Босс под полтос. Вместе из мести? - Виктория Борисовна Волкова

Наверняка не все. Такие люди, как Азот, всю правду не раскрывают. Что-то умалчивают обязательно. Но по-любому дело будет резонансным.

– Ошибок быть не может? – уточняю на всякий случай.

– Нет. Исключено, – мотает головой Зотов. – Вот это я в отпуск к маманьке приехал, – усмехается криво. – Но в театре брать не вариант. Следаки злые, и так еле уговорил подождать до премьеры. Хоть и понимают, что нам без постановки никак… иначе дело в суде развалится, но все равно хотят поквитаться. Это еще тяжелые не в курсе. Многие и с Васьком и с Мишаней работали. Да я обоих лично знал, – всплескивает он руками. В глазах плещутся боль и ненависть. – Пора положить конец этому беспределу, – замечает веско. – Брать будут жестко. Лучше сразу на парковке, – цедит непререкаемым тоном. – Сухонос – отморозок хренов, может залупиться. Охрана его обязательно вмешается. Не приведи господь, кто-то стрелять начнет. А в театре людей полно. Если хочешь посмотреть бесплатное шоу, устройтесь на лавочке где-нибудь неподалеку…

– А как же… – пытаюсь хоть как-то поторговаться.

– Все, Богдан. Я сказал, – выставляет вперед ладонь Азот. – И так идем тебе на уступки. Не спрашиваем, где на самом деле ты раздобыл этот ствол. Да еще в коробочке. Да еще почерком Щуки подписанной… Сухонос не стал бы хранить в Майбахе такой убийственный компромат… Он бы его в реку бросил, предварительно стерев все отпечатки…

– Щука? Кто это? – уточняю мимоходом.

– Щука – матерый зверь, уголовник со стажем, правая рука авторитета Святого, – смотрит на меня в упор Зотов.

Твою ж мать!… Вот косяк упороли! С коробочкой передали… Етить колотить. Сердце останавливает. Что теперь будет?

– Не знаю такого, – морщу нос. И больше всего боюсь подставить Рема. От меня к нему ниточка, а от него к Чебакову…

Бл… как я мог так облажаться?

– Ладно, проехали, – усмехается Азот. Смотрит на меня внимательно. Будто размышляет, что предпринять дальше. – Без тебя, Богдан Олегович, мы бы с места не сдвинулись. Но давай по уму все сделаем. В театре брать этого гада никто не разрешит. А вот на парковке около Майбаха запросто.

– А если его там не окажется?

– Вызовем, – пожимает плечами. – Как я понимаю, Сухонос приедет на премьеру вместе с женой. До начала спектакля будет толочься у нее в гримерке. Пить шампанское. Надавим на Циммера, он позвонит шефу. Тот прибежит. Ну и все. А вы занимайте места где-нибудь рядом. Там, кажется, кабак поблизости открылся… Станете, так сказать, невольными свидетелями задержания… Стол у окна заранее забронируйте, – добавляет насмешливо.

– Ну хорошо, – соглашаюсь нехотя. А куда мне деваться? Начальник приказал… Мое дело телячье. Лучше вообще не играть в игрушечки с законом. Обходить стороной тех, кто играет…

Вон брат мой по молодости вляпался. Хорошо, быстро все тогда разрулили… А то бы уехал далеко и надолго лес валить.

– Коробочку с Щучьим автографом вернешь? – интересуюсь с прищуром. Не то, чтобы мне сильно хотелось ее заполучить. Но надо понимать, насколько я влип. И насколько Зотов согласен подвинуться. Мужик он хороший, но мало ли… Вдруг там конфликт интересов.

– Да, верну обязательно. Она у меня, – деловито кивает Андрей. – Сухоноса возьмем сразу, как только он или его человек в Майбах полезут. Ждать или играть в поддавки никто не будет, Богдан. Пойми меня правильно. И дай бог, чтобы этих пассажиров живыми в отдел привезли. Народ у нас настроен решительно. Если узнают, ничем не сдержишь.

– Ну ладно, – соглашаюсь в итоге. И тем же вечером звоню в «Розу», бронирую стол в эркере. Приглашаю друзей. Смотреть шоу надо в компании, а не глазеть в одиночку. Рем с женой и бабкой, Манучаровы, Глеб с Яськой. Своих использую втемную.

Да, да, вот такой я гад и сволочь! Но кто-то же должен прикрыть мою задницу, и кто-то же должен выдать новость в вечернем выпуске. А иначе никак. Если нет огласки, считай, что и не было ничего.

А дальше все по плану.

Пафосный ресторан. Накрытый стол в эркере. Усаживаю Маргариту вполоборота. Она не должна сразу обратить внимания. Зачем ей нервничать? Только когда тяжелые подойдут, скрыть происходящее будет невозможно. Жена повернется и увидит всю кульминацию.

Сам себя ругаю последними словами. Зачем? Зачем я это все затеял, мать его! Есть у меня Марго и это великое счастье. А Сухоноса со Слоном пусть возьмут в другом месте. По-тихому.

Да хоть в гримерке у его примадонны.

Но уже поздно. Напряженно наблюдаю, как строгий официант разливает по бокалам вино. Ну как же, губер посетил заведение! Великая честь. Кошусь на жену, о чем-то болтающую с Валей Лактомской и чуть не пропускаю момент, когда Аркадий Валерьевич Сухонос лично вскрывает Майбах какой-то тонкой металлической пластиной.

– Линейка закройщика, – усмехается криво Рем, сидящий рядом. – Незаменимый инструмент гопников.

Словно хищник за дичью, наблюдаю, как Суходрищев прыгает на заднее сиденье. Видимо, достает тайник. Через пять минут с металлическим ящиком под мышкой выскакивает из машины. А из припаркованных рядом минивэнов уже вываливается ОМОН. Крепкие парни в черной униформе не церемонясь роняют Сухоноса на капот. Заламывают руки.

– Ой, молодцы какие! – повернувшись, восторженно щебечет Маргарита, умничка моя. – Наконец-то среагировали. Я столько раз заявления в полицию писала, – доверительно сообщает Глебу. – Думала, не работают совершенно. Ошибалась.

– Да, правоохранительные органы у нас на высоте, – важно заявляет Портнягин, а мы с Ремом переглядываемся. Красиво сработано.

Флеш-рояль.

Глава 73.

Через притененные окна полукруглого эркера наблюдаю, как полицейские проводят операцию. Толкают на капот Сухоноса. Аркашка кричит. Пытается вырваться. Но его снова бросают на черную поверхность Майбаха и раскладывают словно цыпленка тапака. Застегивают на запястьях наручники. И мне этого гада совершенно не жалко.

– Интересно, что за