По следам - Валерия Арвен

Рядом с ним стоял кто-то ещё. Сгорбленный, тяжело дышащий, неестественно скрюченный над столом.

Мои пальцы сжали ствол еще крепче.

— Ты убил моего отца.

Мои слова как лезвие разрезали воздух, и тень шелохнулась.

Второй мужчина повернулся. И я увидела его.

Дин.

Его глаза широкие, шокированные, узнающие.

Мир рухнул.

Какого черта он тут делает?

— Кажется, ты знакома с Дином... — Аверно тянул слова, наслаждаясь. — ...моим сыном.

Он гадко, даже ядовито произнес последнее слово, и его ухмылка растянулась только шире. Он нашел мою слабость.

— Твой отец был колом в моей заднице, — спокойно продолжил Антонио, поправляя манжеты на рубашке, пока я не могла оторвать своих глаз от Дина. В них было столько эмоций, что я просто не могла разобрать.

Он застыл словно камень, казалось, даже не дышал.

— Я не мог его больше терпеть. Он переманивал моих людей, крал мои деньги! — Аверно снова вернул свой взгляд на меня, и мне пришлось оторваться от Дина. Его пальцы сжали край стола так, что казалось, что я слышала хруст дерева.

— Я надеялся, что его шайка сдохнет без своего лидера.

Внезапно он рассмеялся — звук, похожий на скрежет металла.

— Но я даже понятия не имел, что у него есть дочь.

Он резко встал и медленно зашагал в нашу сторону. На него были направлены три пистолета, но его это как будто не волновало. Он приближался, а я не могла пошевелиться.

— Он очень хорошо тебя скрыл. Фальшивая семья. Фальшивая фамилия. Если бы ты сегодня не пришла... Ты бы не сдохла. И не воссоединилась со своим... padre bastardo (пер. Ублюдочным отцом)!

Мой палец замер на спусковом крючке. Впервые я не могла нажать на долбанный курок! Он — отец Дина. Какой-то древний инстинкт сжимал мою грудь, не давая сделать последнее движение. Это не нормально.

Но тут же другая часть меня, холодная, ядовитая, зашипела в ответ:

— А то, что он сделал с тобой, нормально? Он убил твоего отца. Размазал его кровь по асфальту. Оставил тебя ОДНУ.

Я снова посмотрела на Дина.

И все внутри оборвалось. Никакого шока. Никакой растерянности. Только чистая, беспощадная злость в его глазах.

— Дин... — его имя сорвалось с губ само, хрипло, почти молитвенно.

Но не успела я произнести и слова, как раздался выстрел, а за ним и еще несколько. Инстинктивно я нажала на курок, направив пистолет в сторону, где находился Аверно.

Он рухнул на пол, как мешок с костями. Хрип. Бульканье. Его пальцы скребли паркет, тянулись к Дину, но тот лишь смотрел на него. Потом он медленно, заторможенно поднял глаза на меня. И в них не было ни боли, ни ярости. Только лёд.

— Э... Народ, в вашу сторону направляется примерно десять вооруженных людей, — проговорила Катерина, и мы с Андреем переглянулись. Сейчас будет жарко.

— Анна, уходите, — резкий голос Александра прозвучал в моей голове. — Катерина, задержи их как-нибудь. Но если почуешь угрозу — уходи.

Ответ я уже не слышала.

— Аня, — мое внимание привлек Михаил. Он держал руку на животе, его пальцы окрасились красным. — Нам нужно ехать.

Нет. Нет. Нет!

Я последний раз оглянулась на Дина. Он стоял, как призрак, его глаза пусты, взгляд прикован к ране Михаила.

— Держись, — шепчу я, но слова теряются в гуле адреналина.

Вместе с Андреем мы подхватили Михаила под свободную руку, и я почувствовала, как его тело предательски слабеет. Мы вышли через эвакуационные лестницы под инструктаж Александра. Возле черного входа нас ждала машина с охранником.

— В больницу, срочно! — мой голос сочился отчаянием. — Все будет хорошо, ты только держись.

Быстрым движением я сообщила Александру, что Михаила подстрелили.

— Анна, — его пальцы вцепились в мои. Холодные. Слишком холодные. — Я… люблю тебя. Береги себя, — он взял мои руки, и я прижала их к его ране.

— Все хорошо, молчи. Береги силы. Нам с тобой еще праздновать нашу месть, — я вгляделась в его бледное лицо, и мое сердце сжалось. Я не могла его потерять. — давай быстрее.

— Я стараюсь, мисс.

— Все будет хорошо… Все будет хорошо…

Мои губы шептали это снова и снова, как заклинание, как молитву, как последнюю надежду.

Я снова обратила свое внимание на Михаила, но его глаза были закрыты.

Нет…

— Миш... — голос сорвался, превратившись в хриплый шепот. — Открой глаза. Пожалуйста. ОТКРОЙ ГЛАЗА!!!

Трясу его за плечо — тело слишком обмякшее, слишком безжизненное.

— Ты же обещал... — задыхалась я, вцепившись в его куртку. — Обещал, что всё будет...

На моих глазах появились слезы — они катились по щекам без разрешения, без контроля, горячие и соленые, смешивались с его кровью на моих руках.

Машина резко затормозила у нашего дома, где скорее всего уже ждал наш врач.

Двери распахнулись.

Но в моей голове — только тишина.

Глава 25 Дин

Мой «любимый» отец, видимо, был крайне доволен нашей последней встречей, раз отправил в мою квартиру своих шакалов. Я только распахнул дверь, как на меня накинулись Молчун и Молодой. Двое в слишком идеальных костюмах уже схватили меня и поволокли к лифту. Я даже не пытался освободиться. Антонио хочет меня видеть — значит, так тому быть.

Сегодня ничего не испортит мой день. Анна наконец не бегает от меня. Когда я проснулся один в холодной постели, где еще пахло ее духами, теплотой ее кожи… После лучшего секса в жизни. Мы были постоянно на связи, и она явно получала удовольствие от моих иногда грязных сообщений.

Я вошел в кабинет, и первое, что бросилось в глаза — отец, развалившийся в своем кожаном кресле, как король на троне. Его пальцы лениво барабанили по подлокотнику, а в глазах — та же ядовитая усмешка, которую я ненавижу с детства.

Молчун и Молодой скрылись за дверью и оставили нас одних.

— А вот и ты, — протягивает он слишком сладко, будто обращается к любимому сыну, а не к человеку, которого вытравил из себя за годы унижений.

Я не сажусь. Не люблю играть в его игры.

— Что тебе опять надо? — мой голос звучит холоднее, чем я планировал. Но внутри уже закипает злость. Боль от сломанных костей все