Хаос созвездий - Хиллари Рейнер

— Сегодня вечером Ашер сказал кое-что… ужасное. — Новалис не могла позволить себе дрогнуть. Только не сейчас. Тревога холодком пробежала по её позвоночнику. — Он считает, что моя мать вступила в сговор с принцем Аспеном, чтобы свергнуть королеву Эловин.

Она украдкой снова взглянула на руки принца Дрейка в перчатках. Они так крепко сжимали поводья, что чёрная кожа натянулась на костяшках.

— Вот как? — Его голос прогрохотал, словно далёкий гром.

— Да. — Не в силах оторвать взгляд от теней, которые медленно расплетались и обвивались вокруг её запястий, словно нити полуночного атласа, она сглотнула ком тревоги, вставший поперёк горла. — И есть ещё кое-что.

— Дай угадаю, — протянул он, и тьма, которую он призвал, начала отступать. — Лорд Файрбейн считает, что и я в этом замешан. Потому что с какой ещё стати твоя мать и брат согласились бы выдать тебя за печально известного ассасина?

— Да. — Слово сорвалось с губ Новалис почти шёпотом, и она слегка подалась вперёд, чтобы видеть его лицо. — Именно так он и думает.

Его глаза, тёмные, как зимний лес в разгар стужи, остановились на ней.

— А что думаешь ты, леди Новалис?

Неуверенность боролась с её мыслями. Согласиться с Ашером означало осудить собственную мать и признать, что она тоже считает принца Дрейка причастным к государственной измене. Но сама мысль о том, чтобы отвергнуть слова Ашера, заставляла её кожу покрываться мурашками. Вся эта ситуация держала её в постоянном напряжении, отравляя нескончаемой тревогой. Это была опасная, тревожная игра. И она знала: однажды неизбежно наступит момент, когда ей придётся выбрать сторону.

— Я думаю, что моя мать ни в чём не виновата, и буду продолжать так считать, пока не поговорю с ней об этом. — Это казалось самым безопасным ответом, хотя слова оставляли во рту горький привкус. — Если она действительно сотрудничает вместе с принцем Аспеном, значит, я должна выяснить, почему. Он, должно быть, принуждает её. По собственной воле она никогда бы не вступила с ним в союз.

Именно это ей следовало сказать Ашеру. Попросить дать ей возможность доказать невиновность матери. Вместо этого она обрушила на него свои слова, полные презрения.

— А что насчёт меня, kearsta? — спросил принц Дрейк, и в его голосе прозвучало нескрываемое веселье, пока он направлял Свартоса к утёсу неподалёку от Дома Селестин. — Ты тоже считаешь, что я участвую в этом заговоре?

— Вы сами принимаете свои решения, Ваше Высочество. — Новалис расправила плечи, выпрямляя спину. — Я бы никогда не стала вас недооценивать.

— Хороший ответ.

Свартос спикировал с небес, мягко опустившись на ровный уступ возле вершины горы. Сложив обсидиановые крылья, дракон опустился на землю и недовольно фыркнул, словно раздражённый тем, что его утренний полёт так быстро закончился. Новалис прекрасно понимала его недовольство. Будь у неё возможность летать, когда захочется, и никогда не оглядываться назад, она тоже не захотела бы оставаться на одном месте.

Принц Дрейк с привычной лёгкостью соскочил с седла, затем протянул руки к ней. Обхватив её за талию, он снял её со спины дракона и осторожно поставил на землю. Каменная поверхность уступа была холодной для её босых ног, словно она ступила на лёд.

Она вздрогнула, крепко стиснула зубы, чтобы они не застучали от холода, и обхватила себя руками, пытаясь хоть немного согреться.

Она подняла взгляд на принца Теней, но даже когда над вершиной горы разлились золотые лучи рассвета, солнечный свет, казалось, так и не коснулся его.

— Спасибо, что доставили меня домой.

— Прощайте, миледи. — Он коротко кивнул и, ни разу не оглянувшись, снова забрался в седло на спине своего дракона. — И до нашей следующей встречи берегите себя.

Новалис не поняла, что именно он имел в виду — были ли эти слова обычным прощанием или предупреждением. У неё не осталось времени спросить, потому что уже в следующее мгновение Свартос взмыл в рассветное небо, и ей пришлось поспешно отскочить, чтобы не попасть под взмах одного из его величественных крыльев.

Она начала спускаться по склону горы к раскинувшимся внизу садам, сверкавшим россыпью капель росы. Фонтан Звёздного Света приветливо журчал, его серебристые воды искрились радужным сиянием. Не так давно она сама упала прямо в этот фонтан, приземлившись Ашеру на колени. Она медленно пошла по извилистой дорожке к дому, любуясь затейливым переплетением вьющихся роз и аккуратно подстриженными живыми изгородями, усыпанными цветущей лавандой. Глубоко вдохнув, она наслаждалась смешанным ароматом множества цветов, стараясь отвлечься от всего, что напоминало ей об Ашере.

Но это было бесполезно.

Он был повсюду.

Его запах всё ещё оставался на её коже, а стоило ей закрыть глаза, как она снова видела его перед собой. Она осторожно коснулась их связи, безмолвно зовя его. В ответ она услышала лишь ровное биение его сердца и ощутила глухое, безрадостное спокойствие. Она прикоснулась к его чувствам: сожалению, тоске и сокрушительной боли разбитого сердца, и собирала их, словно осколки разбитого стекла. Должен же существовать способ сложить их заново. Сделать его снова целым.

Одного простого извинения будет недостаточно.

Она не остановится ни перед чем, чтобы вновь заслужить его доверие. Его любовь. Он был для неё больше, чем истинная пара. То, что связывало их, было больше, чем магический поцелуй под зачарованным цветком. Их соединили не звёзды, а они сами выбрали друг друга, и их судьбы были выкованы силой, превосходящей саму судьбу. Эстрела и Великий Олень соединялись каждое Зимнее солнцестояние. То, что то же самое произошло и с ними, не могло быть простым совпадением. Её любовь к Ашеру была бесконечной. Неразрывной.

Он усмирял безудержную панику, от которой её охватывала мучительная тревога. Он укреплял её веру в себя, побуждал взять ту жизнь, которую она действительно хотела, а не ту, с которой ей велели смириться. Когда-то он сказал ей бросить вызов звёздам, убеждал бороться за судьбу, которую она желала больше всего, а не довольствоваться тем, что ей предназначили. И сейчас она хотела только его. Потому что в её представлении жизнь без него не имела смысла.

Возможно, ей придётся пойти на отчаянный шаг, чтобы доказать ему глубину своей любви.

Новалис вошла через парадный двор Дома Селестин, уже точно зная, что должна сделать, чтобы восстановить связь между ними, и лицом к лицу столкнулась со своей матерью.

Глава тридцать шестая

Усталость тяжёлым грузом навалилась на Ашера. Напряжение сковало его плечи, а тупая боль пульсировала у основания шеи, поднимаясь к вискам.

Вот уже несколько часов он неподвижно смотрел на одну и ту же