Разрушение георгина - К. Р. Джейн

Вот что я получила за игру с огнем.

Его руки скользнули по моей коже, а затем он нашел ладонями мою грудь, его большие пальцы скользнули по моим дерзким соскам. Все в моем теле сжалось.

А потом он резко отпустил меня, выйдя из туалета и оставив меня трясущимся месивом.

— Увидимся в спортзале в десять, ангел, — хрипло пробормотал он и ушел.

Я ничего не могла поделать. Я была уверена, что позже подумаю обо всем, что только что произошло. Стыд и замешательство пульсировали во мне, но прямо сейчас мне нужно было освободиться. Я собиралась напрыгнуть на него, если бы шагнула хоть ногой в этот спортзал. Я стянула трусики с тела и провела пальцем по промокшей киске. Я провела пальцем по своему клитору, задыхаясь от того, насколько он набух и нежен. Я закрыла глаза, представляя его на кровати, и острое удовольствие вспыхнуло во мне при виде этого образа. Мой палец скользнул сквозь складки, и я просунула два пальца внутрь, отчаянно желая, чтобы у меня было что-то более существенное. Я толкалась глубже, вводя и высвобождая пальцы, моя другая рука поднималась, чтобы схватить мою грудь, мои пальцы пытались имитировать прикосновение Рафаэля. Мои бедра двигались, отчаянно ища трения. И прямо там, в шкафу, я довела себя до оргазма, думая о своем шурине.

Как это была моя гребаная жизнь?

Я быстро натянула свой спортивный лифчик и сменила промокшие трусики, мое тело все еще было так натянуто от похоти, что я легко могла бы пойти за вторым освобождением. К счастью, мне удалось взять себя в руки и продолжить одеваться.

Натянув шорты из спандекса и свободную футболку, я пошла в ванную и стала брызгать водой на лицо, пока не почувствовала, что мне грозит опасность попасть в воду.

Когда похоть угасла, ее сменили ярость и стыд. Очевидно, я могла остановить то, что произошло, но я ненавидела игры, в которые он играл, и то, как мое тело так отчаянно хотело играть в них с ним.

У моего отца были женщины на стороне. В конце концов, это был путь мафиози. Моя мама закрывала на это глаза. Они казались достаточно счастливыми, когда были вместе, но я не хотела иметь ничего общего с такими отношениями.

Конечно, это было всего лишь желание. Лицо Люциана, когда он кончил в рот этой шлюхи, всплыло у меня в голове. Наверное, каждую ночь он трахал новую девушку.

От меня он точно ничего не получал.

Но я была здесь, ничуть не лучше.

У меня никогда не было намерения играть домашнюю жену мафиози, которая смотрит по-другому на неосмотрительность моего мужа. Но я также никогда не думала, что буду одной из тех, кто проявляет неосмотрительность.

Тот взгляд в глазах Люциана, когда он сказал мне, что не может этого сделать…

Это был полный пиздец. Когда я стала этим человеком? В один момент я была девственницей, а в следующий уже кончила.

Я подняла голову от раковины и посмотрела в зеркало, удивившись тому, как сверкнули мои глаза, на щеках появился румянец. Я выглядела живой. Это было редкостью.

Мне очень хотелось схватить бритву, но я знала, что, если промедлю, Рафаэль вернется сюда, а мне не хотелось, чтобы повторение того, как он меня поймал в прошлый раз, повторилось.

Скажем так: все, что включало Рафаэля в моей спальне, было ужасной, ужасной идеей.

Я направилась через холл, через еще один длинный коридор, где находился спортзал. Я резко остановилась, когда дошла до дверного проема и увидела, как Рафаэль подтягивается на металлическом перекладине, его рубашка заправлена в штаны сзади, его мышцы напрягаются и сжимаются. Похоть собралась в моем животе, когда я принялась любоваться его идеальным телом. Мне уже нужна была новая пара трусиков. Это не было отличным началом.

Это было официально. Он пытался убить меня. В этот момент я почти хотела, чтобы Люциан вошел и просто избавил меня от страданий.

Хорошо. У меня было самообладание. Я могла сделать это. Мне просто нужно было представить его на тротуаре в аэропорту в тот день, когда он ушел от меня. Изображение было настолько реальным, что я могла слышать его демонический свист, эхом отдающийся в моих ушах.

И так же, как это, похоть исчезла.

Без проблем.

Рафаэль закончил подтягиваться и легко спрыгнул с перекладины, совершенно не запыхавшись.

— Встань на беговую дорожку на минутку и разогрейся, а потом мы потянемся, прежде чем ты начнешь, — приказал он. Требование в его голосе было компенсировано тем, как его взгляд плясал по всему моему телу, и я раздраженно покачала головой, прежде чем побежать к одной из беговых дорожек.

Если бы Рафаэль хотел играть в игры, я бы поиграла в них. Я поставила беговую дорожку на низкую скорость, не желая, чтобы он знал, что я могу буквально почти на полном ходу бежать мили и мили, не уставая. Через пятнадцать минут он подошел ко мне и жестом попросил выключить беговую дорожку. Я притворилась, что запыхалась, когда шаг замедлился, и шагнула вперед, положив руки на колени.

— Похоже, нам предстоит много работы над вашей выносливостью, — прокомментировал Рафаэль, подойдя к большому коврику в углу. Я последовала за ним и начала растягиваться. На всех стенах висели длинные зеркала, и я одним глазом смотрела на него, наклоняясь, чтобы вытянуть правую ногу.

Я услышала цоканье, а затем Рафаэль оказался рядом со мной.

— Дай мне руки, — скомандовал он, и я вопросительно посмотрел на него. Он настойчиво протянул руки, и я неохотно потянулась. Он сомкнул пальцы на моих запястьях и притянул к себе.

И тогда не было никакого пути вокруг этого. Рафаэль сделал все возможное, чтобы сломить меня. О, он хорошо растянул меня, но по пути его руки скользили по моим мышцам, моим изгибам, по моей груди, по моему телу, когда он растягивал меня в миллионе различных положений. Он не сказал ни слова. Единственным звуком в комнате было наше тяжелое дыхание. Мое тело полностью раскраснелось от возбуждения, и я изо всех сил старалась не стонать.

Когда он закончил, я определенно растянулась, мои мускулы разогрелись и были готовы ко всему, но особенно к тому, чтобы он повалил меня на землю и трахнул в миллионе разных