Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона - Таня Драго

— Я подожду. Хочу увидеть момент, когда ты умрёшь. Когда связь оборвётся. Это будет… поэтично. Финал, достойный драмы.

Я посмотрела на круг, на руны, которые светились под моим телом пульсирующим светом, на свечи по периметру, на Валейра, который сидел в нескольких метрах от меня с видом довольного зрителя.

Вариантов было мало. Почти не было. Но один всё-таки существовал.

Я перекатилась на бок с усилием, подтянула колени к груди, попыталась просунуть связанные руки под ягодицы, чтобы перевести их вперёд, и боль в плечах вспыхнула острая, нестерпимая, но я сжала зубы и продолжила движение.

Валейр посмотрел на меня с лениво-насмешливым любопытством:

— Что ты делаешь, Индара? Пытаешься сбежать? Бесполезно. Круг не выпустит тебя, пока ритуал не закончится.

Я продолжила двигаться к краю круга медленно, сантиметр за сантиметром, и каждое движение давалось с невероятным усилием.

Тишина нарушилась глухим ударом, который прокатился по стенам, заставил свечи дрогнуть, и воск потёк быстрее, словно пламя испугалось чего-то невидимого. Дверь задрожала в проёме, древнее дерево скрипнуло протестующе, с потолка посыпалась пыль тонкими струйками, оседала на плечах белёсым налётом. Валейр вскочил с алтарных ступенек резким движением, обернулся к двери, и на лице его мелькнуло недоумение, которое быстро сменилось тревогой:

— Что?..

Ещё один удар — мощнее, целенаправленнее, и дверь треснула по центру с протяжным визгом металла, петли провернулись в камне, древесина раскололась, выгнулась внутрь под невидимой силой. Третий удар — и дверь взорвалась внутрь фонтаном щепок и каменной крошки, обломки полетели по храму, ударились о стены, просвистели над моей головой, один осколок врезался в свечу рядом с кругом, и пламя дрогнуло, чуть не погасло.

В проёме появился дракон.

Релиан не помещался в дверной проём полностью, пришлось пригнуться, сложить крылья за спиной, и даже так его силуэт заполнял собой всё пространство входа, перекрывал свет луны снаружи. Крылья распахнулись за спиной с резким хлопком, размах их был такой, что кончики почти касались стен, перепонки натянулись туго, просвечивали в контровом свете тонкой паутиной сосудов.

Сильный — когти царапали каменный пол с протяжным скрежетом, оставляли глубокие борозды в древнем камне, будто он был не прочнее воска, хвост ударил по косяку при входе, и кусок стены откололся, рухнул вниз с грохотом.

Но левая сторона тела была покрыта серым пеплом проклятия — чешуя потускнела, потеряла блеск, стала матовой и хрупкой на вид, словно пергамент, готовый рассыпаться от прикосновения, серость ползла вверх по шее, захватывала плечо и часть крыла, который висел безжизненно, не мог полностью раскрыться.

Рычание вырвалось из груди дракона низким вибрирующим звуком, который сотряс храм до основания, заставил руны под моим телом пульсировать в такт, свечи дрогнули снова, и одна из них погасла с тихим шипением.

Релиан сделал шаг вперёд, огромная лапа опустилась на пол с глухим стуком, хвост ударил по каменным плитам, и трещина расползлась от точки удара паутиной мелких линий.

Голос прозвучал в моей голове — не слова, а образы, эмоции, чистая ярость, которая обжигала изнутри:

— Ты… тронул… МОЁ сокровище…

Каждое слово давалось Релиану с усилием, дракон боролся за контроль над собой, человеческое сознание пыталось удержать зверя от мгновенного убийства, и эта борьба читалась в каждом движении, в напряжении мышц, в сжатых челюстях.

Я приподнялась на локте, посмотрела на него, и сердце сжалось так сильно, что на мгновение забыла о боли в запястье, о крови, о проклятом ритуале.

Он пришёл.

Он пришёл, хотя умирал, хотя проклятие разъедало его тело по клетке, хотя связь пыталась убить его через мою боль.

Он пришёл за мной.

— Индара… Держись… я здесь… я не дам ему… тронуть тебя… больше…

Внутренний монолог прошептал сквозь туман боли: «Боже, он еле стоит на ногах. Вижу, как дрожат мышцы, как проклятие ползёт выше. Он потратил последние силы, чтобы добраться сюда. Он умирает. Прямо сейчас».

Валейр закричал, голос сорвался на высокую ноту, в которой смешались страх и отчаяние:

— Ты проклят! Ты умираешь, так сделай это спокойно.

Он сделал шаг к Валейру медленный, целенаправленный, когти скребли по камню с протяжным скрежетом, оставляли борозды глубиной в несколько сантиметров, хвост бил по полу ритмично, раскалывал каменные плиты, словно они были сделаны из сахара.

Валейр отступил за алтарь, схватился за край каменного стола трясущимися руками:

— Нет! Стой! Ты не понимаешь! Я сделал это ради династии! Ради королевства. Только я могу…

Дракон прыгнул вперёд с неожиданной скоростью для такой огромной туши, лапы оттолкнулись от пола, и за секунду расстояние между ним и Валейром исчезло, младший брат прижался спиной к стене.

И вдруг он усмехнулся, голос зазвенел от торжества, которое прорвалось сквозь внешнюю сдержанность:

— Думаешь, я не подготовился? Думаешь, я не предвидел, что ты можешь прийти?

Валейр хлопнул в ладоши один раз — резко, звонко, звук разнёсся отчётливым эхом, ударился о стены, вернулся обратно. Из теней по периметру помещения начали выходить фигуры — одна за другой, медленно, методично, словно их появление было отрепетировано заранее.

Одна, вторая, третья, четвёртая, пятая.

Пятеро в чёрных мантиях, капюшоны глубокие, скрывали лица полностью, оставляли видимой только нижнюю часть подбородков, и даже она была погружена в тень.

Я почувствовала, как воздух вокруг них задрожал, начал вибрировать на частоте, которая заставляла кожу покрыться мурашками, а в ушах зазвенело тонким свистом.

Магия.

Мощная, тёмная, древняя — она сочилась из каждого мага, как запах гнили из болота, пропитывала пространство вокруг них невидимой, но ощутимой аурой опасности.

Маги встали полукругом между Релианом и Валейром, подняли руки синхронно, ладони развернулись вперёд, и над ними вспыхнули сгустки магии — красные, фиолетовые, чёрные огоньки, которые пульсировали в такт дыханию.

Валейр отступил за их спины, улыбка стала шире, увереннее, он сложил руки на груди с видом режиссёра, который наблюдает за кульминацией своего спектакля:

— Зря ты пришёл, брат. Я дал тебе шанс умереть тихо, в своей постели, не мучаясь. Но ты выбрал боль. Что ж, умри достойно. Хотя бы это покажи мне в последний раз.

Релиан обернулся, огромная голова повернулась плавно, золотой глаз сузился, оценивая противников с холодной точностью хищника, который понимает, что загнан в угол.

— Я нанял лучших боевых магов континента. Они убивали драконов и раньше. Трёх, если быть точным. Один из них был даже старше тебя. Опытнее. И всё равно умер.

Первый маг сделал шаг вперёд, фигура двинулась бесшумно, будто ноги не касались пола, голос прозвучал глухо из-под капюшона — низкий, лишённый интонаций:

— Дракон. Ты умрёшь здесь.