Жена тёмного бога - Элис Айт

Снаружи, как и обычно, стояли двое дроу. Хейс уже куда-то исчез. Я задумчиво посмотрела на телохранителей и решила поинтересоваться у них о странном сородиче:

– А где Хейс?

– Кто, божественная госпожа? – переспросил один из воинов.

– Хейс, худой дроу с белыми волосами и татуировкой на лице. Он заменял вас только что.

Эльфы переглянулись.

– Божественная госпожа, мы только что сменили на посту других двух ваших стражей, но среди них не было того, кого вы описываете. Мы вообще не слышали, чтобы среди дворцовой стражи кто-то носил такое имя или так выглядел.

Я нахмурилась.

– А мог кто-то пробраться мимо вас?

– Ни в коем случае, божественная госпожа. Мы собственными жизнями поклялись атар-дарзарату, что к вам не подберутся чужаки.

Все страннее и страннее… Может, Хейс мне привиделся и он тоже был уловкой Ланоны?

Или я действительно схожу с ума.

– Не обращайте внимания, – сказала я стражникам. – Я такая рассеянная сегодня, могла что-то и перепутать.

Они поклонились. А я, только еще больше встревоженная, направилась в кабинет Элая слушать новости.

Глава 30

Мне пришлось пересечь почти половину главного дворцового здания, чтобы попасть, куда нужно.

Элай мог превратить в свой рабочий кабинет почти любое из дворцовых помещений. Это подвело бы символическую черту между ним и его отцом и недвусмысленно сообщило бы придворным: я не такой, как предыдущие правители, при мне все будет иначе.

Он не стал этого делать, хотя я не сомневалась, что ему этого бы очень хотелось. Помня о словах, сказанных Гассаром по поводу уверенности других важных политических игроков в преемственности власти, новый король работал в том же самом кабинете, что и его отец.

В то же время он выкинул оттуда почти всю старую мебель, развесил на стенах изящные каллиграфические картины со строчками из великих барайшатских поэм, установил больше книжных полок. Обстановка стала строже, при этом изящнее и больше напоминала традиционную сенавийскую – это был «поклон» в сторону Мирале и его сторонников. То, что она полностью изменилась, тоже давало понять гостям, что Элай не Гассар и методы у него другие.

Правда, на рабочем столе у нового короля царил полный хаос, чему я, зная Элая, ни капли не удивилась. Хоть что-то в этой жизни остается прежним.

Когда я зашла, гонец-сенавиец уже готовился докладывать. Элай сидел за столом и пил кофе. Из-под небрежно завязанного тюрбана торчали темные волосы, одежда тоже по его обычной манере была простой. Под золотыми глазами пролегли тени, подтверждая, что в последние дни он, как и все мы, мало спал.

Хведер с мнимой беспечностью развалился в кресле возле балкона. Выглядело так, будто он собирается, слушая доклад, любоваться прекрасным видом на сад и город. Однако я сразу обратила внимание, что такое расположение позволяет ему контролировать все входы и выходы, а заодно держать в поле зрения всех присутствующих.

Интересно, он всегда был настолько предусмотрительным или его этому научили последние события? Я раньше за ним подобного не замечала.

Хотя я и сама набралась многих новых привычек за этот месяц.

Аштар, судя по виду, только что вошел и еще не успел сесть. Его сопровождал Валат, один из главных командиров войска дроу. Оба выбрали себе места поглубже в комнате, куда не достигал льющийся с балкона свет.

Прежде чем они успели сесть, Элай указал на поднос с чашками и кофейником и предложил:

– Свежего кофе? Похоже, он всем нам не помешает.

Уставший, покрытый дорожной пылью гонец не смог удержать изумления и покосился на него. У короля, да и у любого уважающего себя сенавийского аристократа, был бы слуга, который обошел бы всех и налил каждому напиток, а настолько фамильярное обращение, даже исходящее от правителя, высокопоставленные гости могли счесть неуважительным и оскорбиться.

Но как минимум двое среди нас не могли похвастаться благородным происхождением, трое происходили из других стран, и все, кроме Валата, о предпочтениях которого мы попросту ничего не знали, не любили обременять себя формальностями.

Хведер первым потянулся за чашкой.

– Спасибо, ваш’личество. Только один вопрос: уж прости, Аштар, но что здесь делает Валат?

На эбеновом лице командира левого крыла не отразилось ни одной эмоции. Он застыл за спиной Аштара каменным изваянием, словно слуга, а не один из старейших дроу в армии, который еще помнил те времена, когда драконы не угнетали берзанских дроу.

Крылья были самым крупным войсковым подразделением и насчитывали по тысяче эльфов, то есть Валат находился всего на ступень ниже Аштара. Почти наверняка боевого опыта у подчиненного было значительно больше, чем у атар-дарзарата.

– Раньше все держалось на мне одном, – ответил Аштар и посмотрел на меня. Уголки его губ чуть приподнялись. – Но у меня стало слишком много обязанностей. У Валата больше всего шансов стать следующим атар-дарзаратом, и он должен понимать, кто и как отныне управляет Сенавией.

– То есть он твой преемник. Понял, – Хведер поднял над головой согнутые руки ладонями к командиру левого крыла. – Прости, Валат, никаких обид.

Тот неожиданно усмехнулся, весело глядя на северянина.

– Как будто ты меня сейчас чем-то удивил, маленький белый наглец.

– И ничего не маленький, – буркнул Хведер, но тоже беззлобно.

Я приподняла бровь. Маг, как и многие северяне, мог похвастаться достаточно высоким ростом по сенавийским меркам. Конечно, он уступал эльфам, но все же…

– А знаешь, Хвед, мы с тобой не допили финиковое вино, и мне очень хочется услышать эту историю, – заметила я, проходя мимо и усаживаясь рядом с Аштаром.

– Ни за что, – отрезал северянин и добавил: – Разве что ты найдешь еще пару бутылок.

– Я бы при этом поприсутствовал, – встрял Аштар, наливая кофе в две чашки и вторую предлагая Валату. – Мэль, тебе шербета?

– Да, спасибо. И вылей его, пожалуйста, за ворот Хведеру, чтобы не наглел. Хватит с него и одной бутылки вина.

Тот лишь фыркнул, а у гонца к финалу нашей общей перепалки глаза окончательно вылезли на лоб.

Элай прокашлялся.

– Уважаемые маги, дроу,