Госпожа Лидия - Малиновая Карамель

Стены покрашены в беж, с золотым и бронзовым узором в виде трещин, как от молний в небе. Молния, один из символов богини Стефилии и то тут, то там она была отображена.

Высокие потолки поддерживали золотые колонны, на полу лежала красно-медная дорожка, что вела от входных дверей к просторной зале, где и проходит суд. Интересный для меня момент, что тут не было окон, но вот вдоль коридора по обе стороны на стенах висели зеркала. Их было больше десятка.

– Зачем столько зеркал? – спросила Эрима, что шёл слева от меня.

Мы пришли вдвоём, оставив Бахума с Дарком дома, в безопасности. Не хотела подвергать сына новому испытанию, где ему пришлось бы снова посмотреть на Антессу. Но и оставить его дома одного я не смогла, он с трудом переносил одиночество и не доверял никому кроме нас.

В первую ночь в особняке, он не мог уснуть один. Когда он заснул у меня на руках, и я хотела положить его на кровать, но он просыпался и хватался за меня с отчаянием утопающего. Потому спала я с ним.

Утром, когда я проснулась, Дарк уже не спал. Он просто тихо лежал рядом, рассматривая меня, как будто я собиралась растаять.

Стоило ему заметить, что я не сплю, он положил руку мне на щёку и улыбнулся. От его улыбки что-то во мне возникло, чего я ранее не знала. Материнский инстинкт? Вполне, вероятно, что так.

Это чувство одновременно и пугало, и дарило несравнимое удовольствие. Мне казалось, что я готова совершить любой подвиг во имя сына, свернуть горы, чтобы он улыбался каждый день. Я думала, что буду воспринимать его как младшего брата или племянника, о котором позабочусь после смерти родных. Но нет, он стал моим сыном не только на словах, а на более глубинном уровне.

Дарк словно чувствовал, что он для нас не чужой, с первых дней отвечая доверием мне и мужьям. Другие мои рабы его немного пугали, он не хотел оставаться один в комнате, всё время отслеживая меня или Эрима с Бахумом. И трогать себя он позволял только нам, даже если это мимолётное прикосновение.

Хотя, был один мужчина, кого он мог терпеть некоторое время, не ища глазами меня или мужей. На наше удивление, этим человеком стал Барчи, мой постельный раб.

Так как суд обещал быть долгим, оставить Дарка одного мы не могли, потому в суд я пришла только со старшим мужем. Бахум клятвенно обещал мне, что не будет смотреть трансляцию по планшету, чтобы Дарк случайно не увидел и не услышал лишнего.

– Это своего рода испытание для всех, кто участвует в судебном процессе. Им надо посмотреть на себя в зеркале и увидеть свои грехи. – он подал пример и встал напротив одного из зеркал. – Если ты не можешь смотреть на себя здраво оценивая, то тебе нельзя судить другого. Такая философия богини справедливости.

Я встала рядом и посмотрела на отражение. Сегодня я была обвинителем и одета была соответствующе. Богиня любила золото, это было видно по зданию суда, которое представляло собой её храм.

Потому я была одета в традиционное платье блестящее, как слиток золота. Юбка была без привычного разреза и спускалась до самых стоп плиссированной тканью, удерживаемая тонким металлическим поясом, покрытым позолотой. Он сочетался с моими украшениями, которые были из чистого золота.

Волосы я оставила распущенными, лишь Бахум уговорил меня слегка завить кончики.

– Тебя будут транслировать на всю страну, ты должна выглядеть шикарно. – приговаривал он, пока лично наводил мне марафет. – Не переживай, правда на твоей стороне и тебе просто надо её показать остальным. Ты справишься. Там будут Верховные, Эрим и другие госпожи, которых ты знаешь. – он закончил с причёской и оставил горячий поцелуй у меня на макушке. – Они все на твоей стороне, жёнушка.

В зеркале я увидела высокую и статную женщину, с огнём в карих глазах. Она не боялась войти в зал суда, ведь шла туда сражаться за правое дело. Пусть и не на мечах, как рыцарь, а лишь с уголовным делом в руках, но я чувствовала себя воительницей, валькирией.

– Вижу ты готова. – Эрим посмотрел на меня через зеркало и усмехнулся уголком губ. – Не бойся, чтобы не случилось, я рядом и прикрою твою спину.

– Ой, просто признайся, что ты соскучился по сну в обнимку со мной. – постаралась разрядить ситуацию шуткой, но она вышла слишком нервозной.

– Не спорю, что хотел бы вновь заснуть в твоей постели, после страстной ночи. – муж уже полностью развернулся ко мне, смотря сверху вниз и соблазнительно поигрывая бровями. – Но пока все твои мысли о другом, и я собираюсь поддерживать тебя и помогать, а не отвлекать. – тяжко вздохнул он, а после его лицо немного помрачнело, а лоб прорезали горизонтальные морщинки. – Тем более Дарку досталось от жизни и ему нужно время прийти в себя. Рядом с тобой он может не бояться уснуть. Постепенно он станет чувствовать себя в безопасности в особняке, и будет спать в своей комнате, а пока, пусть лишний раз не переживает.

Да. Все три дня, что дали Верховные на подготовку дела и сбор улик, я спала вместе с сыном. Бахум всерьёз занялся обустройством его комнаты, что была на нашем этаже.

Так как Дарк не имел своих вещей и не мог сказать, что ему нравится или нет, Бахум решил сделать всё на свой вкус. Теперь комната сына напоминала пиратский корабль. Кровать по типу корабля, стены покрашены под морские волны, на полу ковёр в виде карты сокровищ, а на стенах физические и политические карты Эрсхо, декоративные сабли.

Игрушек на этой планете как таковой не существовало, только различные настольные игры, обучающие и развивающие материалы. Их муж тоже скупал, как сумасшедший, буквально завалив половину комнаты сына. Постельное бельё тоже было под морскую тематику.

Мне самой хотелось бы жить в этой комнате, будучи ребёнком. Но в приюте у всех были общие комнаты, двойные кровати и почти всё идентичное. Так что я немного завидовала своему сыну, и с нетерпением ждала, когда он будет играть в своей комнате.

Но до этого ещё далеко, а сейчас я должна собраться с мыслями и подготовиться к судебному процессу.

Мы прошли дальше и вошли в сам зал. Он имел форму огромного прямоугольника. Напротив