Праздники пар - Элизабет Прайс

— Ну, я купил его не для того, чтобы ты надела его в дом своих родителей на рождественский ужин.

— И правда, если бы я носила его там, они могли бы на самом деле забыть о том, что меня ругают за отсутствие парня.

Диас склонил голову набок.

— А если бы ты взяла с собой парня?

— А? — её пингвин затрепетала от волнения.

— Ну, если ты поедешь со мной к моим родителям, я пойду с тобой к твоим.

Пенни подняла бровь и велела своей птице успокоиться.

— Как пара?

— Ага, — пожал он плечами. — Конечно, сначала нам нужно заняться сексом — иначе это было бы нереалистично, — сказал Диас ей с совершенно невозмутимым лицом.

— Это причина? — насмехалась она, проводя руками по груди и облизывая губы.

— Да, ну и тот факт, что мои орехи сейчас лопнут, — простонал он.

— Как мило, — фыркнула Пенни.

— «Мило» здесь ни при чём!

Он спрыгнул с кровати и подбежал к ней, подхватив её на руки.

— Знаешь, я чуть не умер сегодня, я был в заложниках, и меня подстрелили, — сказал он, перенося её к своей кровати.

— Не может быть!

— Да, кстати!

— Ну, если тебя подстрелили, может быть, тебе стоит успокоиться.

— Ты опасно играешь, — прорычал Диас.

— Ага, — выдохнула Пенни и притянула его для поцелуя.

Её губы приоткрылись, и он накрыл её тело своим, прижавшись твёрдостью к её мягким изгибам. Её руки скользнули по твёрдым мускулам его груди, схватив за плечи и притянув ещё ближе. Между ними почти не было места.

Одна из его рук обхватила её голову, запутавшись в её волосах, наклонив её голову и углубив их обжигающий поцелуй. Она обвила его руками, когда жар разлился по её телу. Другой рукой Диас схватил её за задницу, притянув к себе и потирая ягодицу.

Пенни хватала ртом воздух, когда он начал целовать её шею и ухо. Каждое прикосновение его губ к её коже посылало толчок прямо в её вагину. Он дразнил мочку между зубами.

— Пенни, — выдохнул Диас.

— О… подожди.

Она перестала извиваться и подняла его голову, чтобы посмотрел на неё.

— Как тебя зовут?

Её пингвин нахмурилась, но ведь она даже не знала его имени!

— Не важно.

Диас снова попытался поцеловать её, но она хихикнула и отдёрнула свои губы от него.

— Хорошо, — прошипел он, — Уолтер.

— Уолтер?

— Ненавижу это имя.

— Оно не такое уж и плохое, Уолтер. О, Уолтер, — простонала она, смакуя его имя. — О, Уолтер, ты мне нужен. О, Уолтер, наполни меня своим «фонариком»!

— О чёрт, Пенни! — взревел он и щёлкнул когтями, разрезая пушистое нижнее белье.

Он всосал одну из её грудей в рот, покусывая твёрдый бутон её соска. Она застонала и обвила ногами его талию, когда её киска задрожала в предвкушении.

— Великолепно, — пробормотал он, прежде чем перейти к другой её груди.

Пенни задохнулась и попыталась прижаться к нему, пытаясь успокоить ноющую потребность, растущую и требующую облегчения. Его пальцы скользнули по её животу и углубились в её жар.

— О, Уолтер! — простонала она, когда он ласкал её пальцами.

Он усмехнулся вокруг её груди, но не остановился. Его эрекция прижалась к её ноге, горячая и настойчивая. Её пингвин возбуждённо защебетала.

Да, она хотела его. Она нуждалась в нём больше, чем в любом другом мужчине, которого она когда-либо встречала. Что-то в нём было. С того момента, как он изобразил ей эту самодовольную, раздражающую, великолепную, неотразимую улыбку, она почувствовала непреодолимое желание быть с ним. «И по странному повороту судьбы теперь он у неё».

— Уолтер, — проворковала она. — Хочу тебя.

Он выпустил её грудь с влажным хлопком и усмехнулся. Она потянула его за плечи, когда Диас убрал пальцы и заменил их кончиком своего пульсирующего члена. Они оба застонали, когда он проник в её складки.

Он выдохнул её имя, погрузившись в её узкое лоно. Пенни вскрикнула от изысканного и интенсивного ощущения наполненности. Её мускулы напряглись вокруг этого приятного захватчика, и она подняла бёдра, чтобы встретиться с ним, горячая и нуждающаяся в большем.

Диас зарычал и начал входить в неё. Он впился своим ртом в её рот, его язык гладил её, а его толстый член ласкал каждую сладкую точку. Она упивалась ощущением его тела на своём, его страстного объятия.

Пенни начала дрожать вокруг него, когда её удовольствие достигло пика. Он прервал поцелуй и с яростью вошёл в неё. Она прижалась к нему всем телом, не обращая внимания на громкие крики и стоны, вырывающиеся из её рта. Не обращая внимания на звуки ударяющейся о стену кровати или крики соседа Диаса, чтобы они не шумели.

Она испустила дикий крик, когда удовольствие взорвалось через её тело, и её тело задрожало от силы её освобождения. Диас взревел с силой своего зверя и достиг собственного освобождения. Он прижимал её тело к своему, наполняя её снова и снова, рыча от экстаза, омывающего его тело.

Диас перевернул их набок и осыпал поцелуями её шею. Её пингвин удовлетворённо вздохнула.

— Ну, как сейчас проходит твой Рождественский сочельник?

— Ну, Уолтер — упс!

Он укусил её ключицу и переместил руки вниз к её заднице, массируя плоть.

— Я могу честно сказать, что это лучший канун Рождества.

Диас усмехнулся.

— Просто подожди до следующего года. Я могу сделать лучше.

— Мм-м, лучше, чем это. Подожди, что ты сказал?

Её животное жадно порхало.

— В следующем году будет ещё лучше. Конечно, я думаю, что мы опустим ситуацию с заложниками.

— Думаешь, тогда мы всё ещё будем вместе?

Диас откинулся назад и лениво улыбнулся.

— Тебе так просто от меня не уйти. — Он укусил её за подбородок. — Моя.

Пенни застонала. Да, лучший канун Рождества. Ей не терпелось увидеть, какие прелести может преподнести Рождество.

История вторая: «Купидон-самозванец!»

Каттер хмыкнул и рассеянно хлопнул себя по лицу. Что-то щекотало его нос. Его волк зарычал, чтобы он проснулся, но Каттер попросил ещё несколько минут. Прошлой ночью его пара была возбуждённой, хихикающей и… неутомимой. Поразмыслив, он должен был побаловать себя несколькими энергетическими батончиками, прежде чем уложить её в постель. «Около пятидесяти было бы достаточно».

— Уф, — проворчал он, когда щекотка достигла его щёк.

Если это была муха, он собирался натравить своего волка на проклятое насекомое.

Его глаза распахнулись, и он увидел прекрасное улыбающееся лицо своей пары в дюйме от себя. Если бы она была самым страшным монстром из фильмов ужасов со времён зефирного пуха, он бы взвизгнул.

— Доброе утро! — защебетала она