Возвращение наследия, или Дипломная работа - София Шпиллер

Он донёс меня до кровати и осторожно опустил на мягкие покрывала.

— Помолвка только завтра, Ваша Светлость, — игриво сообщила я, ложась на спину и глядя на него снизу вверх. — Придётся подождать. — Я больше не могу ждать, — тихо произнёс он, нависая надо мной, и в голосе звучала такая страсть, что у меня перехватило дыхание. — Где же ваша выдержка, Великий герцог? — поддразнила я, хотя сердце бешено колотилось. — Закончилась, — выдохнул он мне в губы.

И тогда он поцеловал меня — страстно, жадно, но в то же время бережно, словно я была самым хрупким и драгоценным сокровищем в мире. В этом поцелуе было всё: любовь, обещание, надежда и твёрдая уверенность в нашем общем будущем.

ИНАР

Я был счастлив — впервые за долгое время. Ощущение было таким новым и непривычным, что я на мгновение замер, прислушиваясь к нему. Оно разливалось по телу тёплой волной, наполняло каждую клеточку, заставляло дышать глубже.

Утро казалось самым прекрасным: солнечные лучи пробивались сквозь тяжёлые бархатные шторы, рассыпая свои золотые блики. За окном пели птицы — их трели звучали особенно звонко, будто они тоже знали о моём счастье и радовались вместе со мной.

Но самое приятное было ощущать тепло рядом.

Альма ещё спала, уютно свернувшись калачиком. Её волосы разметались по подушке, а ресницы чуть подрагивали — наверное, ей снилось что-то хорошее.

Я тихо любовался ею, отмечая каждую мелочь: нежный изгиб губ, лёгкую тень на щеке, тонкую линию шеи. В эти мгновения мир казался совершенным.

Тишину нарушил резкий стук в дверь — не учтивый, а наглый, бесцеремонный. Прежде чем я успел ответить, створка распахнулась, и в спальню ввалился мой двоюродный брат Кейн.

— А кто здесь пытается проспать такой важный день в своей жизни? — громогласно провозгласил он, но тут же осекся, широко раскрыв глаза.

Я быстро накрыл Альму одеялом и укоризненно уставился на брата. Кейн, обычно такой самоуверенный, на мгновение растерялся. — Я, пожалуй, позже зайду... — ошеломлённо произнёс он и быстро ретировался, захлопнув за собой дверь.

Альма вынырнула из-под одеяла, её щёки пылали румянцем. — Видимо, я вчера забыл закрыться, — извиняюще произнёс я и со счастливой улыбкой добавил: — Всё из-за тебя. Это ты меня отвлекла. — Кошмар… Кто это был? И ЧТО он обо мне подумает? — вспыхнула Альма, садясь и подтянув колени к груди. Она положила на них голову, выглядя одновременно смущённой и очаровательной.

Я подошёл ближе, опустился на край кровати и взял её руку в свою. — Всё в порядке, любовь моя, это мой шубутной младший брат. Двоюродный. — я чмокнул её в нос. — Я всё улажу.

Быстро поднявшись, начал собирать нашу одежду с пола — платье Альмы, свой камзол и рубашку, небрежно брошенные накануне. Движения были торопливыми, но в душе царил покой.

— А у тебя есть более важные дела, — бросил я через плечо. — Это какие? — она вздёрнула брови, и в её глазах мелькнуло любопытство. — Примерка платья, конечно, — я улыбнулся, натягивая штаны. — Вчера я отправил в город Роджера, он должен был привести пару нарядов. Возможно, придётся что-то подогнать. Так что тебя сегодня ждут мастерицы красоты.

Альма слегка нахмурилась, обдумывая мои слова, потом наклонила голову и спросила — Ты всё продумал, да? — Конечно, — я подошёл к ней и встал напротив, глядя сверху вниз. — Ты будешь самой прекрасной невестой.

Счастливая улыбка озарила её лицо — такая светлая, что на мгновение мне показалось, будто в комнате стало ещё светлее. Не сдержавшись, я наклонился и оставил на её губах долгий, нежный поцелуй.

— Встретимся в бальном зале, — прошептал я, чувствуя, как сердце наполняется теплом.

Альма кивнула, всё ещё улыбаясь. Я последний раз взглянул на неё — на этот миг спокойствия и счастья — и направился к двери. В коридоре уже слышались шаги слуг, гомон голосов, запах свежевыпеченного хлеба из кухни. День начинался — день, который должен был стать началом нашей новой жизни.

— Прости, — начал было Кейн, заходя за мной в кабинет. Его голос прозвучал чуть виновато, а в глазах читалось смущение. — Я видел Корнелию, она спускалась по лестнице и подумал, что ты один…

Кейн уже был в своём парадном наряде — светло-голубом камзоле с серебряной вышивкой на рукавах, подчёркивающей его статную фигуру.

Я обошёл массивный дубовый стол и опустился в мягкое кресло с высокой спинкой. Махнул рукой в сторону кресла напротив — Присаживайся.

Но Кейн, как всегда, предпочёл диван у стены — по сути для него я его сюда и притащил. Он всегда любил располагаться с комфортом, раскинувшись так, будто весь мир принадлежит ему.

Всё это время с моего лица не сходила счастливая улыбка — она сама собой появлялась на губах, и я даже не пытался её сдержать.

— Ты выглядишь подозрительно довольным, — протянул брат, откинувшись на подушки и скрестив ноги. В его голосе прозвучала смесь любопытства и лёгкой иронии.

Я сложил руки в замок на столе, чувствуя, как внутри всё трепещет от радости. — Потому что я доволен, — произнёс с улыбкой. — У меня сегодня помолвка.

Кейн вытянулся в лице, явно не понимая меня. Его брови сошлись на переносице, а пальцы непроизвольно сжали подлокотник дивана. — Смирился, что ли? — спросил он, чуть прищурившись. — Я так понял, там была не принцесса, — он махнул кивком головы наверх, намекая на мою спальню. — Не боишься, что Корнелия узнает?

— Ты прав, — моя улыбка стала ещё шире. — Там была не принцесса. А будущая герцогиня.

— О… — Кейн замер, явно озадаченный. Его лицо на мгновение стало совершенно пустым, а потом озарилось пониманием. Он откинулся на спинку дивана и расхохотался. — Инар, ты… ты просто невероятен!

В этот момент в дверь кабинета постучали. — Войдите, — отозвался я.

Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл Колин. Он остановился на пороге, окинул взглядом нас с Кейном, а затем посмотрел мне прямо в глаза. — Согласилась? — спросил он тихо, почти шёпотом.

— Согласилась, — ответил я и моя улыбка пропала.

Колин кивнул.

Я видел, как в его глазах умирает последняя надежда — та, что теплилась где-то глубоко, — и приходит смирение.

Он расправил плечи и произнёс — Поздравляю. — Спасибо, — я, встал из-за стола, подошёл к нему и взял за плечи. — Спасибо за всё, друг.

Колин тяжело сглотнул и кивнул, стараясь сохранить спокойствие. Но я видел, как дрогнули его губы, как на мгновение потускнели глаза. — Инар, — начал он, отводя взгляд, — я, скорее всего, не смогу присутствовать на вашей… — Если ты так решил, я тебя пойму, — перебил