Ретрит - Елена Владимировна Добрынина

будто и не было никогда ни этих встревоженных птиц, кружащих над поляной, ни вмиг убитых горем мужчин, ни окропленного кровью алого снега. Тьма укутывала ее, убаюкивала, унося из реальности, освобождая от душераздирающей боли — той, что может испытывать лишь тот, кто теряет любимого.

Глава 64

Принятие

Мари очнулась от мягкого мужского голоса и легкого касания по плечу и долго не могла понять, как она умудрилась перенестись из заснеженного леса в теплый и уютный кабинет. За окном серели надвигающиеся сумерки.

— Сколько я была в регрессии? — спросила девушка, окончательно приходя в себя.

Она вспомнила, как приехала в усадьбу, как попросила мастера провести с ней сеанс. Неужели прошло несколько часов?

— Сам сеанс длился около полутора часов, довольно долго. Но вы были так взбудоражены воспоминаниями, что я решил дать вам поспать. — пояснил Кир. — Правда, пришлось пропустить обед.

— Я рассказывала вам о том, что вспомнила? — спросила Мари.

Кир утвердительно кивнул.

— Я записывал сеанс на диктофон. Если хотите, я дам вам запись.

— Нет. Пожалуйста, не нужно. — вымученно сказала девушка.

Слишком живы были еще воспоминания о дуэли. Слишком явственно отзывались болью в груди.

— Вы, правда, считаете, что это возможно? Я могу помнить прошлую жизнь? Но почему? Зачем?

— Скажу так: подобное бывает крайне редко. И почти всегда в таких случаях отголоски прошлых воспоминаний помнят дети. Наверное, вы встречали истории, когда ребенок рассказывает о том, чего в его жизни еще не могло быть. Обычно это воспринимается, как работа фантазии. Иногда это — лишь выдумки, а иногда реальные воспоминания. Но их сложно идентифицировать. С вами же произошел какой-то уникальный случай, ведь свое прошлое вы вспомнили во взрослом возрасте и внезапно.

— Думаете, Митя мог спровоцировать меня? Ведь то зеркало, в котором я увидела девушку из девятнадцатого века, было специально привезено по просьбе Арсеньева на квартиру.

— Возможно.

— Для чего тогда это все было? — спросила Мари даже не у Кира. Какой-то риторический вопрос, ответа на который она никак не могла найти.

— Вы говорили, ваш друг, который присутствовал на первом сеансе, хотел, чтобы вы вспомнили все сами и ответили на какой-то вопрос. Значит, он тоже помнит прошлое. Ваше общее прошлое.

Мари сглотнула ком. Дмитрий хотел, чтобы она вспомнила и ответила на вопрос. Но для чего? Зачем ему это? Зачем это самой Мари? Девушка и не заметила, что рассуждает вслух.

— На этот вопрос сможет ответить только Арсеньев. Думаю, вам стоит вынуть его из черного списка и поговорить начистоту. К сожалению, эту загадку можно разгадать только с ним. — резюмировал Кир. — Когда в прошлом что-то остается незавершенным, оно проявляется в нашей текущей жизни и мешает, не дает идти своим путем.

— Наверное, вы правы. — задумчиво ответила девушка. — Я могу уехать с ретрита сегодня же?

— Конечно. Нужно разобраться с тем, что мучает вас. Оставаясь здесь, мыслями вы будете далеко. Когда есть причина беспокойства, вряд ли получится погрузиться в себя и обрести душевную гармонию. Лучше возвращайтесь к нам позже, когда будете готовы.

Мари согласно кивнула и распрощавшись с Киром, пошла в номер собирать свои вещи. Она наконец приняла то, что с ней происходило. Это с трудом налезало на голову, казалось бредом, но Мари, собирая свой нехитрый скарб, окончательно осознала, что нужно завершить ту историю. Тем более, что виновата была она сама. Правда, Мари так и не вспомнила, что же такого сотворила, что Арсеньев посчитал ее поведение оскорбительным? Но, как говорил Кир, ответить на этот вопрос мог только сам Арсеньев. Или хотя бы направить ее на истинный путь.

Торопливо собравшись, Мари покинула усадьбу. Она обязательно сюда вернется, как только разрешит все свои вопросы. А сейчас нужно позвонить Арсеньеву и встретившись с ним, поговорить, расставить все точки над «i».

Глава 65

Лекарство для маменьки

Дотопав до электрички, Мари села на первую, что отправлялась в сторону Москвы. По пути из пансионата она звонила Арсеньеву несколько раз, но, на удивление, телефон был отключен. «Наверное, разрядился или Митя вне зоны действия сети находится» — подумала девушка и поспешила войти в освещенное нутро электрического поезда.

В вагоне Мари уселась на свободное место и задумчиво уставилась в окно, за которым было уже почти темно, несмотря на то, что вечер только приближался.

Телефон звякнул оповещением. И Мари, понадеявшись, что Арсеньев появился в сети, схватила аппарат и поторопилась прочесть сообщение. Увы, но оно было не от Мити. «Дочь, забери мои лекарства по этому адресу и привези, пожалуйста, мне ужасно плохо. Заодно и поговорим. Спроси Кирилла Ефимовича» — Мари пробежалась взглядом по сухой заметке, содержащей кроме просьбы адрес клиники, и усмехнулась горько. Юлианна Борисовна не оставляла надежды установить контакт с дочерью. Методы у нее были манипулятивные, это признавала сама дочь, но поделать с собой ничего не смогла, опять почувствовав вину. Может быть, матери действительно плохо? В конце концов, она лишь заберет лекарства у врача и отвезет матушке. Как раз заберет еще одну часть своих вещей.

«Хорошо, завтра заберу и привезу, как смогу».

Мари попробовала позвонить Арсеньеву еще раз, но телефон оставался недоступным. Что ж, как только Митя появится в сети, должно прийти оповещение. Стоит просто дождаться. Она вдруг с удивлением поняла, что совершенно ничего не знает об Арсеньеве, лишь то, что он учился вместе с Михаилом Ивановичем и Громовым в одном корпусе. Ни адреса, ни родственников, ни любимого блюда — ничего. Разве что кофе он предпочитал крепкий, сваренный в турке, но если такого не было, как, например, на белой квартире Мари, то не гнушался и растворимым. Но какое значение этот факт имеет? Дмитрий много рассказывал ей об Италии, Франции, о военном деле прошлого, о Петербурге и почти никогда о себе. Зато очень хотел знать о ней самой. И Мари радостно щебетала, делясь своей жизнью. А теперь выходит, что и зацепиться почти не за что.

«Ладно, — взбодрила сама себя девушка, — в конце концов, телефон может быть недоступен по абсолютно объективным причинам». Пока не стоит паниковать. Она вдруг решила съездить в клинику сегодня. Нужно забрать лекарства, отвезти их матери и заодно взять кое-какие вещи, а потом отправится на квартиру к Наталье. Все равно подруга занята субботним спектаклем и вернется нескоро. Зато сделав все дела сегодня, Мари освободит себе время для встречи с Митей. Похоже, им придется долго объясняться. Хотелось бы выяснить уже все до конца и поговорить откровенно,