Шлейф сандала - Анна Лерн

— Но что если найдется настоящая Ольга? — Мария Петровна все еще сомневалась.

— Пусть объявляется. Это и к лучшему. Я ведь уже говорил вам, — глаза Николя превратились в щелки. — Мы отправим ее на тот свет, чтобы не путалась под ногами. Вы только представьте, какая жизнь у нас начнется… Загорский наверняка будет уважительно относиться к людям, от всего сердца любящим его дочь.

— Но где ты найдешь девушку, которая сможет сыграть эту роль?

— Положитесь на меня, матушка.

Глава 69

Мужчины затащили Артемия в дом и положили на кровать Савелия. Он был слаб, но все равно улыбался Минодоре, которая не могла сдержать слез, глядя на него.

— Вы не переживайте так. С ним все будет хорошо, — тихо сказал ей аптекарь. — У него на затылке я обнаружил шишку. Видимо вашего возлюбленного ударили чем-то тяжелым. А еще Артемий некоторое время не ел. Отсюда слабость. Кушать начнет, поправится!

— Кто это сделал? — девушка присела рядом с ним. — Скажи мне!

— Мой брат… — ответил сыщик и заволновался. — Только прошу вас, не наказывайте его… Мы с Арсением близнецы, и кроме него у меня никого нет…

— Но почему он так поступил с вами? — спросила я, немного не понимая трепетной заботы Жарикова о человеке, который не задумываясь, влез в его жизнь. Причем сделал это очень грязно. Хотя разве могла я судить о том, чего не понимаю? У меня ведь не было ни братьев, ни сестер.

— Арсений всегда хотел жить красиво. Ему не нравилась служба, он мечтал о шикарной жизни, — с грустью ответил сыщик. — Брат сразу загорелся идеей окрутить Минодору, но я предупредил его, что полюбил Дорочку… Арсений ударил меня по голове и запер в погребе. Смеялся… говорил, что я потом скажу ему спасибо… А ведь мы вместе разнюхали, что темными делами твой отец занимается, Дора. Я умолял отпустить меня, отказывался от еды, а брат лишь злился. Он не понимал, как можно любить женщину…

Минодора пуще прежнего залилась слезами, а я подумала, что спасение Артемия не решало всех проблем. Теперь его нужно было предъявить Жлобину, а еще что-то делать с Арсением… Ситуация довольно сложная. Жариков явно не хочет навредить брату, только вот я сомневалась, что он относится к нему с таким же трепетом.

— Мне нужно идти. — Минодора поцеловала сыщика в лоб. — Меня скоро хватятся. Но я приду завтра. Обязательно приду!

— Я буду ждать тебя! — горячо заверил ее Артемий. — Будь осторожна!

Какие страсти…

Я вышла вместе с Минодорой и сказала:

— Веди себя как обычно. Смотри, чтобы никто ничего не заподозрил! От этого зависит успех нашего дела!

— Я знаю, Елена. Виду не подам, обещаю! — прошептала девушка. — Спасибо тебе! За все спасибо!

— Друзья для того и существуют, чтобы помогать друг другу. Все, беги! Может Прохора с тобой отправить?

— Нет, я сама. Не переживай. — Минодора ушла, а я отправилась к себе в комнату. Нужно было переодеться. Из головы не выходил этот бессовестный Арсений. Мне было трудно понять, как можно так поступать с родными людьми? Ничего святого…

Но как приятно наблюдать за светлыми чувствами Доры и Артемия. Девушка заслужила счастье, а сыщик оказался замечательным человеком. Если жизнь соединит их, то они будут чудесной парой. В этом я была уверена. А еще я была уверена в том, что просто им не будет. Придется еще побороться…

Минодора пришла на следующий день под вечер, когда я занималась духами для Ксении Алпатовой. Ее слуга еще утром привез все нужные ингредиенты.

Мне не терпелось узнать, что произошло в доме Жлобиных за это время, но девушка рассказала, что Арсений так и не появился. Купец же ошарашил ее новостью, что будущий зять не приезжал и в ресторан. Как странно…

— Почувствовал что-то Арсений… не дошел до ресторана, вернулся, а дома сюрприз. Он увидел, что брат освободился, и сразу в бега подался. Такие люди не привыкли отвечать за свои гадкие поступки, — предположила я.

— Скорее всего, так и случилось, — согласилась Минодора. — И хорошо. Предъявлю батюшке настоящего Артемия, он ничего и не заподозрит. Скажем, что захворал он, дома отлежаться надобно было.

Вроде бы версия выходила стройная, но меня все равно что-то мучило. Сначала я пыталась понять, что именно, а потом забила. Зачем голову зря ломать?

Прошло три дня, но Арсений так и не появился. Мы уже были уверены, что он сбежал. Кстати купец намекал Минодоре, что жених передумал. Мол, неровня она ему, вот он и испугался. Даже предлагал дочери съездить на квартиру к коварному обманщику, но Дора отказалась. Роль она играла отменно.

— Ежели сбежать решил, скатертью ему дорога, — ответила она батюшке. — Купеческая дочь бегать ни за кем не станет.

На том все и успокоилось.

А еще из дома Эристави принесли записку. Госпожа Хатуна снова пригласила меня, чтобы я подправила слугам бороды и прически. Если честно мне не очень хотелось идти туда из-за неприятной особы — прабабки Давида. Но деньги лишними не бывают. Тем более молодого князя нет в городе, а мой труд его родственницами оплачивался очень достойно. Возможно, я даже не увижу старую мегеру.

Моим домочадцам нужно было подготовиться к холодам. Купить одежду, обувь, а это требовало немалых расходов. Поэтому решение я приняла очень быстро.

Госпожа Хатуна встретила меня тепло. Она провела нас с Прошкой в гостиную, предложила чай, а сама пошла, предупредить слуг, чтобы они через полчаса собирались в прачечной.

Мы с Прохором с удовольствием попробовали вкусное печенье, съели по конфете, а госпожи Хатуны все не было.

Я поднялась со стула и подошла к окну, чтобы посмотреть какой за ним открывается вид и вдруг услышала голоса. Они доносились из-за открытой двери, которая вела на узкую веранду, опоясывающую дом. Похоже, кто-то находился прямо за углом. Подслушивать я никогда не любила, да и не делала этого. Вот только услышав имя князя, не могла устоять. Тем более о нем щебетали девичьи голоса. Но сколько я не напрягала слух, кроме отдельных слов ничего не слышала. Что же они говорят о Давиде?! В душе зашевелился червячок ревности.

— Прошка! — окликнула я своего помощника. — Иди-ка сюда!

Он подбежал ко мне с полным ртом вкусностей и, вытерев руки о штаны, хлопнул глазами.

— Иди и послушай, что говорят девицы на веранде, — попросила я. — Только внимательно!

Прошка кивнул, после чего с трудом проглотив нажёванное, исчез за дверью.

Прошло несколько минут. Раздались легкие