— Отличная работа с кольцом, парень. Черный бриллиант — это круто.

— Мне помогли. — Хадсон хихикает. — Выбор цвета был полностью делом рук Илая и Феникса.

Все, еще уютно устроившись на коленях Феникса, рядом с Джудом, отвечающим на электронные письма по его рабочему телефону, Илай отмахивается от комплимента.

— Когда свадьба? — Спрашивает Хейли.

Бруклин улыбается.

— В Сентябре.

— Совсем скоро!

— У нас еще куча дел, но мы разберемся.

Мы все устраиваемся поудобнее на своих местах, вместе ждем и разговариваем тихим шепотом. Напряжение спало с приходом Хейли. Она легкая, непринужденная в общении, дарит физическую привязанность, не моргнув глазом. Она мне уже нравится.

— Какие последние новости? — Спрашивает Хейли.

Энцо продолжает хрустеть костяшками пальцев.

— Делла и Бен сейчас там. Он проснулся.

Она касается его руки, чтобы он остановился.

— Терпение, querido (прим.: Дорогой). Все будет хорошо.

— Ты закрыла пекарню, чтобы прийти сюда?

Хейли отмахивается от него.

— Гордон закроет ее вечером.

— Я ненавижу этого придурка, — жалуется Энцо. — Почему ты все еще встречаешься с ним? Он все еще водит эту дерьмовую машину?

— Потому что он хороший мужчина, и ты не отвечаешь за мою личную жизнь, как я уже миллион раз говорила. — Она чмокает его за ухо. — Его выбор машины — не твое дело.

— Это мы еще посмотрим, — бормочет Энцо.

— Для тебя он тоже такая заноза в заднице, Харлоу?

Я давлюсь глотком чуть тепловатого чая.

— Эээ.

— Это означает "да", — заключает она.

Энцо прищуривается, глядя на меня.