По следам - Валерия Арвен

Почему эта тишина — не облегчение, а груда камней на груди?

— Анна, открой, — голос Александра пробрался через толщу одеяла, под которым я лежала целыми днями.

— Я взял ключ от твоей двери, — пауза. — Я им воспользуюсь, если ты не откроешь.

Я даже не собиралась вставать, у меня не было сил. Тело казалось чужим, тяжелым, как будто эта тишина вместе с незатухающими мыслями в голове окончательно меня раздавили.

Раздался щелчок замка, и свет от лампочки проник в мою комнату.

— Боже…

Его голос сорвался, когда он увидел меня — закутанную в одеяло, не мытую, и практически не живую.

Он быстрыми шагами подошел к шторам и резко дернул их, впуская в комнату свет и свежий воздух. Я зажмурилась и еще глубже утонула в одеяле.

— Вставай.

Его голос не терпел возражений. Грубый. Чёткий. Как у…

Как у Михаила.

Сердце екнуло.

Я натянула одеяло на голову, свернулась калачиком, пытаясь вернуть тот тёмный уголок, где можно не думать.

Но Александр уже прорывал защиту: схватил край одеяла и дернул так, что я чуть не слетела с кровати.

— Хватит.

Его пальцы впились мне в запястье, поднимая на ноги.

— Михаил не стал бы терпеть эту херню. И я не буду.

Он буквально втолкнул меня в ванную и, не церемонясь, швырнул под ледяной душ. Холодные струи ударили по коже, заставив вздрогнуть всем телом.

— Ты что, совсем охренел?! — я взвизгнула, пытаясь вырваться, но его хватка была железной.

— Мне нужно вернуть тебя к жизни, — его голос не дрогнул, хотя в глазах мелькнуло что-то, что я не могла разобрать.

Я задыхалась от холода и ярости, но вдруг слова вырвались сами:

— Я потеряла не только папу! Теперь и Мишу! — голос сорвался, превратившись в хриплый шепот. — Он заменял мне отца… Заботился, как о собственной дочери…

А потом добавила, уже тише, но так, что каждое слово резало, как нож:

— А ещё я потеряла Дина.

Александр замер, его брови сдвинулись, но он не отпустил мои запястья.

— Почему ты так считаешь?

— Ты что, издеваешься?! — я закричала, лед в голосе сменился огнём. — Мы убили его отца! Ты думаешь, он просто забудет? Простит?!

Тишина.

Только шум воды и мое прерывистое дыхание.

— Грусть — это эмоция, которая свойственна людям, которым не все равно. Ты не потеряна, Анна.

— Что за умные цитаты?

— Так говорил Деймон Сальваторе.

Кто бы сомневался, что он будет цитировать персонажа из сериала.

Александр вдруг выключил воду, резко накинул на меня полотенце и притянул к себе.

— Ты не виновата.

Его голос был твердым, но без злости.

— Но если ты сдашься сейчас, то потеряешь и себя. А это будет уже точно не исправить.

Я прижалась щекой к его мокрой футболке, чувствуя, как его грудь поднимается в такт дыханию.

Его пальцы медленно вплелись в мои мокрые волосы, расчесывая их, будто пытаясь распутать не только пряди, но и мои мысли.

— Миша бы тебя убил за такие выходки, — прошептал он, и в его голосе впервые прозвучало что-то похожее на веселье.

Я не ответила.

Просто закрыла глаза и вдохнула запах стирального порошка и чего-то своего, знакомого, что осталось после всех этих дней тьмы.

Может, он прав. Может, я ещё не всё потеряла.

— Ты не знаешь… — мой голос прозвучал чужим, хриплым от дней молчания. — Ты не знаешь, что с Дином сейчас?

Александр тяжело вздохнул, а его пальцы на секунду замерли в моих волосах.

— Он писал тебе и звонил каждый день.

Сердце забилось сильнее.

— По камерам… — он замялся. — Выглядел хуже, чем ты. Лили тоже звонила. Несколько раз.

Целую неделю я провалялась в кровати и не реагировала на внешний мир. Я не включала телефон — боялась, что он будет звонить, но ещё больше боялась, что он не позвонит. Что вычеркнет меня из своей жизни, как ненужную. Что все мои действия перечеркнули всё то хорошее, что между нами было.

— Я пробил его, и он действительно сын Антонио. Но фамилия у него материнская.

— Они не были близки?

— Видимо, нет, — он пожал плечами. — Иначе бы он не скрывал это.

— Он теперь меня ненавидит.

Мои слова прозвучали как приговор самой себе.

— Вообще-то его хакер пытался взломать мой брандмауэр, — Александр произнёс это с лёгкой обидой в голосе. — Но на него работают какие-то дилетанты. Получилось только оставить зашифрованное сообщение. Такое же тебе писал и Дин, кстати.

Он замолчал.

— И да, заранее извини: мне пришлось читать твои переписки и иногда отвечать Лили, чтобы она ничего не заподозрила.

Но на это мне было все равно. Сейчас меня вообще не волновало, что он мог видеть мои сообщения.

— То есть у него есть такой же хакер, как ты?

— Я – единственный и неповторимый, — он усмехнулся. — У него моя копия. Дешевая итальянская подделка.

— Отлично. Если будешь меня доставать, обменяю тебя на того парня.

— Только попробуй отдать меня своему любовнику, — Александр прищурился, и в его глазах заплясали черти. — Тогда я покажу ему твои подростковые фотки, которые случайно нашёл.

— Какие ещё фотки?

— Ну, знаешь… — он мечтательно закатил глаза. — Ты в розовом. С бантиком. На фоне единорога. Милота.

— Ты вскрыл мой личный архив?

— Случайно, — он развёл руками, изображая полную невиновность. — Искал компромат на Павлика, а наткнулся на сокровище.

Я медленно выдохнула.

— Покажешь их кому-нибудь и мне не на что будет обмениваться с Дином. Потому что твое тело будет плавать в канализации.

Александр рассмеялся.

Я не удержалась и тоже улыбнулась. В первый раз за эту бесконечную, выжженную неделю.

— Лили слишком переживала? — спросила я, когда смех стих.

— Да, — он кивнул, становясь серьёзнее. — Но я смог ее уверить, что ты отравилась и ужасно себя чувствуешь. У нее там тоже есть новости, но это лучше тебе самой разобраться.

Я хотела спросить, какие новости, но он уже продолжил.

— Ты что даже не спросишь какое сообщение он тебе отправил? — он мастерски поменял тему, что я на секунду даже растерялась.

— Зачем? — я нахмурилась. — Там что-то плохое?

— Нет,