Некрасивая жена - Татьяна Дин

который восседал на черном жеребце, остекленевшие глаза. Сестрички крутились возле него и желали герцогу победы, а он смотрел в бледное лицо Хизер и ждал от нее теплого взгляда и подбадривающей улыбки. Но ни того, ни другого она не смогла ему дать, отчего в его взгляде появилось недоумение.

- Пора начинать! - скомандовал Алан и показал рукой на линию, где следовало встать.

Дэниелу пришлось проехать вперед и занять место среди всадников, которые выстроились в два ряда. Он еще раз обернулся и пытливо всмотрелся в Хизер, что заставило ее выдавить из себя улыбку и сдержанно помахать ему, после чего он успокоился и приготовился к сигналу.

Еще ранним утром слуги расчистили снег и подготовили путь для участников. Трасса была достаточно длинной и через лес уходила к небольшой скале, поднималась на самую ее вершину, поворачивала направо, огибала этот самый лес и возвращалась к начальной точке. Из-за почтенного возраста и тучных фигур некоторых джентльменов, путь был рассчитан не столько на скорость, сколько на умение править животным и справляться с поворотами, подъемами и спусками. Но по этой же причине часть дороги оказалась скрыта от глаз зрителей. Дэниел с Аланом должны были задавать темп и подстегивать остальных всадников к соперничеству.

Наконец раздался сигнал, возвещающий о начале скачек. Всадники дернули поводья и кони рванули с места, унося мужчин к лесу.

Смотря им вслед, Хизер нервно заламывала руки и кусала губы. Сейчас ее меньше всего интересовали скачки и кто же из женихов победит. В ее голове роилось множество мыслей и она не могла ухватиться ни за одну из них. Слишком много противоречий и сомнений съедало ее изнутри. Тем временем сестрички ушли в замок, чтобы там дожидаться возвращения всадников, а она, чтобы хоть как-то успокоиться, заложила руки за спину и принялась расхаживать взад-вперёд, стараясь все обдумать.

Ей хотелось верить Дэниелу и не верить Алану, но какие у Алана могли быть причины наговаривать на брата? Чего этой ложью он мог добиться? Ее ссоры с мужем? Размолвки? Даже если так, то что дальше? Или Алан, действительно, нечаянно выдал секрет Дэниела?

Хизер попыталась представить Дэниела с Флоранс, но тут же перед мысленным взором предстало его лицо, когда вчера он открыл ей сердце. Разве может человек так искусно врать и притворяться? Она тут же отрицательно качнула головой. И дело было не в том, хотела она ему верить или нет, а в его натуре. Характере. Он всегда говорил прямо и мало умел скрывать свои чувства. Вчера он откровенно рассказал ей о том, что разозлившись на нее, собирался найти себе любовницу на королевском балу. Он мог бы выдумать себе другое, более благородное оправдание, но он честно признался в том, что хотел ей изменить. Да и зачем бы ему было это делать, если у него уже имелась Флоранс, которая, к тому же, тоже присутствовала на балу? В чем бы тогда заключалась его месть?

И снова, если Дэниелу было так хорошо в объятиях любовницы, зачем он писал Хизер письма? Если бы она была ему не нужна, он бы и строчки из себя не выдавил. И в его рассказ с библиотекой она верила. Это же не он заставил Финча пригласить ее в уединенное место. Да даже если бы он на самом деле собирался застукать ее на горячем, то наверняка проследил бы, куда она отправилась с предполагаемым любовником, но в таком случае он же первый и увидел, что ушла она туда не только с Финчем, но и с сестричками.

Финчем…

Хизер вспомнила, как настойчиво Марк уговаривал ее пойти в библиотеку. И каким разочарованным выглядел, когда она пригласила с собой Крессиду с Беттани. А ведь это Алан познакомил ее с молодым человеком, который начал уделять ей слишком много внимания и все время заигрывал с ней. Также Алан имел доступ к списку гостей, среди которых неожиданно оказалась семья Гилл. Алан умел пользоваться оружием и вполне мог выстрелить так, чтобы не попасть в нее или лошадь, но чтобы напугать животное.

Чем больше Хизер думала об Алане, тем сильнее в ней росли подозрения относительно его поступков.

А что если это он покушался на нее?!

Хизер резко встала и замерла. Она боялась пошевелиться или даже моргнуть, так ей было страшно. Время остановилось, а воздух из свежего и морозного превратился в тяжелый и душный. Какое-то седьмое чувство твердило ей о том, что она права. У нее не было ни доказательств, ни ясных мотивов, почему он мог желать ей смерти, но она знала, что это был он.

Вдруг в памяти всплыли его слова, когда она очнулась в этом теле и в этом времени.

- Ты что-нибудь помнишь? - почему-то спросил Алан.

Находясь в шоке от своего перемещения, она тогда не обратила внимания на его странный вопрос, но сейчас он как красный флаг горел ярче любого сигнала.

Что прежняя Хизер должна была помнить, если для всех все выглядело так, будто она собиралась покончить с собой?

Что, или кого, перед смертью она должна была видеть и запомнить?

Сложив в уме все странности, у Хизер подкосились ноги, в глазах потемнело, а желудок свело от резких позывов. Словно получив удар под дых, она резко согнулась и в тот же миг ее всю вывернуло. Слезы заволокли глаза.

Нет, ей нельзя поддаваться панике!

Немного отдышавшись и вытерев рот снегом, Хизер выпрямилась и с тревогой вгляделась в лес.

Ее телом владела слабость, а в голове стучало так, словно там бил молот, но она осталась стоять на месте, потому что теперь боялась не за себя, а за Дэниела.

Рассказывая ей о Флоранс, Алан отлично понимал, как сильно рисковал, так как стоило Хизер спросить об этом у Дэниела, Алан же первым попадал под удар. И не важно, в чем заключалась эта правда, но именно Алану пришлось бы отвечать за свои слова перед кузеном. Но если Хизер никогда не удастся задать вопрос Дэниелу об измене, то и правды она не узнает, а вот Алан оставался вне подозрений. Наоборот, можно было бы решить, что он ее самый надежный друг. Друг, которым он все это время притворялся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Еще никогда Хизер не вглядывалась вдаль с таким напряжением и отчаянием. Она молила Бога спасти Дэниела.

И тут она заметила, как из-за холма показалась одинокая фигура всадника, стремглав мчащяяся к замку.

Предчувствуя все самое плохое, Хизер бросилась ему навстречу. Она