Госпожа Лидия - Малиновая Карамель

– Надо обустроить сыну комнату, сшить гардероб по его меркам, нанять лучших репетиторов. – тараторил Бахум возбуждённо, я даже не успевала вставить слово. – Но в первую очередь Дарка надо сводить к врачу и наладить правильное питание. Я найду лучшего специалиста, положись на меня. – его золотые глаза горели фанатичными огнями, казалось, он готов рвануть сию секунду воплощать свои планы.

– Хорошо. – заикаясь ответила, когда комната перестала кружиться и нас поставили на пол. – Хорошо, Бахум, я положусь на тебя в этом вопросе. – обернулась на старшего мужа, ища его поддержку.

Эрим подмигнул мне, показывая, что я правильно делаю.

Тиара даже прослезилась от переизбытка чувств. Её муж, явно чувствовал себя не в своей тарелке, потому просто стоял рядом с женой, молчаливо поддерживая Верховную.

Когда женщина взяла себя в руки, то заговорила с нами помпезно и важно:

– Раз уж мы всё выяснили, то я займусь процедурой усыновления. Это займёт некоторое время, но думаю, что Дарку лучше жить с вами, начать привыкать к другим условиям жизни. – она перевела дыхание, потому что чувства захлестнули её. – Пока вы не сможете завести на него документы, сама понимаешь. Но потом мы с Верховными вам поможем сделать всё максимально быстро.

Я понимала, почему уже сейчас нельзя начать оформлять Дарка. Пока жива Антесса, она является его матерью и имеет над ним власть. Но после суда, он станет полной сиротой, а потому мы сможем стать для него семьёй.

Не хорошо желать кому-то смерти, но я не могу думать по-другому. Антесса не заслуживает быть мамой такого милого мальчика, не заслуживает ходить по земле после всего случившегося.

– Спасибо, госпожа Тиара. – я благодарна склонила голову, выказывая ей уважения. – Мы будем вам признательны за помощь, и вы знаете, я не останусь в долгу.

– Брось, дорогая. – отмахнулась от моих слов Верховная. – Нам ещё с тобой долго работать, потому мы сочтёмся. Сейчас главное – завершить это дело и вернуться к привычной жизни.

– Хорошо, что ты напомнила про дело. – влез господин Тисон в наш диалог. – Госпожа Лидия, мне нужно знать, то, что вы сказали во время допроса госпожи Антессы про соучастников её преступления и про подругу, которая, – его взгляд остановился на Дарке, что молчаливо сидел у меня на руках, но при этом со скрытым любопытством оглядывался и явно слушал наши разговоры, – ну, вы знаете, что делала. Это всё правда? Вы абсолютно уверены?

Я не хотела рассказывать про встречу с богами, мне казалось это неправильным, а чутью я доверяла всегда. Но мне нужно было, чтобы сегодня поймали всех, кто хоть как-то замешан в этом деле. Они должны были стать свидетелями в деле Антессы и понести соответствующее правонарушениям наказание.

– Да, господин Тисон. Я уверена на все сто процентов, что они виновны. – мне пришлось прокашляться, чтобы голос не звучал так задушено. – Нужно немедленно их найти и взять под стражу. Я знаю, где найти доказательства их вины, они не смогут скрыть этого. А кто-то и вовсе не станет, когда узнает о том, что Антесса больше не сможет им угрожать.

Дарк вздрогнул у меня на руках, стоило ему услышать имя матери. Насколько сильно она его запугала, что просто имя заставляет его тело каменеть, а глаза испуганно озираться в поисках черноволосой стервы.

– Понял. – серьёзно кивнул Тисон, давая жестами команду своему помощнику, который начал срочно что-то печатать в планшете. – Я могу узнать откуда у вас эта информация? – всё же спросил меня глава тайной канцелярии.

Он явно не привык быть в неведении, по долгу службы выясняя всё от начала и до конца и не веря на слово. Но ради меня он сделал исключение, начав раздавать приказы раньше, чем узнал откуда мне известно про преступления.

Я бы хотела ответить ему тем же доверием, но стоит мне заикнуться про беседу с Стефилией и Боссаром, как меня отправят в их храмы молиться или хуже, нарекут жрицей. Потому я промолчала.

– Из достоверных источников, господин Тисон. – постаралась вложить всю свою уверенность в голос, чтобы мужчина и не думал сомневаться в моих словах. – Клянусь всеми богами, я говорила только правду.

Видимо он что-то понял, потому что не стал настаивать, а просто молчаливо принял мой ответ.

Дальше развилась бурная деятельность.

Всего за два часа были найдены все, кто хоть немного был причастен, и взяты под стражу не смотря на статусы и богатства. Мужей госпожи Увары доставили в больницу для лечения. Жить они будут, ничего непоправимого, но вот курс психотерапии им точно потребуется.

При поимке Киврата пострадал один из стражей, ему об голову разбили бутылку. Контрабандиста, что помогал Антессе в похищение детей взяли в баре, где он пропивал свою награду. Он пытался бежать, но его сдали его же друзья, когда огласили за какое преступление, его разыскивает стража.

Как я и думала, чтобы избежать смертного приговора, он согласился свидетельствовать против Антессы и показал все улики, что имел на руках, как подстраховку.

Господин Ча́рни, узнав о гибели брата, единственного родственника, не смог сдержать горя. Он признался, что под угрозой жизни Лейху многие годы скрывал и подделывал документы для Антессы и Увары, лечил самые серьёзные раны мужьям на дому. Ему предъявят обвинения, запретят работать в больнице, но не посадят, беря во внимание его ситуацию.

Дату суда над Антессой огласили по телевидению на следующее утро. Газеты и новостные ленты пестрили статьями, где рассказывалось в чём именно обвиняют госпожу. Рядом с её фото на первой странице разместили некролог Лейха и Ааруса. Их семьи объявили траур и начали готовиться к похоронам.

На подготовку к суду у нас есть три дня. Я буду выступать со стороны обвинения.

Три дня до новой встречи со стервой. И я буду к ней готова.

Глава 11

Слова со смыслом:

«Величайшее поощрение преступления — безнаказанность» Марк Тулий Цицерон

Здание суда внушало трепет. Не знаю, чего я ожидала от него, но не такого масштаба.

Одноэтажный дом из белого камня с золотой крышей стоял недалеко от главной площади. Он был меньше других административных учреждений, расположившихся неподалёку, и казался на их фоне неприметным.

Но лишь