Жена тёмного бога - Элис Айт

– Так приступай, чего столбом стоишь, – сердито подогнал Хведер гонца.

Тот моргнул, видимо, устав поражаться, и заговорил:

– Ваше величество, мы выяснили, кто во главе подходящего к Эсаргосу войска. Это ваш брат, но не Хашим, а Бейхар. Он казнил всех ваших посланников и публично перерезал горла всем офицерам, которые осмелились высказать мысль, что следует присягнуть вам, как новому королю. Такие жесткие меры вызвали недовольство среди воинов. Также у нас появились достоверные сведения, что Хашим вообще не отправлялся с войском из Эсаргоса. Где он, по-прежнему неизвестно.

В кабинете раздалось несколько тяжелых вздохов.

– Это все? – уточнил Элай.

Сенавиец достал из-за пазухи сложенный листок и положил его перед королем.

– Подтвержденный список драконов, которые находятся в войске Бейхара и выступят за него. Три подчеркнутых имени в списке – те, кто колеблется, поддерживать ли Бейхара, поскольку не хотят воевать со своими же. Два последних, стоящих отдельно, – те, до кого шпионы не смогли добраться и выяснить их мнение. На этом все.

Тот пробежал глазами написанное и махнул гонцу рукой.

– Благодарю за работу. Можешь быть свободен.

Когда он вышел, мы еще молчали какое-то время.

– Ну, – начал Элай, – помимо того что мы по уши в дерьме, есть и хорошие новости.

– Среди драконов нет единства, – кивнул Хведер.

– Мы можем не успеть перетянуть их на свою сторону, – возразила я. – Разведчики слишком долго добывали даже эти крохи сведений.

– Да, Бейхар не дурак, – задумчиво согласился Аштар. – Для нас лучше, что во главе именно он, так как он менее опытен, чем Хашим, и не настолько талантлив. Однако ему удалось все это время скрывать от нас, кто командует войском, и затруднять работу шпионов. При настолько большой численности его отрядов это непросто. До переговоров с сомневающимися драконами и их подкупа может не дойти просто потому, что армия подойдет к Эсаргосу раньше, чем шпионы чего-то добьются.

– А может Бейхар сам претендовать на трон? – уточнила я.

– Вряд ли, – ответил Элай. – Он второй в очереди, но во всем – серая посредственность со склонностью к излишней жестокости. При дворе даже Аджану уважали больше. Я еще в детстве легко обыгрывал его в ладжин, да и вообще в любые игры, где требовалось применить хоть толику ума, и его это неизменно бесило до такой степени, что он ломал столы. К сожалению, Бейхар осознает собственную ограниченность и потому за пределы своих возможностей старается не высовываться, во всем следуя приказам Хашима. Скорее всего, он и сейчас выполняет его волю. Во всяком случае, таким способом, какой Бейхар сам считает лучшим, потому что Хашим ни за что не стал бы публично резать глотки офицерам. Он бы обставил все так, будто ни у кого в командовании и мысли не возникло о присяге мне, а потом неугодным людям в бою совершенно случайно попали бы шальные стрелы в спину.

– Между прочим, – подал голос Хведер, – а что с той твоей сестрой, которая на сносях?

Элай почему-то замешкался.

– Ваше величество, – неожиданно вступил в разговор Валат. Хотя он использовал положенную по этикету форму обращения к королю, тон его скорее звучал как «эй ты, человечишка». – Вы же не были слишком мягки с драконицей только потому, что она беременная женщина?

В кабинете повисла пауза.

У меня невольно проскочила мысль, что Аштар – чудо по сравнению с его собственным народом. Впрочем, если вспомнить, что драконы убили почти всю семью Валата, загнали его самого под землю и два века тиранили его соплеменников…

Нет, он мне все равно не нравился.

Элай мрачно посмотрел на него.

– Аштар, ты уверен, что это лучшая кандидатура для твоего преемника? Кажется, он забыл, с кем ему придется сотрудничать.

– Абсолютно уверен, – Аштар спокойно отпил кофе. – Глядя на меня, вы тоже постоянно забываете, что я отличаюсь от обычных дроу и работать со мной – нечто совершенное иное, чем работать с другими берзанцами. Валат ненавидит драконов, но, как родившийся до эпохи вашего завоевания, он еще помнит, что соседствовать с людьми было не так уж плохо. Большинство других берзанцев, появившихся на свет позже, уже не делают разницы между драконами и людьми. Кому-то из нас может не нравиться лично Валат, но для двух государств будет лучше, если атар-дарзаратом станет пусть предвзятый к драконам, зато лояльный к сенавийцам дроу.

– Нельзя воевать против беременных женщин, драконы они или люди, – тихо сказала я, бросив на командира крыла неприязненный взгляд.

– Божественная госпожа, позвольте уточнить свою позицию, – вежливо обратился он ко мне. – Я не предлагал воевать с беременными женщинами, а лишь предостерег от излишней мягкости по отношению к претендентке на престол, у которой прав больше, чем у нынешнего хозяина этого кабинета. К тому же она обладает потомством, которое тоже способно предъявить свои права – и будет поддержано. Два века власть в Сенавии передавалась строго от отца к старшему ребенку, как правило, к сыну. Если мы хотим удержать эту страну, мы должны помнить о том, что сами же нарушили сложившиеся устои.

– А я могу заступиться за Валата? – влез Хведер. – Я видел его в бою, и к людям он действительно относится милосердно.

– Очень милосердно – угрожать женщине с младенцем, драконы они или люди, – не могла уняться я.

– Молнии Иллеха мне в зад, да помолчите же! – Элай потер веки. – Вы меня еще толком не выслушали, зато сразу кинулись спорить. Для войны с драконами у нас будет Валат, ну а для войны с беременными женщинами уже есть я. Вчера Зийда успешно родила девочку. Я написал ей, что секрет убийства драконов теперь известен и многим берзанцам, и всем хелсарретским магам. Также напомнил ей, что все вышеперечисленные находятся на моей стороне и что я намерен укрепить свое место на троне, а Зийда с ее детьми этому несколько мешает. Разумеется, я поздравил ее со счастливым разрешением от бремени, пожелал счастья и долгой жизни ей и ее семье и выразил соболезнования о безвременной кончине ее отца,