Почему ты молчала? - Анна Шнайдер

им с Оксаной назначили срок для примирения в пределах одного месяца, Яков отдельно от Иришки вдруг преподнесёт мне билеты в театр. И не на детский спектакль, а на вполне себе взрослый. На двоих.

— Сходишь со мной? — поинтересовался он тихо. Мы в это время сидели за столиком в кафе вдвоём — Иришка убежала в туалет.

Жар в груди нарастал, и под проницательным тёмным взглядом Якова, тёплом и понимающем, мне было неловко и волнительно.

— Спектакль через две недели, — продолжал Яков с улыбкой. — У тебя будет время передумать, если что. Можешь не со мной, а с подругой или мамой, например. Я не настаиваю. Но если со мной, я буду рад.

Я кашлянула и опустила глаза, рассматривая золотые узоры на билетах.

Помолчав несколько секунд, я всё-таки решилась поинтересоваться:

— Слушай… зачем это тебе? Из принципа? Раз уж у дочери есть мать, зачем искать другую женщину, попробую завоевать эту?

— Поль, посмотри на меня.

Пришлось поднимать глаза — и вновь краснеть под внимательным взглядом Якова, настолько серьёзным и проникновенным, что мне было очень сложно держаться и не растаять.

Но таять я всё-таки не собиралась.

— Я понимаю, ты мне не веришь, — сказал Яков спокойно. — И это нормально. Я в прошлом поступил с тобой нехорошо, ты не хочешь, чтобы я вновь причинил тебе боль. Но я не тороплю. Это просто билеты в театр. Не обязательно идти со мной.

Когда он говорил вот так, готовый к отказу с моей стороны, не настаивающий ни на чём, огрызнуться и вернуть билеты не получалось. Просто не хватило… чего-то. Силы духа? Нет. Не знаю. Наверное, упрямства.

А ещё…

Если бы я сейчас послала Якова с этим приглашением — это было бы словно ударить подставившего тебе беззащитное пузо пса тяжёлым сапогом. Больно и обидно. А я всё-таки не хотела обижать…

Поэтому сказала лишь:

— Ладно, я подумаю.

Почти сразу после этого пришла Иришка, и нам пришлось поменять тему для разговора.

128

Оксана

После того объяснения с Полянским в их отношениях решительно ничего не изменилось. Да и нечему было меняться, ведь отношения-то исключительно рабочие. Ксеня продолжала ходить в офис, стараясь придерживаться делового дресс-кода, была исключительно вежлива со своим начальником и изо всех сдерживала эмоции, если они грозили прорваться. Впрочем, это бывало редко — всё-таки Игорь Николаевич её ничем не провоцировал, просто работал, как ни в чём не бывало, даже обратно на «вы» перешёл.

Ксеня, уязвлённая его отповедью, решила не только постараться быть спокойнее, относиться к происходящему не настолько взрывоопасно, но и выбросить вредного и ледяного начальника из головы. И сразу после того, как состоялось первое заседание суда по их с Яковом разводу, Ксеня впервые согласилась на свидание с одним из коллег.

Отчего-то она думала, что стоит ей провести несколько часов в обществе привлекательного мужчины гораздо моложе Полянского, как Игорь Николаевич немедленно забудется. Это всегда работало раньше. Стоило Ксене начать встречаться с новым поклонником, как предыдущий забывался. Она вообще помнила о своих парнях, только пока они находились в поле её зрения, а после — нет. Даже Якова Ксеня толком и не вспоминала, не скучала по нему, равнодушно относилась к тому, что он пропадал на работе целыми днями. Любила ли она его когда-нибудь? Теперь уж и не поймёшь. Возможно, она просто привыкла к тому, что Яков — её, так было всегда, и не желала ничего менять.

Полянский Ксене принадлежать не собирался. И следовало бы перестать думать о нём… Тем более, что рядом крутились разные и вполне привлекательные мужчины на любой вкус. Даже женатые были! Но связываться с женатым Ксеня не хотела. Впрочем, она по-настоящему никого не хотела, и чётко поняла сей постыдный факт, согласившись зайти в гости к своему поклоннику после субботнего свидания.

Целовал он горячо и страстно, уговаривая Ксеню остаться ещё и на ночь, чтобы продолжить начатое вечером, но она отказалась, испытывая к самой себе какую-то странную брезгливость. Хотелось немедленно принять душ, причём в одиночестве, смыть чужой раздражающий запах. А ведь выбирала для свидания и последующих удовольствий самого привлекательного из всех мужчин! Не считая Игоря Николаевича, разумеется. Так почему не сработало?! Почему Полянский по-прежнему сидит в её голове?

Может, попробовать ещё одно свидание? Или даже не одно.

А может, вообще уволиться?

Нет, никаких увольнений. Она только начала свою карьеру, ей лишь недавно начали давать более серьёзные задания — и вдруг увольнение? Нет уж. Надо справляться. Надо доказать себе и всему миру, что она давно взрослая и способна игнорировать лишние чувства.

А в понедельник коллега, с которым Ксеня встретилась и переспала в субботу, принёс для неё на работу небольшой букет ярко-алых бархатных роз. И когда он дарил их, мимо как раз шёл Полянский. Заметил происходящее, на мгновение чуть приподнял брови, но больше никаких эмоций не проявил — выражение его лица осталось непроницаемым, как бетонный блок.

— Спасибо, — поблагодарила Ксеня поклонника, выдавив из себя улыбку. Приняла лёгкий поцелуй в щёку, пообещала, что в следующие выходные опять выделит время, почти не соображая, что отвечает.

Даже не приревновал! Неужели ему совсем-совсем всё равно?!

За несколько недель, прошедших с момента неприятного разговора с Игорем Николаевичем, Ксеня, конечно, научилась лучше управлять эмоциями, но сейчас они явно выходили из-под контроля. Нельзя было оставаться на рабочем месте, пока глаза на мокром месте…

Ксеня сделала шаг в сторону выхода, но тут зазвонил её стационарный телефон. И дёрнул же её чёрт снять трубку!

— Оксана, зайдите ко мне, — попросил Полянский бесстрастным тоном, и глупое сердце замерло. Неужели всё-таки приревновал, просто не подал виду?

Нет, не может быть. Чтобы эта бесчувственная ледышка ревновала её, глупую девчонку намного младше? Скорее земля и небо поменяются местами!

И тем не менее надежда заставила непрошеные слёзы высохнуть, и Ксеня, несколько раз глубоко вздохнув, чтобы ещё лучше успокоиться, отправилась в кабинет Игоря Николаевича.

129

Оксана

— Я буду краток, — сказал Полянский, когда Ксеня, расправив юбку, села на стул перед его рабочим столом. — У Никитина, который вам букет принёс, есть гражданская жена. И двое детей.

Ксеня несколько раз непонимающе моргнула.

— Что?..

— Дело ваше, Оксана, — продолжал Игорь Николаевич, глядя на неё так же невозмутимо, как и раньше. — Просто я — единственный