Хаос созвездий - Хиллари Рейнер

Она тут же отогнала эту нелепую мысль. Конечно же, королева Эловин позволит им вернуться в Эйрамир. Они ведь фейри рода Старсторм.

Но следом её кольнула ещё одна тревожная мысль.

Возможно, предстоящее решение королевы закрыть Завесу вовсе не связано с ведьмой и смертным. Возможно, это способ защитить саму себя, обезопасить своё королевство и подготовить его к угрозам, скрывающимся внутри. Если она оборвёт связь с дальними землями, то сможет сосредоточиться на нарастающих волнениях, таящихся в самом Эйрамире. Может быть, ей уже известно о заговоре против неё.

Если такой заговор вообще существует…

Сарелль прикусила нижнюю губу, а её мерцающий взгляд скользнул по морю людей.

— Как думаешь, она действительно на это пойдёт? Сама мысль об этом тревожит. Кажется, это слишком суровое наказание за использование любовных чар.

— Пожалуй, я с тобой согласна. Это и правда кажется… — Новалис осеклась, заметив в дальнем углу зала две склонённые друг к другу фигуры.

Прямо под одним из рубиновых светильников, в котором горел морозный огонь, стояли Солариус и её мать. Серебристое сияние окутывало их игрой света и теней, но даже отсюда было нетрудно понять, что между ними идёт жаркий спор. Солариус провёл рукой по волосам до плеч, что было явным признаком раздражения. Триста упёрла руки в бока, и её хмурый взгляд стал ещё суровее.

Новалис наблюдала, как к ним подошёл Ариесиан, пытаясь разрядить обстановку.

— Сарелль. — Она слегка ткнула сестру локтем. — Ты это видишь?

Что ещё хуже, вокруг уже собрались несколько зевак, явно заинтересованных ссорой между главой рода Старсторм и одним из её любимых сыновей, и теперь они беззастенчиво прислушивались.

— Они постоянно спорят. Мама и Солариус никогда особенно не ладили. — Сарелль приподнялась на носки, выглядывая из-за заслонившей обзор пары. — По крайней мере, с тех пор как умер отец.

Новалис задумалась над словами сестры, мысленно вновь и вновь их перебирая. Она всегда чувствовала особую близость с Солариусом, ведь именно он был ближе всего к ней по возрасту. Неужели она всё это время была настолько слепа, что не замечала неприязни, постепенно возникшей между ним и их матерью?

— Не переживай. — Сарелль потянулась и мягко похлопала Новалис по предплечью. — Уверена, они всё уладят. Они всегда это делают.

Но когда Солариус стремительно ушёл прочь, а вокруг него клубилась ярость, словно грозовая туча, Новалис уже не разделяла уверенности своей сестры.

Она направилась следом за братом.

— Куда ты? — окликнула её Сарелль.

Новалис бросила взгляд через плечо.

— Поговорить с Солом.

Она последовала за удаляющейся фигурой Солариуса, протискиваясь сквозь толпу под возмущённые возгласы тех, кого он бесцеремонно расталкивал плечом, прокладывая себе путь через ряд танцующих. Новалис уже открыла рот, чтобы окликнуть его, когда прямо перед ней выросла высокая тёмная фигура.

Она налетела на чью-то крепкую грудь и подняла глаза, обнаружив, что перед ней возвышается принц Дрейк.

— Если вы ищете лорда Файрбейна, — произнёс он, и мягкий акцент Северных земель окрашивал его голос, превращая каждое слово в соблазнительный грех, — его здесь нет.

— Нет, я собиралась… Постойте. Что значит — его здесь нет? — Новалис прикусила нижнюю губу. Она уже потеряла Солариуса из виду, а теперь выяснилось, что Ашер вообще не собирается появляться. — Это же его праздник.

— Как бы то ни было, миледи, лорд Дома Эмберспайр решил сегодня вечером не удостаивать нас своим присутствием.

Принц Дрейк взял её за руку и пристроил её ладонь на сгибе своего локтя.

— Но почему?

— Что ж, если позволите предположить, — задумчиво произнёс принц Дрейк, наклоняясь, чтобы прошептать ей на ухо, — полагаю, это напрямую связано с вами.

— Он избегает меня.

— Если говорить совсем просто, то да.

Новалис тяжело вздохнула, недовольная происходящим. Она знала, что он всё ещё сердится на неё, несмотря на то что именно он вытащил её из глубин собственного сознания, когда всепоглощающая паника разорвала её на части, сокрушив страхом за его жизнь. Именно его голос она тогда услышала, именно его спокойствие наполнило её, вновь собирая воедино. Она должна была найти его.

— Идёмте. — Принц Дрейк повёл её к танцевальной площадке, где пары кружились под клубящимися потоками магического пламени.

Она попыталась отстраниться, но каблуки заскользили по гладкому полу бального зала, когда он потянул её за собой.

— Я не могу. Мне правда нужно…

— Пустяки, kearsta, — принц Теней обвёл жестом зал. — Все на нас смотрят.

Но впервые за долгое время Новалис было всё равно.

— Нет.

Её отказ повис между ними, а остатки её решимости балансировали на самой грани.

— Простите? — Он посмотрел на неё с холодным спокойствием, и его тёмно-зелёные глаза подёрнулись инеем, словно зимний лес.

Она не собиралась уступать под давлением его тяжёлого взгляда. Ей до смерти надоело жить жизнью, которая ей не принадлежала, и она больше не намеревалась это терпеть.

— Я сказала: нет. Сейчас я не могу танцевать с вами, Ваше Высочество. — Новалис осторожно высвободилась из его хватки.

Она ожидала какой-нибудь ответной реакции, может, вспышки раздражения или хотя бы проблеска его зловещих теней. Но вместо этого по красивому лицу принца скользнула искра восхищения.

— Как пожелаете, миледи, — он склонил голову и коснулся её щеки холодным поцелуем. Его шёпот скользнул мимо её уха, и по коже побежали мурашки. — Он в садах.

Новалис опустила плечи и повернула лицо к принцу Теней, прекрасно понимая, что его губы находятся слишком близко к её собственным.

— Кто?

Его голос был тихим, словно бархат, ласкающий кожу.

— Думаю, вы и сами знаете ответ на этот вопрос.

Она коротко кивнула, присела в глубоком реверансе и, извинившись, ушла. Если Ашер был в садах, нельзя было терять ни минуты. Следуя за лёгким притяжением брачной связи, она выскользнула наружу, в тёплый летний вечер. Волосы она оставила распущенными, и они ниспадали до середины спины; крошечные подвески из лунного камня, вплетённые в пряди, тихонько позвякивали на мягком ветру.

Новалис прекрасно играла свою роль: кивала встречным лордам и леди, одаривая их приветливой улыбкой, и намеренно шла неторопливо, словно просто наслаждалась прогулкой по роскошным декоративным садам. Она уходила всё дальше в лабиринт из вьющихся огненно-красных цветов, обвивавших обсидиановые колонны, и живых изгородей, таких высоких и густых, что они скрывали свет парящих между ними фонарей. Над головой тонкие облака медленно плыли перед луной, окружая её сияющим ореолом и окутывая сады пеленой зыбкой темноты.

Завернув за угол, она заметила скамью из светлой слоновой кости, стоявшую под аркой из алых роз. Связь с истинной парой тянула её к тропинке, уходившей влево, но убаюкивающий голос, скрытый за завесой осторожности,