Мой темный принц - Паркер С. Хантингтон

– Все там же. Просто проблемы навалились, и я не справлялся. Я сам был ребенком, Брайар.

Поступил бы я сегодня иначе? Да. Хотелось бы думать, что да. А вообще, я точно знал, что не бросил бы ее, если бы мог повернуть время вспять. Я многое сделал бы по-другому. Послал бы Себастиана куда подальше в ответ на его требование. Позволил бы ему остаться в Англии. Не столкнул бы его с лодки. Но задним умом все крепки. Может, последние десять с лишним лет я просто убеждал себя в том, во что хотел верить.

Брайар захлопнула дверцу посудомоечной машины и нажала несколько кнопок, пока та не заработала.

– Почему ты лжешь всему миру?

Я облокотился на стол с другой стороны, просто глядя на нее и наслаждаясь каждой секундой.

– Тебе придется уточнить. – Я окинул взглядом ее восхитительное тело. – Я часто вру.

Я никогда не понимал одержимости Зака и Ромео искусством, но теперь готов признать, что они, пожалуй, кое-что в этом понимали. Бывает нечто такое, на что можно смотреть целую вечность, но так и не насытиться.

– Ты врешь своим друзьям, притворяясь дураком и пустышкой. – Брайар повернулась ко мне лицом. – Ты вовсе не такой.

– Так проще. Меньше ожиданий. Меньше давления.

– Прежде у тебя никогда не было с этим проблем. – Она прищурилась, глядя на меня, и прислонилась к столу рядом со мной. – Что же изменилось с тех пор?

Фритюрница выключилась и издала звуковой сигнал, чтобы я ее открыл. Я не обратил внимания.

– Я утратил веру, что могу поступить правильно, – процедил я.

Это правда. Тот год здорово испоганил мне жизнь.

Брайар кивнула.

– Что ж, если тебя это утешит, ты был не худшим моим парнем.

Я посмотрел на ее губы.

– Нет?

Черт возьми, они такие пухлые и розовые. Я мечтал взять их в рот и провести между ними языком. Но мне меньше всего хотелось думать о ее бывших. А вот о том, как калечу их голыми руками… Но все же я не мог упустить ни единого шанса хотя бы на пару секунд не выставлять себя злодеем в ее глазах.

– Нет. – Брайар опустила взгляд на мою шею, заметив, как дернулся кадык. – Ты хотя бы подарил мне оргазм той ночью, когда мы занимались сексом. Один из моих бывших даже этого не смог.

– Готов поспорить, что, если захочу, смогу довести тебя до оргазма, даже не снимая бикини.

Ее дыхание стало затрудненным. Я понял это по тому, как вздымалась ее грудь. Моя тоже.

Она вскинула бровь.

– Ты хотел сказать, если я захочу.

Я облизал губы.

– Ты хочешь.

Мы стояли совсем близко, лицом к кухонному островку, наши мизинцы соприкасались на краю столешницы.

Она издала хриплый смешок.

– Ты понятия не имеешь, чего я хочу, Оливер.

– По-моему, имею.

Я потянулся и слегка надавил на ее нижнюю губу. От простого прикосновения ее пухлой теплой губы к подушечке моего пальца по телу побежали мурашки, будто я достиг оргазма. Я резко подался вперед. Затаил дыхание, наблюдая за ее реакцией, выжидая, не пошлет ли она меня к черту.

Не послала. Напротив, схватила за предплечье и прижала его к своей груди. У нее перехватило дыхание.

– Тебе ни за что не довести меня до оргазма, не снимая бикини.

Это вызов. А я никогда от них не отказывался.

А еще это разрешение прикоснуться к ней, которое я принял с таким нетерпением, что потрясло нас обоих. Я вмиг пригвоздил ее к столешнице, прижавшись всем телом. Член устроился между бедер Брайар, потирая ее через одежду.

Я провел большим пальцем от ее губ вдоль шеи и обхватил ее, пока не накрыл почти всю своей большой ладонью. У нее затрепетали веки. Она тоже это почувствовала. Дикое влечение между нами.

Мы соприкоснулись носами.

– Поспорим? – спросил я, прильнув к ее губам, но не целуя. Еще нет.

– Если я не кончу, ты одолжишь мне свою машину, – с вызовом предложила Брайар, касаясь моих губ своими.

Я улыбнулся, потакая ей. Неважно, даже если она попросит сдвинуть солнце с места. Ей все равно не выиграть. Не может быть, чтобы она этого не знала. Ей просто нужен предлог, чтобы позволить мне прикоснуться к ней.

– Идет. А если кончишь…

– Да?

– То позволишь мне трахнуть тебя. – Я помолчал. – Один раз. Где захочу. Когда захочу. Может, в комнате, полной людей, а может, посреди пустыни. Ты не откажешь. Дашь мне показать тебе, кем мы были. Что у нас все еще может это быть. – Я сделал глубокий вдох. – Что это по-настоящему.

Я опустил ладонь с ее шеи к правой груди и обхватил ее. Брайар со стоном выгнула спину. Ей конец. Да и мне тоже. Это опасно. Катастрофически. Ошибка вселенских масштабов. И, как по мне, лучшее решение в нашей жизни.

– Как скажешь, – фыркнула она. – Покажи, что умеешь. Но помни: одежду снимать нельзя.

– Да, я помню правила.

Я снова поднес руку к ее шее, приподнял ее голову и наконец сделал то, что хотел сделать с тех пор, как увидел Брайар в отеле. Я припал к ее губам и поцеловал, вложив все свои чувства.

Сперва поцелуй был нежным. Я хотел дать ей возможность отстраниться, если передумает. Но она не стала. Схватила меня за плечи и притянула ближе, отчего мы прижались друг к другу.

Я упивался ею, словно нектаром. Мы соприкоснулись языками, сойдясь на полпути. Поцелуй стал глубже, из нежного и робкого превратившись в голодный и отчаянный. Она целовалась так же, как и в подростковые годы. Оттого все тело охватила дрожь, пока я не успел даже толком к ней прикоснуться.

Я опустил руку ей на талию. Прижал ее к своему стояку, давая понять, что она со мной делает. Я просунул мизинец под край ее бикини между поясницей и ягодицами. Брайар задрожала, когда я разорвал поцелуй и провел губами вдоль ее шеи. Она запрокинула голову и позволила мне пройтись языком по чувствительной коже, пока я не скользнул им в ложбинку полной груди. У нее всегда были классные сиськи. Даже тогда. Но с годами стали еще лучше.

– Не жульничай, – шикнула она, уже тяжело дыша. – Тебе нельзя прикасаться ко мне под бикини.

Я перешел к ее правой груди, провел языком под ней, а потом взял сосок в рот через ткань. Брайар наблюдала за мной, облокотившись на стол позади себя. Я обхватил ладонями ее задницу и грубо сжал.

– Ты пожалеешь, что так сказала, – пробормотал я, прильнув к ее полной, округлой груди.

Ее сосок еще