Хаос созвездий - Хиллари Рейнер

Новалис замерла, когда тёплый женский голос донёсся из-за высокой стены роз.

— Ещё одно восстание? Где? — говорила королева Эловин, но Новалис не смогла определить, с каким мужчиной она беседовала.

— Два, Ваше Величество. — Таинственный хрипловатый голос прозвучал ближе, чем прежде, будто его обладатель подошёл вплотную к розовым кустам. — Одно в Азурвенде, другое в Гейлфелле.

Принц Дрейк был прав. Слухи оказались правдой.

В Эйрамире действительно вспыхнули восстания.

— Нам известно, кто за ними стоит? — спросила королева.

— Доказательств нет, и уверенности тоже, но…

Новалис должна была выяснить, кому принадлежал этот загадочный голос. Она тихо наклонилась, сняла туфли, затем подобрала подол платья и забралась на каменную скамью. Её окутал густой аромат роз, сладкий и манящий. Приподнявшись на носки, она попыталась заглянуть сквозь лепестки и листву. Ей удалось разглядеть лишь королеву Эловин: изумрудно-зелёный плащ со спины и отблеск короны на её голове. Осторожно избегая шипов, Новалис подалась вперёд, стараясь лучше рассмотреть мужчину, сопровождавшего королеву, но смогла увидеть лишь светло-золотистые волосы.

— Должно быть, ему становится скучно, — тихо произнесла королева Эловин. — Если мы сумеем найти способ отвлечь его, переключить его внимание на что-то другое, возможно, он прекратит этот нелепый фарс.

Принц Аспен.

Королева Эловин медленно прошлась по кругу, и стук её каблуков всколыхнул увядшие лепестки роз у её ног.

— Я собиралась выдать его за леди Новалис Старсторм, но она вместо этого связалась с ассасином Теневого Клинка. Вероятнее всего, не без участия её матери.

Новалис резко отшатнулась и едва не свалилась со скамьи. Она вскинула руки, пытаясь удержать равновесие, задержала дыхание и мысленно молилась звёздам, чтобы не наделать слишком много шума. По словам королевы Эловин выходило, будто мать Новалис нарочно устроила её брак с принцем Дрейком. А это могло означать только одно…

Ашер был прав.

Её пробрала дрожь, и она почти испытала благодарность за то, что мать и Ариесиан решили выдать её за принца Дрейка. Он казался куда более терпимым, чем принц Аспен. Брак с принцем фейри оказался бы настоящим кошмаром. Желудок свело от подступившей тошноты, но она заставила себя не обращать на это внимания и снова поднялась на носки, чтобы заглянуть сквозь стену из роз. Только теперь всё её тело дрожало.

Мужчина тихо рассмеялся, и его негромкий смех прозвучал как соблазнительная мелодия.

У Новалис подкосились колени, а щёки вспыхнули предательским румянцем.

— Вы действительно считаете, что жена станет для него достаточным отвлечением, Ваше Величество? — спросил он, и в его голосе звучало едва заметное веселье.

— Для Аспена женщина всегда была хорошим развлечением.

Королева остановилась и повернулась к своему защитнику. Она слегка наклонила голову, и безликий мужчина подошёл ближе. Новалис подалась вперёд, отчаянно пытаясь увидеть, с кем именно королева проводит эти тайные встречи.

— А что насчёт другой дочери Старсторм? — задумчиво произнесла королева Эловин. — Сарелль, кажется?

Нет!

Новалис резко наклонилась вперёд, и острый шип глубоко впился ей в плечо. Она тихо зашипела от боли и выдернула его из кожи.

По другую сторону розовой стены воцарилась тишина.

Нужно было немедленно уходить, пока её не поймали. Если её застигнут за подслушиванием разговора королевы, невозможно было предугадать, какое наказание её ждёт.

Но прежде чем Новалис успела сделать хоть шаг, чья-то большая ладонь зажала ей рот, и её потащили дальше, в цветочный лабиринт сада.

Глава сороковая

Обхватив Новалис одной рукой за талию, а другой крепко зажав ей рот, Ашер увёл её прочь от королевы и капитана королевской стражи. Новалис брыкалась и вырывалась, пытаясь отбиться от него, причём весьма отважно, хотя против его силы у неё не было ни единого шанса.

«Замри», — приказал он через их связь, и связующая их нить дрогнула.

Она тут же обмякла и прильнула к его груди.

Он отнёс её в единственное место в саду, которое считал особенным. В тайный уголок, где полуночные цветы, оплетённые серебристыми лозами, образовывали укрытую арку, защищённую от чужих глаз и ушей.

Ашер отпустил её, и как только её босые ступни коснулись земли, резко развернул к себе лицом, схватив за плечи.

— Ты что, решила, что хочешь умереть?

Она выглядела такой безупречной, такой удивительно спокойной, но стоило ему открыть рот, как её красивое лицо мгновенно замкнулось.

— Конечно нет. Я просто…

— Подслушивала королеву? — перебил он, не в силах совладать с раздражением. — Божественные судьбы, Нова, а если бы тебя поймали?

— Меня и поймали, — резко бросила она, глядя на него с обвинением.

Он провёл рукой по волосам и глухо простонал.

— А если бы тебя поймал кто-то другой, а не я? Ты хоть представляешь, какое наказание полагается за подобное преступление?

Он не мог поверить, что она оказалась настолько безрассудной, настолько беспечной. Ей невероятно повезло, что именно он нашёл её. Опоздай он хотя бы на минуту, её уже увели бы королевские стражники и бросили в проклятое подземелье. Одна только мысль об этом приводила его в ярость.

— Я уверена, королева…

— Плеть, Новалис. Тебя бы высекли. И не один раз, а снова и снова, пока от твоего платья не остались бы лохмотья, а спина не превратилась бы в кровавое месиво, — Ашер крепко зажмурился, борясь с желанием со всей силы ударить кулаком по ближайшей каменной стене. Боль стоила бы того, лишь бы не представлять, как Новалис подвергают пыткам. Он снова открыл глаза и увидел, что она стоит, крепко обхватив себя руками, а её звёздный взгляд затуманен слезами. Он тяжело и мучительно вздохнул. — Что с тобой происходит?

— Ты! — Она резко подалась вперёд и ударила ладонями ему в грудь, толкая изо всех сил. Он даже не пошатнулся. — Это ты, Эш. Ты занимаешь все мои мысли, ты поглощаешь каждую частицу моего существа.

Новалис тихо всхлипнула, часто заморгав, пытаясь сдержать подступающие слёзы.

— И я так сожалею о тех ужасных словах, что сказала. Я вовсе не хотела… Я никогда не хотела причинить тебе боль. Я пойму, если ты не примешь мои извинения. Я даже не уверена, что сама смогу себя простить.

— Звёздочка.

Он потянулся к ней, обхватил её лицо обеими ладонями и большими пальцами осторожно вытер слёзы, вырвавшиеся из-под её ресниц. Затем наклонился и коснулся поцелуем её лба.

— Скажи мне, — прошептала она.

Сердце Ашера болезненно сжалось, и он медленно отстранился.

Её глаза, серебристые, с мерцающими искрами разбитой радуги, искали его взгляд. Пленяли его.

— Скажи, что не любишь меня, — повторила она его собственные слова.

— Новалис…

Она покачала головой, не позволяя ему уйти от ответа.

— Если после всего этого ты