Ассистент Дьявола - Валентина Зайцева

Несколько секунд он просто смотрел на меня, явно пытаясь понять — шучу я или говорю серьёзно. Судя по всему, чувства юмора у него было примерно, как у офисного принтера.

Михаил Сергеевич сделал ещё один уверенный шаг ближе ко мне и спросил снова, хотя это по интонации звучало скорее, как прямой приказ, а не вежливый вопрос:

— Куда вы идёте на самом деле, Екатерина Петровна?

— Забирать свою дочку. Машу, — коротко ответила я.

Он однократно кивнул, словно принял важное деловое решение, и твёрдо заявил:

— У меня есть машина. Хорошая машина. Я отвезу вас обеих.

В голове мелькнула упрямая мысль сделать всё ему назло и гордо уйти в закат, но на улице было действительно холодно, я продрогла насквозь, а до уютной квартиры Полины и Матвея оставалось ещё целых пять остановок.

Я была зла на него, но совершенно точно не настолько глупа, чтобы идти одной в темноте.

— Что ж, ладно, ведите к машине, — недовольно фыркнула я, изо всех сил игнорируя своё детское упрямое желание послать его куда подальше и драматично сбежать в ночь.

Бизнесмен, казалось, остался вполне доволен моими словами и согласием. Настолько доволен, насколько вообще может быть доволен бесчувственный робот без эмоций. Его губа слегка дёрнулась один раз, а могучее напряжённое тело заметно расслабилось настолько, что перестало казаться таким смертельно угрожающим.

То, что я неохотно принимаю его галантное предложение подвезти, ещё совершенно не означало, что я его искренне прощаю за испорченный вечер. Я буду обращаться с ним как с обычным таксистом, с той лишь небольшой разницей, что не стану поддерживать вежливую светскую беседу и уж точно не дам щедрых чаевых.

Если бы мне пришлось дать ему один полезный совет по жизни, я бы наверняка сказала: «Улыбайтесь почаще, Михаил Сергеевич». Это заставило бы окружающих людей гораздо меньше его панически бояться.

Михаил Сергеевич не пошёл гордо впереди меня, как я ожидала. Напротив, он заметно остановил свои обычно длинные и уверенные шаги, аккуратно поравнявшись со мной. Замер на месте, когда между нашими телами осталось всего несколько сантиметров.

Он быстро снял свой дорогой чёрный пиджак, пока его внимательный взгляд медленно скользил по моей продрогшей, мелко дрожащей фигуре, укрытой лишь лёгким маленьким чёрным коктейльным платьем. Он бережно взял тёплый пиджак обеими руками и осторожно накинул его на мои узкие плечи. Пиджак был настолько огромным, что мог легко обернуть меня дважды, а то и трижды.

Я несколько раз растерянно моргнула от такого неожиданно галантного жеста.

Большая тёплая рука с рельефно набухшими венами твёрдо легла на мою спину, и высокий мужчина молча жестом предложил начать движение по улице.

— Больше никогда не выходите из дома без тёплой одежды, Екатерина Петровна, — строго скомандовал мужчина, чья горячая рука всё ещё уверенно лежала на моей спине, пока мы неспешно шли по ночной улице. — Простудитесь.

— С чего бы это вдруг? — искренне удивилась я. — Какое вам вообще дело до того, выхожу я без тёплой одежды на улицу или нет?

Его необычные глаза, ярко-голубые в самом центре и тёмные по краям радужки, молча и пристально рассматривали меня.

Спустя несколько затянувшихся минут напряжённого молчания Михаил Сергеевич наконец заметил:

— С гипотермией и воспалением лёгких вы будете совершенно не полезным и не эффективным ассистентом. Только обуза.

— Между прочим, я не собираюсь становиться вашим покорным ассистентом, — резко парировала я. — Тем более таким уж полезным и незаменимым. Я уволилась.

Его спокойное молчаливое изучение мгновенно сменилось чем-то совершенно другим. Более первобытным и животным. Более опасным и хищным. Он смотрел на меня с такой пугающей интенсивностью, будто медленно опутывал невидимыми, но при этом совершенно неразрывными стальными цепями.

Мы молча продолжали идти бок о бок ещё несколько долгих минут. Наш общий шаг был необычно медленным и размеренным, будто мы оба втайне не хотели торопить и заканчивать этот странный момент.

Наконец мы остановились на широком тротуаре, где у самой обочины было аккуратно припарковано несколько дорогих машин.

Не нужно было быть гениальным детективом, чтобы безошибочно угадать, какая именно машина принадлежит богачу-миллиардеру.

Роскошная чёрная машина была новеньким блестящим сверкающим «Феррари». Таким идеальным, какие обычно бывают только в глянцевых каталогах или на престижных автошоу. Я в своей жизни никогда не видела настолько спортивной и безумно дорогой на вид машины.

Полюбовавшись на его шикарный автомобиль ещё пару восхищённых минут, я вдруг спохватилась и неуверенно заговорила:

— Извините, но я не могу поехать с вами на этой машине.

Из его широкой груди вырвался явно недовольный низкий звук:

— Почему же нет?

— У этой красивой машины всего два места, — я неопределённо указала рукой на сверкающий «Феррари». — А мне ведь нужно обязательно забрать Машу. Для ребёнка места нет.

Михаил Сергеевич молча и задумчиво наблюдал за мной пару долгих секунд, затем коротко кивнул в знак согласия. Он достал связку ключей от машины из глубокого кармана брюк и внимательно оглядел пустынную потемневшую улицу по сторонам.

Я с любопытством проследила за его ищущим взглядом, пытаясь понять, что именно его так заинтересовало.

По улице неподалёку от нас как раз шёл какой-то обычный мужчина лет тридцати-тридцати пяти. Он беззаботно насвистывал себе под нос весёлую мелодию, небрежно покручивая ключи на указательном пальце правой руки. Судя по всему, он направлялся к своей машине, стоявшей в паре мест от роскошного «Феррари» Михаила Сергеевича.

Высокий мужчина, стоявший рядом со мной, вдруг решительно двинулся именно к той самой невзрачной машине. Я с интересом последовала за ним следом, искренне любопытствуя, что же такое необычное задумал загадочный бизнесмен.

Только тогда я наконец разглядела машину получше, к которой он так целенаправленно шёл. Это оказался старенькая «Тойота Королла» совершенно неопределённого грязно-голубого оттенка, выглядевшая именно так, будто её давным-давно пора сдать на металлолом. На лобовом стекле красовалась длинная трещина, один из задних красных фонарей жалко болтался на проводах, но зато в тесную машину теоретически помещалось целых пять человек.

Когда настоящий владелец этого жалкого автомобиля наконец приблизился к своей неказистой «Тойоте», сломанные передние фары неожиданно ярко осветили тёмную улицу — он нажал на потёртую кнопку брелка.

Михаил Сергеевич громко прокашлялся, уверенно приближаясь к ничего не подозревающему незнакомцу.

Хозяин старой развалюхи резко замер на месте, уже собирался открыть скрипучую дверь, когда внезапно заметил, кто именно стоит перед ним во плоти.