Порочный наследник - М. Джеймс

и теперь я вижу, как бьётся её пульс у основания шеи. Я хочу прижаться к нему губами, почувствовать биение её сердца своим языком. Во мне вспыхивает желание, и мой член твердеет, несмотря на напряжение. — Но сидеть здесь и ждать, пока он сделает первый шаг, бесполезно. Нам нужно взять ситуацию под контроль.

Я стискиваю зубы. Ни за что на свете я не соглашусь на это.

— Принеся тебя в жертву?

— Воспользовавшись единственным преимуществом, которое у нас есть. — Её голос звучит уверенно. — Десмонд одержим мной. Он не сможет устоять, если я дам ему шанс.

Я вглядываюсь в её лицо, пытаясь понять, о чём она на самом деле думает.

— А если что-то пойдёт не так? Если он доберётся до тебя раньше, чем я успею его остановить?

— Тогда ты придёшь за мной. — Она смотрит на меня с абсолютной уверенностью, и это разбивает мне сердце. Боль пронзает меня, угрожая разрушить все мои барьеры перед тем, что я чувствую к ней. Что я всегда к ней чувствовал. — Я доверяю тебе, Элио. Я знаю, что ты меня защитишь.

Её вера в меня пугает. Я этого не заслуживаю, ни за то, что лгал её брату, ни за то, что прикасался к ней так, как не имею права прикасаться. Но, похоже, я не могу ей ни в чем отказать.

— Дай мне подумать об этом, — наконец говорю я.

— У нас нет времени на раздумья. — Она сокращает расстояние между нами, и я чувствую мягкое прикосновение её грудей к своей груди через тонкую ткань футболки. — Каждый день, пока Десмонд на свободе, я в опасности. Каждый день, когда мы лжём Ронану, ситуация становится всё хуже. Нам нужно покончить с этим, Элио. Сейчас же.

Она кладёт руки мне на грудь, и я чувствую тепло её ладоней через рубашку.

— Пожалуйста. Позволь мне помочь. Позволь мне стать частью решения, а не просто проблемой. Я позволила тебе научить меня обращаться с пистолетом, чтобы я могла защитить себя. Позволь мне сделать это по-своему. Давай будем действовать сообща. Я не могу одолеть его физически, но я всё равно могу помочь.

Я закрываю глаза, пытаясь собраться с силами и отойти от неё. Но она права. У нас мало времени и мало вариантов. Если мы не сделаем что-нибудь в ближайшее время, всё развалится.

— Если мы это сделаем, — медленно говорю я, — то сделаем по-моему. Мои люди, мой план, мои правила. Ты не сделаешь ни шагу без моего разрешения. Мы должны действовать сообща. Иначе ничего не получится. Понятно?

Она кивает.

— Понятно.

— И если в какой-то момент я решу, что это слишком опасно, мы всё отменим. Без аргументов.

— Без аргументов, — соглашается она.

Я открываю глаза и смотрю на неё сверху вниз, и от надежды, которую я вижу на её лице, у меня щемит в груди.

— Энни, я…

Она приподнимается на цыпочках и целует меня, прежде чем я успеваю закончить предложение. Её губы такие мягкие и сладкие, и на мгновение я позволяю себе раствориться в этом поцелуе. Я позволяю себе притворяться, что всё в порядке, что мы просто два человека, которым не всё равно друг на друга, а не два человека, оказавшиеся в безвыходной ситуации. Прикосновение её губ вызывает у меня возбуждение, боль от желания почти невыносима, но я знаю, что произойдёт, если я пойду за ней в ту комнату, если я усажу её к себе на колени на диване.

Сейчас всё слишком обострилось. И я слишком сильно нуждаюсь в ней.

Я отстраняюсь, скучая по прикосновению её губ к моим в тот момент, когда они исчезают.

— Тебе нужно вернуться в постель, — грубо говорю я.

— Я знаю, ты хочешь меня. — Её голос падает до шёпота. — Я чувствую это, Элио. Каждый раз, когда ты смотришь на меня, каждый раз, когда ты прикасаешься ко мне. Ты хочешь меня так же сильно, как я хочу тебя.

— Неважно, чего я хочу. — Я беру её за запястья и аккуратно убираю её руки со своей рубашки. — Ты сестра Ронана. Ты под моей защитой. Я не воспользуюсь тобой. — Это легче сказать, чем признаться в остальном: что я не смогу уйти после этого, что я не хочу быть просто перевязкой, а хочу быть с ней всегда.

— Ты не воспользуешься, если я сама об этом прошу, — шепчет она.

— Нет. — Я отступаю, увеличивая расстояние между нами, и придерживаюсь этого аргумента вместо тех, что гораздо сложнее. — Ты травмирована и уязвима. Ты не можешь ясно мыслить.

— Хватит говорить мне, о чём я думаю. — В её глазах вспыхивает гнев. — Я знаю, что у меня на уме, Элио. И я знаю, чего хочу.

— То, чего ты хочешь сейчас, и то, чего ты захочешь, когда всё это закончится, две разные вещи. — Я скрещиваю руки на груди, пытаясь быть голосом разума, хотя каждая клеточка моего тела кричит о том, чтобы дать ей то, о чём она просит. — Когда с Десмондом будет покончено, ты будешь в безопасности и у тебя будет время осмыслить всё произошедшее, ты пожалеешь об этом. Ты пожалеешь, что мы начали то, что нам придётся вечно хранить в секрете, от чего нам обоим придётся отказаться. И я не собираюсь быть тем человеком, о котором ты пожалеешь.

Она долго смотрит на меня, и я вижу, как на её лице отражается обида, прежде чем она успевает её скрыть.

— Отлично. Будь по-твоему.

Она разворачивается и уходит в спальню, а я смотрю ей вслед, ненавидя себя за разочарование, которое читается в её опущенных плечах, и за то, с какой решительностью она закрывает дверь.

Я опускаюсь на диван и закрываю лицо руками.

Я поступаю правильно.

Я знаю, что поступаю правильно.

Так почему же мне так плохо?

ГЛАВА 19

ЭЛИО

Мы проводим весь следующий день, пока я могу находиться здесь, разрабатывая план. А на следующее утро мы приводим его в действие.

С помощью одноразового телефона Энни пишет Десмонду, что хочет встретиться с ним в своей любимой кофейне и что она сожалеет о том, как всё сложилось между ними. Что она передумала и хочет, чтобы он дал ей второй шанс. Сообщения милые, покорные, почти умоляющие.

Я ненавижу каждое чёртово слово.

Его оказалось сложнее убедить, чем мы ожидали. Он спрашивает её, почему она должна получить второй шанс, почему он должен хотеть её после того, как она упустила свой шанс быть с ним, и