Катерина - Нина Ульянина

Ему показалось - застыло мгновенье,

Нет в комнате мебели, штор и свечей.

А только Кати и ее темный локон,

Дыханье, движенье и роз аромат.

Они обнимали нежнейше как в кокон,

Лишь сердце биенье и пристальный взгляд.

Он сделал Катюше движенье на встречу

И вот уж под пальцами бархат волос,

По шее, к ключице, а дальше на плечи

Они опустились. В глазах изумленье застыло, вопрос…

Но кожа атласная, дрожь наслаждения

В подушечки пальцы, казалось, вошло.

«Пусти», - прошептала она. Наважденье

Стряхнуло оковы и тут же ушло.

Он резко отпрянул. Движенье плечами.

Смог выдавить толь сухое «Прости».

Она улыбнулась и тихо сказала:

«Я в парке гуляла с Орловой Софи».

Он чувствовал право себя как мальчишка

В смятенье, когда покидал этот зал,

Позволил себе нынче многое слишком

Ведь Катя другая и он это знал.

Теперь тишина и покой кабинета

Его успокоили. Гаснет свеча.

Остался вопрос. На него нет ответа.

Супруге не будет он впредь докучать.

-29-

Наутро Кати была очень усталой,

Никак не могла накануне заснуть.

Сначала читала, а после лежала

Глаза не могла на минуту сомкнуть.

Она вспоминала последние встречи

С Софией, с графиней, поездку и парк,

Но больше всего волновал ее вечер,

Владимир и свечи, в углах полумрак.

Казалось волшебным то было мгновенье

И сердце ее перестало стучать,

Его темный взгляд, так же прикосновенья

Подушечек пальцев, что даже дышать

Она не могла. Лишь бы то продолжалось

Пол жизни, наверно, она б отдала,

А дрожь наслажденья к ключицам спускалась…

И как она силы в себе все ж нашла

Все то прекратить, разорвать эти путы.

И голос казался свой робок и глух.

Решалась она ни секунды - минуты,

Слова ее словно царапали слух.

Но так было нужно. Условие в силе.

Они не могли от него отступать.

Какие бы тайны они не хранили,

Им роли свои нужно дальше играть.

Она ведь игрушка его и не боле,

С которой он нынче решил поиграть.

Но он, словно кот, что привыкший на воле

Один, не с друзьями, по жизни гулять.

Она не хотела быть только на вечер

Подругой Владимиру. Чтобы потом

Сидеть у окна в ожидании встречи,

Когда он решит навестить ее дом.

Уж лучше одна и свободна как птица,

У князя же это влеченье пройдет.

Появятся новые девичьи лица,

Он в них утешенье уж точно найдет.

Сумеет она побороть это чувство,

Пусть будет ей трудно с собой совладать,

Ей будет и больно, тоскливо и грустно,

Но то она будет искусно скрывать.

Спустилась сама не заметила даже,

Из спальни своей напрямик в главный холл,

Где двое лакеев, как верная стража

Стояли свой взгляд устремив робко в пол.

Открыли ей двери. Вошла. Как обычно

В столовой накрыто опять на двоих.

Лишь только одно было ей не привычно -

Владимир был там. Обещаний своих

Она полуночных еще не забыла,

Кивнула приветственно, села за стол,

Старалась казаться расслабленной, милой.

Но туфель каблук упирала все ж в пол -

Сдержать напряженье она так пыталась…

Остыла еда на тарелке давно.

Смотрел на нее князь. Она улыбалась

Натянуто, скромно. Глядела в окно.

Владимир ее поприветствовал так же,

Спросил как спалось, как пройдет ее день.

Она отвечала, что дел очень важных

Она не имеет. Бессонницы тень

Казалось у глаз ее князь не заметил

Она же была благодарна за то.

Спросил ей, быть может, чего не хватает.

Поспешно она отвечала «Ничто

Ей нынче не нужно». Затем помолчала.

Добавила робко, смотря на цветы,

Что ночь, простояв от чего-то завяли:

«Прошу содержание я. На банты

На личные траты, на шляпки, на платья».

Владимир спокоен был, невозмутим,

Как будто бы не было нынче объятий.

«С поверенным то обсужу со своим.

Счета за покупки ему отправляйте,

Наличные можете взять у меня.

Все то, что желаете - все покупайте,

Ведь мы как никак все же с вами семья».

Затем улыбнулся, отбросил салфетку,

Поднялся и вышел он из-за стола,

Взглянул ей в глаза, что случалось так редко.

«Прошу извинить. У меня есть дела».

Оставшись одна в опустевшей столовой

Из кружечки кофе она отпила,

Отставила прочь, поднесла к губам снова,

Коснулась и тут же опять убрала.

День ждал ее трудный - примерки и ткани,

Иголочки, ленточки и кружева.

Себя обняла на мгновенье руками.

От ночи бессонной болит голова.

Портниха придет через час, может боле

Пока же в гостиной все кресла пусты,

Свободное время имеется коли,

Решила сменить она в вазе цветы.

-30-

Примерки и ткани, услуги модистки

Обед в одиночестве, чай по утрам

Владимир, казалось, был рядом, так близко

Но ближе не стали они не на грамм.

Холодная вежливость, редкие взгляды,

За ужином Катя, как прежде одна,

Все то убивало как медленным ядом

Кати понимала- она не нужна

Дороги в усадьбу ей нет уж отныне

А в доме супруга - ей трудно дышать

Но верила Катя, что сердце остынет,

Не будет при князе так сильно стучать.

Тем более встречи их стали так редки,

"Он занят в порту" - был обычный ответ.

Жила, ей казалось, она словно в клетке

И выхода ей из нее уже нет.

Софи навестила Катюшу два раза

Теплом согревая улыбки своей

В последний визит заявила ей сразу

Как только прошла лишь на шаг от дверей

О том не простит она Катеньку если

На вечер к Гагариным с ней не пойдет,

Там будут и танцы, и ужин и песни

И то, что модистка ей к завтра дошьет

То чудное платье из алого шелка,

Что Катя пленит в нем, то знает, весь свет.

Не видела правда Кати в этом толка

Желанья пленить у нее вовсе нет.

Но утром пришло от Гагариных, точно,

Письмо с приглашеньем на завтрашний бал.

Владимир сказал уезжает что срочно

И с ней не пойдет. Он того не скрывал.

Но все ж Катерине казалось не гоже

На вечер идти без супруга одной

Считала она то, что правила строже

Столичного общества. Правда порой

От правил от этих что все отступают

Софи уверяла - зазорного нет

В поступках таких, и никто не скрывает,

Выходят супруги что порознь в свет.

Да платье то было и вправду прекрасно

Таких не носила Кати никогда

"И сшито для дерзких, для смелых, для страстных"

Подумала Катя, примерив едва.

София ее уверяла в обратном,

Что платье до зависти Катеньке