Лекарь с синими волосами. Проклятие принца-дракона - Таня Драго

Я обернулась, посмотрела на Релиана — он лежал, окружённый магами, дышал с хрипом, каждый вдох давался с трудом, серая чешуя покрывала почти всё тело.

Маги готовили финальную атаку, поднимали руки синхронно, магия сгущалась в воздухе тёмными сгустками, пульсирующими, живыми.

Я сжала кулаки, раненое запястье пульсировало болью, кровь текла медленнее, но всё ещё капала на руны, и они вспыхивали ярче от каждой капли.

Думала лихорадочно: «Если я часть ритуала — значит, могу его сломать. Нужно разорвать круг изнутри. Но как? Как сломать магию, которая держит даже дракона? Подожди. Круг питается от меня. От моей крови. От моей боли. А что, если я перестану его кормить? Что, если направлю энергию не в руны, а против них?»

Я посмотрела на руны под собой — они светились зелёным, впитывали мою кровь, мою жизнь, тянули из меня силу непрерывным потоком. Закрыла глаза, сосредоточилась. Искала внутри себя то, что связывает меня с кругом — тонкую нить магии, тянущуюся от сердца к рунам, холодную, жгучую, чужую.

Нашла её.

Схватилась за эту нить мысленно, дёрнула.

Боль взорвалась изнутри — круг сопротивлялся, пытался удержать меня, руны под телом вспыхнули ослепительным светом, жгли кожу сквозь одежду. Я закричала, вложила всю силу в руны под собой, толкнула изнутри, против потока. Связь с Релианом вспыхнула ослепительным светом — но не боль, сила, чистая энергия, которая хлынула из меня в круг, переполнила его, разорвала изнутри. Я использовала эту связь как оружие, направила поток против круга, против рун, против магии, которая держала нас обоих. Руны под моим телом треснули с тихим хрустом, свет в них замигал, начал гаснуть.

Свечи погасли одна за другой — зелёный огонь исчез, остался только дым, поднимающийся тонкими струйками. Магический круг вспыхнул белым светом — ослепительным, заполняющим весь храм, таким ярким, что сквозь закрытые веки пробивался свет.

Взрыв.

Ударная волна прокатилась от центра круга мощным кольцом, сбила всех с ног — магов швырнуло в стороны, они упали, теряя концентрацию, Валейр врезался спиной в стену, даже Релиан сдвинулся на метр, огромное тело заскользило по камню. Меня подбросило, швырнуло навзничь, из лёгких вылетел весь воздух, на мгновение потемнело в глазах.

Круг разрушен.

Тишина.

Я лежала, дышала тяжело, смотрела в потолок, видела, как пыль медленно оседает, кружится в воздухе. Связь с Релианом всё ещё на месте — но боль исчезла, вместо неё осталось только тепло, мягкое, успокаивающее. Я почувствовала, как проклятие отпускает его. Боже, я что, разрушила и то, что было наложено ранее?

Похоже…

28. Можно ли считать долг выплаченным?

Релиан поднялся на лапы медленно, осторожно, каждое движение давалось с явным усилием, будто тело привыкало к свободе после долгого плена. Левое крыло расправилось полностью, без дрожи, без заминки, перепонки натянулись туго, движение плавное, уверенное, словно проклятия никогда и не было. Дракон встряхнулся, как собака после дождя, мощное тело содрогнулось от головы до кончика хвоста, последние остатки проклятия упали на пол серым пеплом, рассыпались по камню, превратились в пыль.

Релиан обернулся к магам, движение резкое, хищное, и в каждой линии тела читалась ярость, которую больше не сдерживало проклятие. Они поднимались, ошеломлённые взрывом, шатаясь, придерживаясь друг за друга, капюшоны сбились, открыли лица — бледные, перекошенные страхом.

Релиан рыкнул, звук наполнил храм от пола до потолка, отразился от стен многократным эхом, заставил камень вибрировать под ногами, пыль посыпалась с потолка тонкими струйками.

Это было не рычание умирающего зверя, которое я слышала минуту назад. Это было рычание здорового, разъярённого дракона, который только что вырвался из смертельной ловушки и теперь готов уничтожить всех, кто посмел причинить ему боль.

Первый маг отступил на шаг, голос задрожал, сорвался на высокой ноте:

— Проклятие… оно исчезло… Как?.. Это невозможно…

Релиан сделал шаг вперёд, когти царапнули камень с громким скрежетом, открыл пасть широко, и из горла начал подниматься жар, воздух задрожал от температуры.

Огонь вырвался потоком — не узкая струя, которую можно увернуться, а ковёр пламени, заполняющий половину храма, золотой, ослепительный, с белым ядром в центре.

Маги закричали, попытались поставить защиту, руки поднялись синхронно, магия начала формировать щиты.

Слишком поздно.

Огонь накрыл их волной, сжёг дотла за секунды — от мантий остался только пепел, который медленно оседал на пол, тела исчезли, даже кости не осталось, только выжженные пятна на камне и запах горелого мяса.

Валейр пятился лицо бледное, как мел, глаза широко раскрыты, дыхание сбивчивое:

— Нет… это невозможно…

Релиан повернулся к нему медленно, движение неспешное, хищное. Валейр развернулся, побежал к боковому выходу из храма, ноги спотыкались о камни, дыхание сорвалось на панический хрип.

Релиан взмахнул крыльями, оторвался от пола, пересёк храм в два мощных взмаха, движение такое быстрое, что я едва успела проследить.

Он приземлился перед выходом, перекрыл путь массивным телом, когти скребнули по камню, хвост хлестнул по полу. Валейр остановился как вкопанный, обернулся — путь отрезан. Попытался побежать в другую сторону, к главному входу, движения панические, некоординированные.

Релиан развернулся на месте, хвост ударил по полу с таким размахом, что воздух засвистел, сбил Валейра с ног, швырнул его на камень. Младший принц упал, попытался встать, руки скользили по полу, не находили опоры. Дракон шагнул вперёд неспешно, наклонился, схватил Валейра когтями — аккуратно, но крепко, один коготь обхватил талию, другой придержал за плечи.

Поднял его в воздух, поднёс к морде, золотые глаза смотрели в лицо брата с выражением, которое заставило меня содрогнуться — холодная, расчётливая ярость.

Валейр болтался в когтях, извивался, кричал, голос сорвался на визг:

— Пусти! Пусти меня! Я твой брат! Ты не можешь!..

Валейр извивался отчаяннее, пытался вырваться, ногти скребли по чешуе, оставляли белые царапины, которые тут же исчезали:

— Отец не простит тебе! Ты убил младшего сына! Он объявит тебя изгоем!

Релиан усмехнулся — страшное зрелище на драконьей морде, пасть приоткрылась, показала ряды острых зубов.

Релиан обернулся ко мне, огромная голова повернулась плавно:

— Ты в порядке?

Я сидела в центре разрушенного круга, держалась за раненое запястье, кровь всё ещё сочилась сквозь пальцы, голова кружилась, перед глазами плыли чёрные пятна.

Попыталась ответить, открыла рот:

— Да… я…

Голос оборвался, мир качнулся, стены храма поплыли, потемнело в глазах.

Релиан бросил Валейра на пол, младший принц упал с глухим стуком, застонал, попытался встать, но не смог.

Дракон превратился в человека за долю секунды — золотая вспышка, контуры размылись,