Осколки вечности в Академии Судьбы - Елена Княжина

И запах болота слышался все явственнее. Далеко мы зашли.

— Думаю, речь в легенде шла вовсе не о драконе, — мычал Алекс, проламывая корпусом ветки. — И не о молодом князе, что выпил зелье и получил вечность. А об индийских скалах и темном сердце Великого Дхара… Оно впитало столько ярости, столько боли предательства, что стало бессмертным.

— Да с чего вы решили, что речь о нем?

— Я читал книжки в Университете. Точнее, отец их когда-то читал, они не всякому открываются, только высшим… Но в памяти осталось и это, — с важным видом изрек Расков. — Там было что-то про двери в иные миры. Про тьму, про сердце, что питает бессмертную вечность… И имя — Др… хр… хаар… Что-то труднопереводимое. Кто это, если не Дхар?

Алекс отломал длинную палку и начертил на земле силуэт ветвистого дерева с мощными корнями.

— Вы думаете, сердце питает Джааду? — догадалась я. — Магодрево бессметное и вечное, и может открывать двери в иные миры…

— Или сердце Дхара знает путь к источнику всей магии. Или оно само источник, — Расков пожал плечами и отбросил корягу. — Мне еще предстоит с этим разобраться, леди Честер. Кстати… Вы слышали его шепот? Искушающий на величие?

— Н-нет… Видимо, местная чернота посчитала меня слабой.

— Вы очень сильная, Вероника. Думаю, дело в половинной крови, — с готовностью объяснил Расков. — Дхар развращает только чистые капли. А внутри вас живет вампирское дитя.

— Значит, вы первый, чью каплю он развратит, — с горечью хмыкнула я, искоса поглядывая на голубоглазого принца.

Я отлично помнила, что Университет сделал с отцом. Граф Ланге и раньше не отличался добропорядочностью, но «сердце» уничтожило остатки ориентиров… А мой брат? Я с Эмиля лоскутами соскребала налипшую тьму, пока не показался просвет!

— Половинная кровь всегда во мне, — напомнил Алекс и постучал пальцем по уголку губ. — Это мое лекарство от безумия. Полукровкам там вполне безопасно. Все-таки жаль, что я лишился своей пророчицы…

— Она никогда не была вашей. Только на бумагах, — процедила я.

— Не нравятся мои идеи? — он искристо улыбнулся, завораживая в моменте.

— Мне не нравятся ваши методы. Всякое зло начинает с малого… и вырастает большим. Мир видел это не раз, — прошептала я, прикрывая веки. — Что вы намерены делать с сердцем? А с телом отца? Для чего это все?

— Столько лет сердце хранилось в недрах Университета и развращало умы. Плело козни, взывало к величию, лишало рассудка, — ответил Александр. — Уникальный артефакт. Интересно, что будет, если соединить его с кровью эльфийки, пером грифона, каплей вампирской жидкости и… чем-нибудь бессмертным. Или кем-нибудь. Может, еще шерстью единорога присыпать…

— Спятили?

Не с Блэром же он думает соединить черное сердце? Алекс не выглядел безумцем… Впрочем, я слышала, они неплохо притворяются адекватными. Что, если кровь Монис помогает ему куда меньше, чем всем кажется?

Как минимум, эта теория объясняла манию величия и стремление изменить мир.

— Я очень опасен, Вероника, — рассмеялся Расков под моим напряженным взглядом. — Но не для вас. Не для князя, не для его академии и не для полукровок. Такова сделка. Каждый выбрал сторону и свой путь к сохранению магии этого мира… Светлый и темный. Посмотрим, кому в итоге достанется магия, да? Возможно, вы выбрали не ту сторону, леди Честер. И не того мужчину.

У каждого свой путь… Да, верно.

У нас с Эриком — свой.

А «Братья Солины», «Сыны» и прочие ее фальшивые родственники сошли с дистанции. И слава Судьбе.

— Я честен. Прямолинеен. Искренен в своих устремлениях, — давил Расков, заталкивая меня взглядом в еловую гущу. — Или вы предпочитаете мягкое безболезненное внушение? Скажем, «Иммору»?

Губы мои напряженно поджались, перед глазами заискрило… Наверняка Эрик уже вернулся в домик-шляпу и не нашел там своей ягодки.

— Ох, поверьте, господин Валенвайд тоже честен и прямолинеен в своих желаниях… Временами даже излишне.

И пора нам съезжать из имения Освортов, пока нас действительно не покусали за нарушение покоя.

— Просто ваше личное клыкастое зло вам ближе. И куда смотрела нянюшка Тайна? Древний вампир — неподходящая компания для хрупкой леди, — участливо вздыхал парень. — Он ведом инстинктами, яростен, эмоционален и совсем не думает о будущем. Не видит последствий своих поступков.

— Мне достаточно того, что он видит меня.

Алекс протянул руку и схватил за запястье. Аккуратно, но холодок от пальцев пробежал вверх и спрятался под рукавом.

Я бы и рада была сбежать, да только елки, вооруженные шипастыми лапами, стискивали со всех сторон. Расков намного лучше меня знал родной лес. А я угодила прямо в растительный капкан.

— У нас с вами были бы красивые и могущественные дети, леди Честер. Мы оставили бы им новый мир, — прошептал он и осторожно коснулся губами руки. — Справедливый мир, где у каждого есть свое законное место — согласно силе и истинному вкладу в сохранение магии.

Он выпустил мои пальцы и постучал себя по груди — по центру, где, по преданиям, жила магическая капля.

— У нас с вами будут дети. Красивые и могущественные. У каждого свои, — сглотнув, прохрипела я. Пора выбираться из заболоченной чащи, пока не заблудилась. — Постарайтесь не разрушить мир до основания, пытаясь его исправить… Не вдохновляйтесь отцами. Ни моим, ни вашим.

— Надеюсь, мы еще встретимся, Вероника…

— Надеюсь, при этом никто не умрет.

Теперь-то я знала, кому принадлежала гениальная идея «убить» моего любимого мужчину! Самым болезненным, темным способом!

Только я вспомнила о Валенвайде, как сверху с треском посыпались обломанные ветки. И на мох приземлился разъяренный вампир.

— Ягодка… Меньше всего я ожидал найти вас здесь! — ворчливо заявил Эрик, препарируя Алекса голодным взглядом. — Если бы не сделка, я бы сейчас наконец нормально позавтракал. Мясо Мелиссы до сих пор поперек горла…

— Как вы вообще нашли? — опешила я, хватаясь руками за колючие ветви.

— У вампиров свои секреты, — прошипел Эрик, клацая зубами. — И пока вы не перестанете исчезать из нашей теплой постели, я вам о них не расскажу.

За его плечом я увидела темный пернатый сгусток и, щурясь, опознала в нем Арри-подкаблучника. Бесстыжий птиц! И чего ему в гнезде не сиделось?

Пока я грозила Аарону кулачком, Эрик вырвал меня из объятий цепких елок, ревниво сгреб в охапку и с силой оттолкнулся от земли.

Глава 31. Вечность

Запахи «мокрой псины», лавандового шампуня и сухоцветов быстро сделали свое дело. Даже если в план Мелиссы не входило избавление от «дорогого клыкастого гостя», эффект оказался оглушительным. Следующей ночью мы уже перебрались ночевать в кабинет магистра.

На его письменном столе собрался толстенный