Истинная для врага Дракона - Милана Вейр

Клык шел следом, все еще виляя хвостом и время от времени тыкаясь носом мне в руку.

Адриан был все еще бледен, но выглядел гораздо лучше, чем днем. Он сидел на кровати, прислонившись спиной к изголовью, и смотрел на меня слегка насмешливо. Волосы растрепались, рубашка была расстегнута на груди, повязки темнели на боку и плече, но в глазах уже снова появился знакомый живой огонь.

— Во-первых, кроме нас, никто не знает о тайном ходе, — протянул он. — Во-вторых, если бы это был кто-то другой, Клык уже вцепился бы ему в горло.

Пес, услышав свое имя, довольно заворчал.

— А в-третьих? — спросила я, хотя уже пожалела, что подала ему повод продолжить.

Адриан чуть прищурился.

— Твой запах.

Последние слова прозвучали ниже, хриплее. В его взгляде зажглись огни, от которых у меня невольно пересохло в горле.

— Ты учуял меня из другой комнаты? — спросила я, едва скрывая смущение.

— Ты даже не представляешь, как остро я тебя чувствую.

Он протянул руку.

— Подойдешь? Раз уж пришла, составь компанию больному.

Я уловила в его голосе иронию и нахмурилась.

— Еще недавно ты был готов умереть, только бы не признать, что болен, — язвительно заметила я, все же делая несколько шагов вперед. — А теперь пытаешься вызвать во мне сочувствие, притворяясь беспомощным? Я прекрасно знаю, что опасность миновала.

— Ну, по крайней мере, я попытался, — усмехнулся Адриан. — Надо же извлечь хоть какую-то выгоду из своего положения.

— Ты невыносимый эгоист.

— Зато живой.

Эти слова неожиданно больно отозвались в груди.

Я отвела взгляд первой.

Кресло стояло недалеко от кровати. Я уже собиралась сесть туда, но Адриан указал на место рядом с собой.

— Здесь тебе будет удобнее.

— Ты так уверен?

— Я так ослаб, что едва вижу и слышу тебя отсюда, — притворно слабым голосом сказал он. — Прояви милосердие.

Я покачала головой, но губы сами дрогнули.

— Ладно. Пусть будет так. Но если ты хотя бы попытаешься наброситься на меня, я сразу уйду.

Адриан внимательно посмотрел мне в лицо.

— Я уже целую неделю веду себя как примерный мальчик. Разве за это время я дал тебе повод думать, что сделаю что-то против твоей воли?

Я немного помедлила.

Нет, не дал, поэтому я, ненавидя себя за слабость, все-таки села рядом.

Стоило мне опуститься на край кровати, как Адриан взял меня за руку. Крепко, но не больно. Я тут же напряглась и возмущенно посмотрела на него.

— Я просто немного подержу тебя за руку, ладно? — он улыбнулся так обезоруживающе, что у меня перехватило дыхание. — Ты даже не представляешь, как я по тебе скучал.

Большой палец медленно погладил мою кожу.

По телу разлилось приятное тепло.

Не резкое, не опасное, как прежде, а мягкое. Глубокое. Будто где-то внутри отозвалась та самая серебряная нить, которую я почувствовала днем, когда пыталась вытащить яд из его крови.

Я с досадой поняла: страх действительно ушел.

И Адриан это видел.

— Честно говоря, я удивлен, что ты пришла, — осторожно сказал он, пристально глядя мне в лицо.

— Я просто хотела убедиться, что опасность миновала.

Голос прозвучал ровно, но внутри все болезненно сжалось.

Я сглотнула ком, подкативший к горлу, и добавила уже тише:

— И еще… Я так и не поблагодарила тебя. За то, что ты сделал. Ты спас мне жизнь.

Адриан чуть улыбнулся.

— Если бы я знал, что это так на тебя подействует, я бы каждый день убивал по такому чудовищу.

Я посмотрела на него с упреком.

— Я пытаюсь тебя поблагодарить, а ты смеешься. Ты ведь сам едва справился.

Слова вырвались резче, чем я хотела.

Я тут же пожалела.

Глаза Адриана прищурились. Он дернул меня к себе, и я, не успев удержаться, упала на кровать рядом с ним.

— Насколько я помню, ты недавно согласилась, что я накажу тебя за дерзость, — тихо сказал он. — Не бойся, мне это в тебе нравится. Особенно то, что теперь мы оба на «ты».

Он подмигнул.

Я напряглась и попыталась освободиться.

Но король уже не был так слаб, каким выглядел. Я дернулась, оказавшись прижатой к постели его сильным телом, и попыталась ухватиться за прежний страх. За воспоминание о боли. За любую причину, которая могла бы остановить нас обоих.

Но вместо страха внизу живота родилось предательское волнение.

Видимо, сказалась неделя вынужденного отдаления. Мое тело так привыкло к Адриану, что теперь отзывалось на его близость почти мучительной тягой.

Я снова и снова вдыхала знакомый запах: жаркий, терпкий, с дымной горечью и чем-то огненным, опасным. В нем уже проступали нотки желания, и мое тело отвечало на них с пугающей готовностью.

Адриан уткнулся носом мне в шею и глубоко вдохнул.

Потом глухо пробормотал:

— Наконец-то… Ты снова хочешь меня.

— Это не так, — яростно выдохнула я, снова пытаясь вырваться.

— Твой запах не позволит тебе обмануть меня.

Он сказал это почти нежно и поцеловал меня в шею. По коже побежали мурашки. Я мысленно выругалась.

— Ты обещал не делать этого, — выдохнула я и дернула его за волосы, пытаясь отстранить.

Адриан замер.

Несколько долгих мгновений он удерживал меня, тяжело дыша и явно борясь с собой. Потом все же ослабил давление и лег рядом на бок.

Я тут же попыталась выскользнуть из кровати, но его рука не отпустила. Он прижал меня к себе, уже осторожнее, и выдохнул мне в ухо:

— Я не возьму тебя, если ты не захочешь. Обещаю. Но я очень по тебе скучал. Позволь мне просто быть рядом. Коснуться. Немного. Это ведь такая малость.

Все во мне сопротивлялось.

Я слишком хорошо понимала: останусь — и уже не смогу быть равнодушной.

Но что-то вроде угрызений совести перевесило чашу весов.

Он сегодня спас мне жизнь.

Разве я могу отказать ему в такой малости?

И тут же другая, более честная мысль кольнула почти больно: я просто ищу оправдание тому, чего хочу сама.

— Ты остановишься, как только я попрошу, — напряженно сказала я, уже понимая, что проиграла.

В глазах Адриана вспыхнули победные искры.

— Конечно, моя милая.

Он произнес это мне на ухо, и от его голоса по телу прошла дрожь.

Руки Адриана начали медленно освобождать меня от одежды. Не рывками. Не жадно. Осторожно, будто он боялся