Её Чудовищные Звери - Э. П. Бали

Тайпан фыркает и направляется к бару, где одинокая женщина медленно вытирает деревянную поверхность, притворяясь, что не слушает нас. Генерал Браун опрокидывает свой ром с колой, прежде чем снова натянуть маску на место. Его голос тих, когда он говорит со мной. — У твоей девушки были интересные шрамы на животе, — говорит он, не встречаясь со мной взглядом. — Как она их получила?

Я пожимаю плечами. — Иногда наши враги берут верх.

— Уйди. — Команда разносится по клубу, глубокая и отчетливая. Мейс Нага выходит на свет из темного угла, одна рука в кармане брюк. — Я хочу поговорить с моим лордом василиском наедине. — Два других генерала кланяются ему, прежде чем уйти, и я знаю, что у них мрачные взгляды под масками. Они всегда завидовали мне.

О, иметь полное внимание змеиного короля.

О, быть зверем с *большей силой*, чем змеиный король.

Мейс глубоко вдыхает, оглядывая клуб, осматривая огни над нами и пустую сцену. Остатки ночи остались: брызги спермы и алкоголя на полу, стеклянная бутылка, откатившаяся в сторону. Все это исчезает в присутствии зверя передо мной. Тьма, которую он носит, как одеяние, притягивает меня и мои тени. Она всегда так делала. Его сила — приманка для самых темных зверей. Даже без многочисленных кровавых договоров, которые у меня с ним есть, он удерживал бы мое злобное внимание.

Мейс потирает нижнюю губу большим пальцем, прежде чем обнажить свои словесные клыки. — Ты думал, я не узнаю собственное потомство?

Слова повисают в воздухе между нами, как труп, покачивающийся на ветру. Они высасывают весь воздух из комнаты. Они заставляют мою тьму взволнованно дергаться.

— Ты всегда играл со мной в маленькие игры, — говорит Мейс. — Всегда испытывал мои границы. — Наконец он поворачивается ко мне, его голос ровен и опасен. — И ты знаешь, что мне нравится испытывать тебя в ответ. — Я склоняю голову. — Но, конечно, ты знал, что я замечу. — Уголки его тонких губ приподнимаются в злобном ритме. — Она притягивает зверей, моя Аурелия. Именно поэтому мне пришлось отстранить ее в подростковом возрасте. Я начал замечать долгие взгляды, которые звери бросали на нее. То, как они отслеживали ее запах по комнате еще до того, как она достигла зрелости. — Он качает головой. — Ее мать никогда не была такой. Я отношу это к тому, что моя собственная кровь сыграла роль в той силе, которой она обладает.

Теперь он называет ее своей. Теперь он пытается утверждать, что его действия были для защиты. В глубине меня есть сила, которая пытается раздвинуть тени. Которая царапает своими тупыми пальцами мои ребра. Но он не победит сегодня. Я позаботился об этом навсегда.

— Я всегда знал, что один из ее парных будет змеей. Как могло быть иначе? Я просто удивлен, что ты так долго это скрывал.

— Я удивлен, что ты никогда не догадался, что это я, — говорю я.

Король змей не сводит с меня глаз. Мы оба знаем, что он ошибался, недооценивая свою дочь слишком много раз. Один мифический оборотень имел смысл в его голове. Но два мифических парных были для него немыслимы. Он думал, что я буду Рексом собственного логова. Как мало он знает о силах, движущих миром.

— Ты связан со *мной*. — Это первая нота эмоции в его голосе за многие годы. — Ты связан с *моей* кровью. Она может владеть твоей душой, — он пожимает плечами, играя со своей отстраненной змеей вокруг запястья, — но твоя кровь принадлежит мне. Вместе мы превратим этот мир в наш. Ты знал это с самого начала.

— Так и есть, — говорю я, выпрямляясь в полный рост. — Этот мир узнает верховенство змей, и мы будут теми, кто проложит путь.

Мейс кивает, его глаза оценивают меня. Он видит василиска. Он видит отсутствие эмоций, психопата за багровым свечением. — Аурелия выполнила свою цель. У меня есть деньги от ее продажи. Число покупателей на нее уменьшается по мере того, как ее... дикость становится известна. Пришло время покончить с ней.

— Это было прикрытием уже некоторое время, — осторожно замечаю я. — Желание казнить ее.

— Больше не прикрытие. Это определенность, потому что ты будешь тем, кто это сделает. — Мейс проводит пальцем по метке на своем предплечье. — Я призываю нашу кровную связь. Я приказываю тебе, лорд Василиск, казнить свою Регину, Аурелию Костеплет.

Брачная метка на моей шее кричит.

Кровавый договор над моим пупком натягивается, как удавка.

Мои глаза горят, требуя пепла и смерти. Я склоняю голову в покорности. — Моя воля — твоя, Ваше Величество.

— О, я знаю, — гладко говорит он. — Как только ты убьешь свою Регину, ты будешь свободен для более важной задачи, стоящей перед тобой.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Глава 68

Аурелия

Я просыпаюсь с криком.

— Он знает! — кричу я. — Мой отец знает, что Упырь — мой парный. Он приказал ему убить меня!

Вокруг меня множество рук, и я отбрасываю их, выпрыгивая из кровати. Я шатаюсь от движения, слегка покачиваясь, переориентируясь. Мы снова в нашей комнате в общежитии анимусов, и все еще темно. Ксандер долетел до нас, а Лайл отнес меня в кровать. Но теперь мой пульс бьет боевым барабаном в моем черепе.

— Он знает! — снова кричу я Косе, который первым выпрыгивает из кровати и подходит ко мне.

— Как ты можешь это знать, ангел? — спрашивает Лайл, приподнимаясь, чтобы сесть.

— Змеиная магия, — рычит Ксандер, вставая. — Что именно ты видела, Регина?

Я пересказываю то, что видела, быстрыми предложениями, пока мои парные протирают глаза. Упырь в пустом клубе, мой отец и их разговор. Дерганье кровавого договора.

— Значит, раньше ты видела воспоминания, а теперь видишь все в реальном времени? — Дикарь проверяет небо снаружи, и я тоже смотрю. Первые лучи солнца появляются над горами вдалеке.

Я расхаживаю по комнате. Упырь позаботился о том, чтобы я это увидела. Я не понимаю, как я знаю это, но я чувствую это знание в той части меня, которая предназначена только для него.

*Она может владеть твоей душой, но я владею твоей кровью.*

Боль в моей груди, как глубокая рана. Была ссылка на его холодное сердце и задачу, которая должна была произойти. Что-то важное, что может сделать только мой парный-василиск. Он хотел, чтобы я услышала этот разговор полностью. Хотел, чтобы я знала, чтобы я могла подготовиться.

*Я буду иметь тебя с твоими клыками наружу или никак.*

— Регина... — начинает Лайл.

— Я могу справиться с ним.

Я останавливаюсь перед окном, поворачиваясь к ним лицом,