Там, где живет истина - Миа Шеридан

«Я был в саду».

«Я немного запустил его... Садоводство — не самое легкое занятие для человека в моем положении».

Садоводство.

Рид медленно перевел взгляд на пакетик с семенами, прикрепленный к фотографии, которую держал в руке, уже зная, что увидит.

Душистый горошек.

— Это мать Чарльза Хартсмана, — сказал Рид. — Должно быть, поэтому он убил Гордона Дрейпера.

Сержант сделал паузу, его бровь дернулась, когда он взял фотографию у Рида и посмотрел на нее, очевидно, обратив внимание на фамилию.

— Мы проверим это.

Рид ошарашенно кивнул, взяв в руки еще одну фотографию.

К каждой фотографии из тайника была прикреплена скрепка с пакетиком семян.

— Сад, — сказал Рид, встретившись взглядом с сержантом. — Эти женщины... они похоронены в его саду.

Они услышали шаги на лестнице и встали, обернувшись, когда в комнату вошел первый из криминалистов.

— Дэвис. Вы твердо намерены заставить нас сегодня бегать по всему городу, не так ли? — сказал Льюис, входя в комнату, и остановился, оглядывая комнату смерти. — Это нехорошо.

— Полностью согласен, — пробормотал Рид. — Дайте мне знать, если найдете что-нибудь примечательное.

Пока они поднимались по лестнице обратно, где Рэнсом все еще осматривал дом, проводя более тщательный обыск шкафов и тумбочек, сержант позвонил по телефону, чтобы вызвать служебных собак. Он положил трубку, когда они вошли в холл наверху.

— Собаки скоро будут здесь.

Рид повернулся и направился к кухне, где была задняя дверь. Открыв ее, вышел на улицу, в теплый весенний день, солнечный свет над головой казался каким-то неправильным. Как могло солнце по-прежнему светить, когда существовали комнаты, подобные той, в которой он только что побывал? Когда такое зло бродило по земле?

Ад. Я только что побывал в аду.

Сразу за задней дверью находился внутренний дворик, а за ним простирался большой двор, двадцать или тридцать высаженных растений в ряд, растения и сорняки боролись за место в каждом из них. Сердце Рида сжалось, словно в кулак. В этих грядках лежали убитые женщины. Он знал, что это так. Собаки подтвердят это.

— По крайней мере, мы сможем дать некоторым семьям немного покоя, — сказал сержант, оглядываясь по сторонам, словно в оцепенении. Его мысли, очевидно, шли тем же путем, а уверенность в том, что они найдут, была такой же сильной, как и у Рида.

Да, по крайней мере, они могли дать некоторым семьям немного покоя. Но это, пожалуй, все, что они могли сделать, и от этой мысли по телу Рида пробежала ледяная дрожь. Они прибыли поздно. Слишком поздно. На много лет позже. Никто не пришел, когда эти женщины молили о пощаде. О помощи.

Его собственная бабушка умерла в этом самом доме. Где был ее маленький мальчик, пока ее пытали в комнате ужасов внизу? В похожем доме ужасов, расположенном неподалеку? Нет. Нет. Он не мог об этом думать. Не сейчас.

Рид отвернулся и направился обратно в дом, его напарник как раз спускался по лестнице. Рэнсом уже заглядывал в подвальное помещение. Он знал, с чем они имеют дело, но Рид рассказал ему о фотографиях, которые они нашли в полу, включая фотографию Коры Хартсман, и о саде на заднем дворе.

— Становится все безумнее и безумнее. — Он сделал паузу, и Рид присмотрелся к нему повнимательнее. За последние несколько лет он побывал с Рэнсомом на многих тревожных местах преступлений, но впервые напарник выглядел по-настоящему затравленным.

— Ты в порядке?

— Да, мы нашли ноутбук в кабинете Дрейпера. — Он сделал паузу, на мгновение опустив глаза, как будто что-то представляя. — Он снял кое-что на видео, — сказал он. — Женщины.

— О, боже, — выдохнул Рид.

— Но это еще не самое худшее. — Рэнсом понизил голос. — Тот ребенок, его внук, он заставил его участвовать. — Напарник провел рукой по лицу. — Он так умолял, Рид... за себя, за них... — Рэнсом отвернулся, собираясь с силами. — Я давно занимаюсь этой работой и не думаю, что видел что-то хуже этого.

Рид не знал, что сказать. Не было слов, чтобы описать этот ужас. Через мгновение он прочистил горло.

— У нас будут доказательства, — сказал он. По крайней мере, это.

Рэнсом кивнул, и они оба выпрямились, как можно лучше скрывая свои эмоции. Сейчас было не время для этого.

— Нам нужно поговорить об этом, Рид. Мы должны попытаться понять, как этот парень будет действовать дальше. И как Чарльз Хартсман вписывается во все это.

— Да. Думаю, мы должны позволить техникам и собакам заняться своей работой. Дженнифер тебе еще не перезвонила? — Она бросила все дела, чтобы сосредоточиться на поисках внука Дрейпера, Акселя, и он надеялся, что ей повезет.

— Пока нет.

— Нашел что-нибудь наверху?

— Ничего примечательного. Похоже, комнаты там не использовались, что вполне логично, поскольку старик не мог подниматься по лестнице. Должно быть, он приглашал кого-то для уборки, потому что там не было ни пылинки.

— А в комнате, где он спал, что-нибудь есть? — спросил Рид, кивнув в сторону спальни.

— Ничего, кроме кучи лекарств. Чувак был не здоров.

— Да, во всех смыслах этого слова, — пробормотал Рид.

Если бы он знал об этом раньше, у него, возможно, возникло бы искушение поднять руки и поаплодировать над трупом старика. Но это сделал Чарльз Хартсман. Значит, Рид праздновал бы злодеяния своего биологического отца, а этого он допустить не мог. Парень почувствовал, как к горлу подступает приступ безумного смеха. Если он не заблокирует его, то никому не будет пользы.

— Мы нашли в его кабинете несколько выпусков «Скорби», — сказал Рэнсом. — К сожалению, такие же что и у нас. Я упаковал их как улики.

— Дрейпер говорил, что у него нет копий, — сказал Рид, а затем покачал головой, быстро массируя затылок. — Нет, это Чарльз Хартсман сказал мне, что у него нет выпусков, хотя, должно быть, прочитал их, раз дал нам наводку. Зачем ему это делать?

— Потому что он такой же псих, как и чувак из комнаты убийств?

Рид тихо хмыкнул соглашаясь.

— Похоже, кто-то мог спать и на диване в кабинете. Криминалисты займутся этим. Возможно, мы сможем получить доказательства того, что это был Хартсман.

Рид кивнул, оглядываясь по сторонам. В конце коридора