Такая разная любовь - Рацлава Зарецкая

— Зачем? — недовольно поинтересовалась я, глядя, как Саша застегивает браслет на моей безвольной руке.

— Просто так, — довольно ответил он.

Застегнув браслет, Саша покрутил мою руку, любуясь своим подарком.

— Тебе идут драгоценные камни, — восторженно объявил он. — Твои руки были созданы, чтобы носить такую красоту.

Меня затошнило. От его приторного комплимента и от того, что он не воспринимает мои просьбы всерьез.

— Я же просила какое-то время не делать мне подарки, — сказала я, пытаясь подавить тошноту.

Открыла бутылку газировки и сделала несколько больших глотков. От сладкой воды сделалось только хуже.

— Я честно выполнил твою просьбу. Мне было очень тяжело сдерживать себя. — Он поднес мою руку к лицу и провел по ней влажными губами. — Не лишай меня больше такой радости.

Аккуратно прикрыв рот пальцами, я сдавлено кивнула, а потом сказала, что мне нужно выйти. Из зала я вылетела со скоростью метеорита и поспешила в туалет. Включила холодную воду и начала плескать ее себе на лицо. Что со мной случилось? Почему вдруг стало так противно?

Сделав пару глотков хлористой на вкус, но освежающей воды, я почувствовала, как тошнота начала отступать. Взяв несколько бумажных салфеток, я промокнула влажное лицо и посмотрела на себя в зеркало. Хорошо, что не накрасилась. Сейчас была бы похожа на черта.

Возвращаться совершенно не хотелось. Недолго думая, я написала Саше, что у меня заболела голова, поэтому я поехала домой. Разумеется, он тут же выскочил из зала и, не найдя меня, начал названивать. Благополучно спрятавшись среди искусственных цветов на четвертом этаже торгового центра, я увидела, как Саша резво сбегает по лестнице вниз, оглядываясь по сторонам в поисках меня. На его звонок я не ответила, но потом быстро написала, что со мной все хорошо, просто не хочу тратить крупицы зарядки на телефоне. Проследив, как Саша сел в машину и уехал, я спокойно вышла из торгового центра и побрела в сторону пляжа.

Уже давно стемнело, и погода начала портиться, поэтому на пляже никого не было, однако время от времени мне казалось, что за мной кто-то наблюдает. Оглядевшись по сторонам и никого не обнаружив, я подошла к воде, сняла балетки и медленно побрела вдоль берега. Шум волн успокаивал, приводя мысли в порядок. Я сосредоточилась на своих чувствах к Саше и невольно начала сравнивать их с чувствами к Антону, которого, пора уже себе в этом официально признаться, все еще любила. Говорят, одинаково любить двоих нельзя. Тогда что я чувствую к Саше? Точно не любовь. Привязанность? Страсть? Нет. Ни то и ни другое. Тогда что же?

Ответить на этот вопрос я не смогла — мне позвонил Саша.

Откашлявшись, я приняла вызов.

— Ты дома? — спросил он каким-то странным голосом.

— Да. Все хорошо, — соврала я.

— Как голова?

— Я выпила таблетку и легла. Мне уже легче.

— Хорошо. Я рад. — Голос Саши был холодным и отрешенным.

— Что-то случилось? — спросила я.

Он немного помолчал, а потом все тем же голосом поинтересовался:

— Что я делаю не так?

От удивления я остановилась.

— Я очень стараюсь. Делаю для тебя все, но, видимо, этого недостаточно, — продолжил он. — В чем-то я постоянно прокалываюсь. Вот и сегодня я снова что-то сделал не так. Это из-за подарка ты расстроилась? Неужели тебе это так противно?

— Нет, — замотала я головой. — Дело не совсем в этом…

— А в чем? Скажи!..

Я задумалась. Стоит ли сказать? Наверно, стоит. Залог хороших отношений — честность.

— Дело в том, что ты не воспринимаешь мои просьбы всерьез. Ты словно пропускаешь их мимо ушей и делаешь потом так, как хочется тебе, а не мне. Это не очень приятно. Так не делают…

— Кто так не делает⁈ — внезапно разозлился Саша. — Твой бывший⁈

На миг я потеряла дар речи. Саша еще никогда не кричал.

— Причем тут Антон? — не поняла я.

— При том, что ты никак не можешь забыть его! — прогремел Саша. — Знаешь, сколько раз ты называла меня его именем⁈ А во сне ты зовешь его так громко, что мне хочется заткнуть тебе рот подушкой! Антон, Антон, Антон! Задолбало уже слышать это имя!

— Неправда… — прошептала я, прижав ладонь ко рту. — Неправда…

Я не зову его ночью! Я бы знала. Машка наверняка бы мне сказала. Или Данил… Нет, это все бред какой-то!

— А после того, как ты снова его встретила, я почти перестал тебя видеть. Что, так проигрываю на его фоне, что ты начала меня избегать⁈

— Саш, ты что несешь? — дрожащим голосом спросила я.

Меня трясло. Морская вода вдруг из теплой превратилась в холодную. Я я в ступоре стояла на месте, не в силах сдвинуться. Казалось, что этот странный разговор — всего лишь сон.

— Факты, Василиса. Я говорю факты, — в голосе мужчины заскользила горечь. — Не стоит мне врать. Я знаю, что ты постоянно созваниваешься с ним. Видел, как вы сидите на балконе и весело болтаете. Ты столько мне врала, что я уже со счета сбился!

— Но я…

— Голова, значит, заболела? — усмехнулся Саша. — И как, морской воздух помогает?

Сердце бешено заколотилось. Я начала озираться по сторонам, вглядываясь в неосвещенные фонарями участки, но тщетно. Разумеется, я никого не увидела.

— Где ты? — дрожащим от страха голосом спросила я.

— Я всегда рядом, Василиса. Всегда с тобой, — ответил Саша и отключился.

Я тупо уставилась на экран своего телефона. Ступор вдруг прошел, и я, выскочив из воды, обула балетки и понеслась к остановке, на пути вызывая такси. Спустя десять томительных минут машина приехала за мной, и я скользнула в теплый и уютный солон.

Придя домой, я заметила, что ноги в некоторых местах стерты в кровь от налипшего песка, однако боли я не чувствовала. Страх стал моим адреналином, который притупил боль. Приняв холодный душ, и ничего не говоря удивленным домочадцам, я ушла в свою комнату и, выключив телефон, попыталась уснуть. Я боялась звонков Саши и не хотела разговаривать с Антоном. Все, что мне было надо — это уснуть. Однако мое желание так и не сбылось. Всю ночь я пролежала с открытыми глазами, размышляя о странном поведении Саши. Моя бабушка всегда считала, что у людей, как и у медали, две стороны. Неужели, Саша явил мне свою обратную сторону? Господи, с кем же я связалась?..

Глава 24

Расставание

Из-за бессонной ночи я чувствовала себя так плохо, что при ходьбе