Охота на мышку - Юлия Гетта

— Чё?

— Ты не в курсе, что ли? Вчера Людмилка сказала, что Татьяна Петровна больше не будет у нас преподавать, по семейным обстоятельствам ей пришлось закончить практику немного раньше.

— Чё⁈ — подскакиваю я из-за парты.

Марго тоже медленно встаёт, тщательно оправляя юбку:

— Чё слышал.

Забираю с парты трубу и шагаю к выходу из класса, забив на возмущенный взгляд нашей алгебраички.

— Так ты знаешь или нет, что с ней? — орёт мне в спину Марго.

Я не отвечаю.

Разыскиваю нашу Людмилку, выдергиваю её с уже начавшегося урока. С гневным взглядом она выходит в коридор, прикрывая за собой дверь в класс.

— Людмила Ивановна, я слышал, что Татьяна Петровна больше не будет преподавать в нашей школе. Скажите, пожалуйста, почему?

— Тебе-то какое дело, Сычев? Ты почему не уроке? Ну-ка быстро иди в свой класс! — шипит на меня училка.

— Людмила Ивановна, пожалуйста, — пристально смотрю ей в глаза. — Мне нужно знать, что случилось.

Она подозрительно прищуривается:

— Ты как-то замешан в этом?

— Нет! — невинно выпучиваю глаза я.

— Смотри Сычев. Убью, — грозит кулаком.

— Людмила Ивановна, мне просто нужно знать, что случилось.

— Я понятия не имею, что случилось. Вчера утром ко мне подошёл директор и поставил перед фактом. Всё. Иди на урок!

— Хорошо…

Разворачиваюсь, и шагаю в сторону кабинета алгебры до тех пор, пока Людмила не возвращается в свой класс. После этого сразу резко сворачиваю к лестнице.

Бегу вниз, перепрыгивая через ступени. Усевшись на подоконник на первом этаже, достаю телефон, открываю соцсеть. Но, передумав, закрываю. Понятия не имею, как Мышь отреагирует на такую новость. Что-то мне подсказывает, она может сильно огорчиться. Лучше я при личной встрече ей все расскажу.

Спрыгиваю с подоконника и отправляюсь к гардеробу, чтобы забрать куртку.

Это ведь Мышкин пахан подсуетился, к бабке не ходи. Чтобы у Тани не осталось вариантов со мной пересекаться. Что он о себе возомнил вообще? Думает, имеет право решать за неё? За нас? Такими темпами он реально её куда-нибудь из города увезёт, и я потом х*й найду свою Мышь.

Нет. Я не позволю. Я её заберу у него. Пока не знаю, как, но что-нибудь придумаю.

63. Я так соскучился

Пока иду к Мышке, башка начинает дымиться от мыслей.

Допустим, человека, который вскроет замок, найти не проблема. Но ему нужно будет чем-то заплатить. А денег у меня нет. И где их взять, ума не приложу. Особенно учитывая, что с криминалом я теперь завязал. Занять? У кого. И как потом отдавать. Ладно, это неважно, придумаю что-нибудь…

Сложнее вопрос, куда я Мышку приведу? В нашу убогую комнату в общежитии, к матери и отцу? Таня будет в шоке от таких условий. Сама от меня назад к папочке сбежит в этот же день.

Нет. Не вариант. Это, сука, вообще не вариант!

Злюсь. Закипаю просто. Ненавижу эту беспомощность! Скажите мне, кого убить, кому продать душу, чтобы перестать быть жалким нищебродом?

Говорят, счастье не в деньгах. Ага, конечно, бл*ть, не в них. Ну вот есть у меня Мышь. И мне, сука, никаких денег не надо. Только бы с ней быть. Любить её, и чтобы она меня любила. Но х*й мне, а не Мышь, потому что я нищеброд!

Дохожу до её дома, окончательно сдувшись. Понимая, что ни хрена я не смогу сделать. Методы, которыми я могу действовать, по отношению к Мышкиному отцу — табу. А других у меня нет. Не смогу я без криминала его победить.

Домофон всё ещё не работает. И мне приходится ждать кого-то из жильцов.

С сутулым мужиком захожу в подъезд. Тащусь наверх. Втыкаюсь лбом в Мышкину дверь. И стою. Не решаясь постучать.

Ну что я ей скажу? Что я беспомощное чмо? И ничего не могу сделать.

Разворачиваюсь, приваливаюсь спиной к двери, съезжаю вниз на корты. Закидываю голову, вздыхаю.

Возникает мысль просто встать и уйти. Ну зачем я ей такой нужен? Найдёт себе нормального пацана, без груза проблем. С нормальными предками, с квартирой. Выйдет за него замуж, нарожает детишек. И будет счастлива.

Стоит мне представить эту картину, как к горлу подступает бешенство. Ни хрена не будет такого у Мышки. Потому что я найду этого пацана и сверну ему шею.

Нет. Никуда я не уйду. Меня же тянет к ней, туда, за дверь, как будто магнитом. Кажется, даже если заставлю себя встать и пойти в противоположную притяжению сторону, этот чёртов магнит вырвет все мои внутренности и размажет кашей по Мышкиной двери.

Похер мне, что будет дальше, я просто никуда не уйду. Я буду бороться за неё до конца. Её пахану придётся меня убить, чтобы избавиться.

Встаю и стучу в дверь кулаком. Громко. Готовый сам, прямо сейчас, голыми руками вынести её к чертям.

Но даже минуты не проходит, как Мышка мне открывает.

И смотрит на меня. Такая хрупкая. Трогательная. Слегка растрепанная. Без очков. С опухшими от слёз глазами. Самая красивая девочка на свете.

У меня внутри переворачивается всё.

Делаю шаг и обнимаю её. Прижимаю к себе изо всех сил.

Целую, целую любимые, мягкие губы. Солёные. Мне хочется съесть их. Но я нежен. Потому что безумно люблю.

— Он дома?

— Нет, — крутит головой малышка. — Не закрыл. Я и сама не знала. Не выходила с утра из своей комнаты. Не хотела его видеть. Оказывается, оставил в скважине мои ключи.

— Значит, он успокоился?

— Не знаю. Сегодня вечером я точно с ним поговорю.

Я подхватываю Мышь на руки, вхожу в квартиру, захлопывая за собой дверь. Сбрасываю обувь и утаскиваю Таню в её спальню.

Опрокидываю на кровать. Стягиваю с себя куртку и бросаю на пол. Стягиваю водолазку. И заваливаюсь на Мышку сверху, целую. Скольжу губами по её губам, толкаюсь языком в сладкий рот, заставляя задохнуться.

Я так соскучился.

На ней почти нет одежды. Короткие шортики и маечка, которые не мешают мне добраться до её упругой груди с твердыми горошинами сосков. Стояк в штанах налит кровью до отказа. Пульсирует, требуя своё.

Вспоминаю, что так и не купил презервативы. Но мне сейчас пох*й на них. Сейчас меня это не остановит.

Стягиваю шортики вместе с трусиками, глажу прохладные мягкие ягодицы. Впиваюсь в них зубами, прикусываю по очереди. Таня вскрикивает и часто дышит. Смотрит на меня широко распахнутыми глазами.

Самая желанная девчонка на свете.

Я прекраснее её никого не встречал. И точно знаю, что никогда не встречу. Потому что она лучшая на земле.