Фамильяр — изгой - Джеффи Кеннеди

— К сожалению, я занята.

— Как я уже говорил, это, скорее всего, временно. Ты заслуживаешь лучшего, чем этот жестокий, неуравновешенный убийца Эль-Адрель. Расскажи мне, что случилось. Он тебя украл?

Она прищурилась.

— Если ты знаешь, кто я, то знаешь, кто мой волшебник.

Хаим усмехнулся, расслабляясь на сиденье и положив руку на спинку, так что кончики пальцев оказались достаточно близко, чтобы коснуться ее плеча, если бы он вытянул их чуть дальше.

— Ах, похоже, я вижу настоящую Селию. Судя по тому, что я слышал о твоём брате, я не думал, что ты можешь быть такой кроткой, какой притворяешься. Мне нравится твоя сила духа. И нет, я не знаю, кто твой волшебник, но он явно Эль-Адрель. Помимо косвенных улик, его сходство с отцом, Фирдо, неоспоримо. Я планирую проверить архивы Созыва, но, думаю, этого отпрыска Эль-Адреля там не найду. Это заставляет задуматься, и поэтому я спрашиваю: как ты смогла связать себя узами с волшебником Эль-Адреля за такой короткий срок? Насколько мне известно, прибыл проктор Созыва, чтобы забрать тебя на испытания и обучение.

Она пожала плечами.

— Был ритуал. Он меня постриг, я произнесла нужные слова. Мы были связаны.

Хаим с раздражением и разочарованием прищурил на неё чёрные глаза.

— Селия, ты прекрасно знаешь, что этот ответ, хоть и правдив, но всё же лишь запутывает. — Он поднял руку, словно останавливая её, хотя Селли и не собиралась ничего говорить. Она не совсем понимала, к чему приведёт этот странный допрос, но боялась, что Джадрену он не пойдёт на пользу. — Тебе не нужно больше ничего говорить, — продолжил он, — Или беспокоиться о возмездии от твоего волшебника. Подозреваю, что эта связь была заключена нелегально, что будет довольно легко выяснить. Меня больше беспокоит, почему неизвестный волшебник Эль-Адрель извергает исцеляющую магию, которую он каким-то образом научился использовать в качестве оружия.

Селли открыла рот, ужаснувшись словам волшебника и чувствуя, что ей нужно что-то сказать, чтобы защитить Джадрена, но тут же закрыла его, не в силах придумать ничего, кроме того, что это была её идея и она серьёзно сомневалась, что её слова помогут им в сложившейся ситуации. Хаим смотрел на неё с мрачным удовлетворением.

— Скоро я узнаю правду, — решительно заявил он. — Запомни мои слова: я не допущу, чтобы этой пародией на магию злоупотребляли таким образом. Я считаю тебя невиновной, а не осведомлённой сообщницей. Ни один фамильяр не может управлять своим волшебником, тем более такой невинный человек, как ты. — Он протянул пальцы и погладил её обнажённое плечо. — Мне есть что тебе предложить. Вот увидишь.

Он ждал, но Селли молчала, неподвижно глядя перед собой. Всё, что она могла сделать в данный момент: наблюдать и ждать. И надеяться на темные силы, что они смогут вырвать их из этой ловушки.

* * *

У Селли перехватило дыхание, когда она впервые увидела Дом Рефоэля. Она не знала, чего ожидать, особенно учитывая, что каждый Высший Дом, казалось, наделял физическое строение, являвшееся его ядром и домом, своей уникальной эстетикой. Чего она представить не могла, что у Дома Рефоэля вообще не будет никакой центральной структуры. Вместо этого он являл собой несколько зданий, разбросанных по прекрасной мирной долине.

Примерно на полпути дорога сделала плавный поворот. По обеим сторонам возвышались невысокие холмы, а внизу по камням и валунам журчал ручей. Группы коттеджей образовывали круги на разных уровнях, а некоторые более крупные здания были сгруппированы в нескольких разных точках.

Пар поднимался из бассейнов разных размеров: одни были увенчаны весенними цветущими деревьями, другие открыты солнцу. Повсюду тянулись зелёные сады с извилистыми тропинками и скульптурами в нишах. Люди бродили, нежились в бассейнах или купались в лучах солнца.

Прежде всего, все это место ощущалось блаженно безмятежным, словно сам воздух был пропитан целительной магией. Селли огляделась вокруг с удивлением, которое пыталась скрыть. Ничто из увиденного ею до сих пор в Созыве не подготовило её к такой красоте и умиротворению.

Ей хотелось возненавидеть всё в Доме Рефоэля. Она ненавидела Дом Саммаэля. И Дом Эль-Адрель поначалу казался таким странным и пугающим. Однако в Доме Рефоэля она обнаружила, что обожает всё, что видит. Но потом она предположила, что сами эти места не были ни хорошими, ни плохими. Всё дело в намерениях живущих там людей, и даже они были такими же разнообразными и изменчивыми, как погода.

Краем глаза она заметила, как Хаим многозначительно на неё смотрит.

— Красиво, не правда ли?

Она неохотно кивнула, не желая давать ему больше, чем он хотел.

— Я думал, что ты сможешь оценить это место, учитывая твою любовь к природе. Мы, Рефоэли, разделяем эту любовь. Аса активно боролся за место в Доме Фела, поскольку оно дало бы ему возможность исследовать нетронутую природу Мересина, что является редкостью в Созыве. Он написал нам о вашем знании болот и способности общаться с дикой природой. Думаю, ты почувствуешь себя здесь как дома.

Она чуть не выпалила, что это место никогда не станет её домом, но не хотела отталкивать волшебника, который будет судить Джадрена. К тому же, было бы ложью сказать, что ей не понравилось то, что она увидела и почувствовала.

Как бы ни был дом Эль-Адрель разумен — Селли это испытала, что бы ни говорила эта ужасная Озана — этот «Дом» тоже мог услышать её слова и пострадать от них.

— Это прекрасное, гармоничное место, — признала она.

— Мы прилагаем усилия, чтобы сделать все аспекты нашего дома исцеляющими и здоровыми во всех отношениях. — Хаим широко улыбнулся в ответ на её похвалу, обаятельный и красивый, сияя от счастья. — Очень часто к нам приходят люди, которым нужно выздоровление не только от физических ран. Болезни и травмы оставляют шрамы, которые не сможет залечить ни один целитель, даже волшебник, одарённый магическими способностями. Тело может быть целым, но разуму, сердцу и духу требуется больше времени для восстановления, если они вообще когда-либо полностью восстановятся. Теперь, возможно, ты лучше понимаешь, почему мы так стараемся защищать неприкосновенность наших земель, и почему мы не можем позволить тому, кто погряз в насилии, приходить и уходить, когда ему вздумается.

— Иногда необходимо бороться, — тихо сказала она, думая о смертях, причиной которых она сама стала. Даже охотники, хоть и были чудовищно созданы и жили только благодаря магии, всё же были живыми существами, чьи жизни, пусть и извращённые, она насильно отняла. — Посмотри на себя. Ты поклялся только помогать, а не вредить, и теперь так открыто говоришь о казни моего