Адское пламя - Мариэль Померой

Люк выпрямился. Он не мог сосредоточиться, не мог думать; ему хотелось только одного: броситься на пол, начать его облизывать, слизать всю эту долбаную кровь, до последней капли… Он никогда такого не испытывал. Ни с кровью нефилимов, ни с чьей бы то ни было кровью. Но кровь Ахейи словно отравила, околдовала его, ему казалось, что он умрет, если не выпьет еще, перед глазами мелькали белые точки, как будто по комнате летали искры. Он даже возбудился, проклятье! Люк сам не знал, отчего – от вкуса крови Ахейи или от присутствия Тарика и его тепла, которое он ощущал совсем рядом.

Люк судорожно вздохнул, глядя на красные следы на пальцах, которые так резко контрастировали с цветом его кожи. Он вдруг понял, что ему нужно. Чтобы Тарик ее тоже попробовал. С другой стороны, при мысли о том, чтобы разделить этот вкус с другим нефилимом, у него мурашки бежали по телу. Он чувствовал, что перестает быть Люком и превращается в того страшного оборотня, который выбирался на свободу, когда он убивал или пытал нефилимов по приказу Ариока. Этот долбаный хищный зверь смеялся в лицо смерти и наслаждался болью, но Люк, придя в себя после транса, не хотел признаваться в его реальности даже самому себе. Эту сторону своей личности он старался замаскировать шуточками и ухмылками, особенно при посторонних. Но сейчас он полностью утратил контроль над собой. По какой-то причине кровь Ахейи изменила его сознание; Люк прятался в темном уголке, и теперь его действиями руководил кто-то другой. Он повернулся к Тарику. Смуглый левиафан смотрел на него сверху вниз. Черные рога блестели в тусклом свете, на губах играла снисходительная усмешка… до тех пор, пока Тарик не встретил пристальный взгляд оборотня.

– Ты что здесь делаешь?

Он приподнял бровь, взглянул на пальцы Люка. Тарик говорил негромко, в его низком голосе слышался протяжный южный акцент Азалама, из-за которого слова звучали немного иначе, непривычно для слуха. Проклятье, это было прекрасно.

– Пытаюсь вспомнить, какой ты на самом деле – прорычал Люк.

У него двоилось в глазах, по жилам струился странный холод. Если бы он не знал, что это всего лишь иллюзия, то подумал бы, что его кожа ожила, трепещет и готова слезть с тела.

Уголок рта Тарика приподнялся, потом он наклонил голову набок, и темные кудри упали ему на глаза. Люк наблюдал за ним. Тарик протянул руку, взял прядь своих волос, намотал ее на палец, слегка потянул.

– Правда?

Тарик снова потянул за прядь, потом отпустил ее и спрятал руку в карман.

Люк схватил Тарика за запястье, грубо привлек его к себе, поднес пальцы к губам левиафана и перемазал их красной жидкостью. Тарик, слегка нахмурив брови, высунул кончик языка и слизнул кровь. Его темные ресницы дрогнули, потом зрачки расширились, стали огромными и поглотили радужные оболочки. Он не сводил взгляда с пальцев Люка. Казалось, он впал в такой же транс, что и Люк. Но сейчас, когда рот Тарика был перепачкан кровью, Люк забыл о крови, оставшейся на полу. Он обхватил Тарика рукой за шею. Левиафан опешил от неожиданности, а оборотень тем временем потянулся к нему другой рукой.

Но Люк уже почувствовал, как тот возбудился. Левиафан опешил от неожиданности, а оборотень тем временем потянулся к нему другой рукой.

– Как это мило, когда ты пытаешься играть ведущую роль, – прорычал Тарик, оттолкнув его.

Левиафан не позволил ему действовать дальше: он вцепился в плечи Люка и отшвырнул его от себя с такой силой, что оборотень рухнул на бархатный диван.

– Ты знаешь, что это так не работает, – хрипло произнес Тарик, подходя ближе. Потом наклонился, снова схватил Люка за руки и прижал их к спинке дивана, не давая ему возможности пошевелиться.

Боги, он знал. Он знал, что потом Тарик заставит его заплатить за это, но ему было все равно; он выдернул руку, потянулся к ремню Тарика, привлек его к себе.

– Не в состоянии удержаться в штанах даже один день, да, маленький оборотень? – прошептал Тарик, обхватив Люка за горло, пока тот расстегивал его ремень.

Люк попытался сглотнуть, но пальцы демона с такой силой сдавливали его горло, что у него потемнело в глазах. Сердце гулко ухало в груди, очертания мебели и колонн расплывались. Он застонал, когда могучий левиафан склонился над ним и еще сильнее сжал ему горло, так что трудно стало дышать.

– Твою мать, какой же ты приставучий, – продолжал Тарик, поднял вторую руку, просунул большой палец оборотню в рот и заставил его откинуть голову назад.

Люк вынужден был теперь смотреть вверх. Ему наконец удалось распутать проклятые шнурки.

Тарик наклонился еще ниже, так что его нос коснулся носа Люка, оскалил зубы, зарычал; у него был такой вид, будто он хотел довести дело до конца – придушить оборотня на месте. Люк окончательно опьянел от крови Ахейи, штаны уже были ему тесны.

Из груди левиафана вырвалось низкое, раскатистое рычание, и он чуть не придушил Люка.

– Я разрешал тебе трогать меня, Люк? – прошипел Тарик.

Потом он заставил оборотня еще сильнее откинуть голову назад. Хрустнули позвонки. В этих темных глазах было нечто такое, что заставило Люка извиваться от возбуждения… Он никогда не испытывал такую тягу к другому нефилиму, никому не позволял командовать собой. Но когда Тарик разговаривал с ним таким голосом, когда он прикусывал нижнюю губу Люка до боли, когда он сжимал в руках голову Люка, оборотень терял рассудок. Особенно потому, что левиафан так холодно держался с остальными. Это позволяло ему надеяться на то, что он, Люк, точно так же действует на Тарика.

– Пожалуйста, – взмолился Люк. Это слово разъедало ему язык.

У него не было привычки просить, тем более умолять; обычно другие умоляли его, но в этот момент ему было плевать.

Тарик прищурился, потом коротко кивнул. Люк крепче сжал пальцы. Проклятье, каким же он был… прекрасным. Идеальным. Люк хотел снова попробовать его кровь на вкус, проклятье, он вспомнил свои крики… Он хотел этого ужасно, прямо сейчас.

– Твою мать, милостивые Боги!

Голос Шайрона вырвал Люка из блаженного полузабытья; еще несколько секунд – и оборотень стащил бы с Тарика штаны.

Комната наполнилась тенями, и Люк увидел Ариока – тот появился из черного облака и врезался в диван, стоявший напротив. У альшайтана был совершенно безумный взгляд.

– Какого… – Люк оттолкнул Тарика и вскочил с места.

– Во имя хела, идите сюда, – прошипел Шайрон, подхватив Ариока, который чуть не грохнулся на мраморный пол.

Потом альшайтан, к изумлению Люка, перегнулся через спинку