Ассистент Дьявола - Валентина Зайцева

— И какая же? — спросила я с надеждой, уже предвкушая, что сейчас он назовёт что-то подходящее.

— Уборщик, — ответил он без тени смущения.

Он, наверное, считал меня дурой, если думал, что я в это поверю. Он пытался убедить меня, что во всей его многомиллиардной корпорации «Гром Групп» и в его тридцати трёхэтажном небоскрёбе в самом центре Москвы свободна только одна должность уборщика. Да у него там целые отделы работают!

— Он куда квалифицированнее меня, — с досадой указала я, вздохнув и откидываясь на спинку сиденья. — Ему бы быть вашим помощником. У него образование, опыт…

Температура в тесном салоне будто подскочила. Это был леденящий жар, от которого запотели стёкла, заперев нас в коконе напряжения и тоски. Воздух стал таким густым, что его можно было резать ножом.

Тёмный взгляд Михаила Сергеевича пронзил меня насквозь, когда он выдал своё обещание, и в этом взгляде читалось нечто большее, чем просто упрямство:

— У меня есть помощница, и она никуда не денется. Это окончательное решение.

— Ей надоели его выходки, — фыркнула я и внутренне поморщилась оттого, что говорю о себе в третьем лице. — Она сейчас как даст пощёчину своему самодовольному начальнику, если он не перестанет вести себя как эгоистичный козёл. Причём даст так, что мало не покажется.

Его реакцией было подыграть мне, но и донести свою точку зрения, не отступая ни на шаг:

— Её начальник никогда её не отпустит. Можете даже не надеяться.

Я закрыла рот, вдохнула через нос и затем фыркнула, отворачиваясь к окну:

— Не могу дождаться, когда найду новую работу. Где угодно, лишь бы подальше от вас.

— И как вы это сделаете? — поинтересовался он, и в его хрипловатом голосе послышалась тень насмешки, почти издевательской. — Я никому не позволю вас у меня забрать. Ни одной компании в Москве.

Раз уж он не собирался меня отпускать, мне оставалось лишь стараться ещё усерднее, чтобы он меня уволил. У меня ещё припрятано несколько фокусов, перед которыми подмешивание перца в кофе — просто детская шалость. Я могу быть очень изобретательной, когда захочу.

Мы погрузились в своеобразный ритм, пока проезжали по центральным улицам ночной Москвы. Мы не разговаривали, но по очереди поглядывали друг на друга, будто играли в какую-то странную игру. Он смотрел на дорогу, а я — на него, а затем он изучал мой профиль, когда я отворачивалась к своему окну, делая вид, что разглядываю витрины магазинов.

Целью нашей игры было как следует разглядеть другого, не попасться на этом.

Однако получалось это плохо, потому что его взгляд всегда успевал пробежать по моей коже мурашками и оставить за собой ледяную дрожь. Я чувствовала каждый раз, когда он на меня смотрел, будто между нами протянулась невидимая нить.

Его голос опустился на октаву ниже, когда он произнёс, нарушая молчание:

— О чём вы вообще с ним говорили?

— С кем? — медленно повернувшись к нему, переспросила я, хотя прекрасно понимала, о ком речь. — С Денисом?

Он кивнул один раз, резко и отрывисто. Его широкие плечи напряглись, а вены на мускулистых руках вздулись, совсем как на кистях. Казалось, он сдерживает в себе что-то опасное.

Я вздохнула, не зная, стоит ли вообще продолжать этот разговор:

— До того, как нас прервали, или после?

На этот раз, когда он мельком глянул на меня, в потемневших глазах вспыхнул победный огонёк, который меня почему-то разозлил.

— О разном, — уклончиво ответила я, не желая вдаваться в подробности.

— О каком «разном»? — процитировал он слова с таким отвращением, будто пробовал на язык что-то ядовитое и мерзкое.

— О пустяках, — пояснила я, пожав плечами. — Обычные вещи, о которых говорят на свиданиях, чтобы узнать человека получше. Хобби, интересы, любимые фильмы…

Михаил Сергеевич угрюмо приподнял бровь, словно я говорила с ним на китайском языке, а он не понимал ни слова.

— Что? — рассмеялась я, чтобы подразнить его и разрядить обстановку. — Вы что, никогда не были на свидании? Неужели ни разу?

Жёсткая линия его челюсти стала ещё острее, когда он пробормотал односложно:

— Нет.

Я чуть не поперхнулась воздухом от неожиданности.

Глаза расширились от удивления, рот приоткрылся, и я выпалила, не сдержавшись:

— Вы никогда не были на свидании?! Как это вообще возможно? Вам же тридцать семь!

У меня и самой до сегодняшнего вечера не было нормального свидания, но в основном из-за моего статуса молодой матери-одиночки. Какой мужчина захочет связываться с девушкой, у которой шестилетняя дочь?

Мужчина рядом со мной был богат и умён. И, к сожалению, он был полной противоположностью некрасивого — скорее наоборот. От него так и веяло сексуальностью, несмотря на тёмную, неприступную ауру, которой он окружал себя, как крепостной стеной.

Он не встретился со мной глазами, лишь раз коротко кивнул в подтверждение, и я заметила, как слегка покраснели его уши. Его костяшки на руле стали ещё белее, если это вообще было возможно.

Мне вдруг стало неловко, что я задела его чем-то настолько личным. Может, не стоило лезть в его жизнь?

— Сегодня было моё первое свидание, — призналась я тихо, пытаясь загладить дразнилку и показать, что я не лучше. — Первое настоящее, во всяком случае. До этого всё время уходило на Машу и работу.

— Екатерина Петровна, — низко и хрипло произнёс он моё имя, словно звук шёл из самой тёмной и глубокой его части, из того места, куда он никого не пускал. — Я чертовски ненавижу это.

— Что именно вы ненавидите? — спросила я осторожно, потому что хотела большей конкретики, но боялась услышать ответ.

Из его широкой груди вырвался почти звериный звук, похожий на рык голодного хищника, который увидел, как у него забирают добычу, когда он произнёс:

— Я ненавижу саму мысль о том, что вы сидите с кем-то, а не со мной. Ненавижу представлять, как он смотрит на ваши волосы и улыбку.

Я такого не ожидала услышать. Совсем не ожидала. Его грубые слова отдались эхом где-то в груди, и дыхание моё сбилось, сердце забилось быстрее.

— Я думал, ничто не может вывести меня из равновесия и лишить рассудка, — поделился он со мной, и его голос стал опасно тихим, почти шёпотом. — Но одна лишь мысль о вас на свидании с другим мужчиной вызывает во мне желание убивать.